"Фантастика 2025-2". Компиляция. Книги 1-26 - Владимир Брайт

Хм… мертвый фээсбэшник. Он был бы неплохим источником информации об этом Дёмине, да только где мне искать его останки? Вряд ли служба безопасности делится информацией о погребении своих сотрудников с широкой публикой. Напротив, зная особенности силовиков, я уверен, они эти данные будут всеми силами скрывать, будто нашкодившие кошки следы своих безобразий. А значит, эта информация для меня бесполезна. Я и так уже знал, что Дёмин регулярно меняет своих порученцев, это было понятно по заданию, которое получили нанятые по мою душу беглые вагнеровцы, которым было поручено за компанию со мной грохнуть и капитана.

— И как ты отрабатывал свои грешки? — Поинтересовался я, пытаясь нащупать хоть какие-нибудь новые зацепки.

— Я помогал некоторым уликам исчезать из хранилищ вещдоков, иногда переписывал протоколы, иногда уничтожал чьи-нибудь показания из дел, иногда, наоборот, подкладывал. Но я не был в курсе никаких подробностей! Я просто делал то, что мне говорят, стараясь ни во что не вникать!

М-да, понятно. Очередной трусливый пёс, пойманный на горяченьком, и ставший после этого ручной собачонкой в руках шантажистов. Странно было ожидать чего-нибудь большего.

— Как мне найти Дёмина?

— Я не знаю, мы встречались всего несколько раз, и места встречи всегда назначал он! В основном я общался только с его посыльными…

— Хорошо, тогда как мне связаться с Андреевым?

— Я… — полицейский всхлипнул, будто тот факт, что он не может ответить мне, причинял ему физические страдания, — не знаю. Он не оставлял мне своих контактов, а звонил всегда с разных номеров…

— Тогда последний вопрос к тебе. Если сможешь ответить на него, я тебя отпущу. А не сможешь — катакомбы под Москвой очень глубоки и запутанны. Вряд ли твое тело сумеют быстро отыскать.

Полковник извернулся в руках марионеток, не обращая даже внимание на боль, и взглядом наполненным пронзительной верой и страхом уставился на мертвеца, чьим голосом я с ним общался.

— Как связан Максим Свиридов и Анастасия Стрельцова?

Паника, затопившая его глаза, яснее ясного дала мне понять, что ответ полицейскому неизвестен, но лихорадочные попытки напрячь память, дарили некоторую надежду, что он всё же что-нибудь сможет вспомнить.

— А-э-э… напомните, кто такая Стрельцова?

— Жена олигарха Михаила Стрельцова. Умерла где-то в октябре прошлого года.

— Я… я даже не знаю её…

Выплюнув это как самое жуткое откровение, подполковник снова скривил губы в приступе плача. Господи, как меня уже утомил этот нытик…

Толстый напильник с хрустом пробил висок мужчины, войдя до самой ручки, и подполковник мелко затрясся в руках мертвецов, будто через него начали пускать небольшие разряды электрического тока.

Когда свежеиспеченный труп перестал загребать носками ботинок, его быстро освободили от остатков одежды, оттащили к густо парящему тепловому коллектору, и бросили прямо на исходящие горячим паром трубы. Теперь, даже если его вареный труп обнаружат уже к вечеру, он все равно будет в состоянии полного al dente, и вытащить его отсюда смогут только в виде горки отвалившегося от костей мяса.

Я так надеялся, что узнаю, наконец, какая была связь между Стрельцовой и Свиридовым, что даже решил подарить немного мотивации своему пленнику. Конечно же, я бы не стал отпускать его ни при каком раскладе. С самого начала был обречен, даже если бы ответил на мой вопрос максимально полно и подробно.

Однако конкретно этот тип оказался совсем глуп и узколоб, чтобы принести мне пользу. Подумать только, не знать Стрельцовых, которые на тендерах с МВД зарабатывают чуть ли ни миллиарды рублей ежегодно. И это, не забывайте, был целый заместитель начальника управления… стыдоба.

Но, по крайней мере, толк в хорошей одежде он знал. В руках одного из мертвецов сейчас покоился его аккуратно сложенный шерстяной плащ с прекрасной сатиновой подкладкой. Я еще некоторое время баюкал его в руках, ощущая прохладную гладкость дорогой ткани, вспоминая о тех временах, когда в моем гардеробе были похожие вещи, а потом с некоторым сожалением бросил вслед за трупом в коллектор.

Что ни говори, а я даже разочаровался в Сухове. Как минимум, в его способности подбирать для работы квалифицированные кадры. Ничего нового его заместитель мне не рассказал и оказался практически полностью бесполезным. Фамилии, которые способны сдвинуть дело с мертвой точки, мне и так были известны, мне требовалось знать, где их искать. Разве что я узнал о покойном Гришко, да и то, польза от этого знания весьма сомнительна, если не сказать жестче.

Что ж, можно сказать, я напрасно ударил палкой по осиному гнезду, разворошив полицию еще больше. Теперь у меня будет достаточно времени подумать над своим следующим шагом, пока на улицах лютуют стражи порядка. Остается только надеяться, что это внезапное похищение не всполошит тех, кого я ищу. Все-таки, связь между убитым и Деминым была очень зыбкая, а в Москве сейчас происходит очень много всякого. Если на каждое происшествие реагировать, никаких сил и выдержки не хватит…

Распахнув глаза, я усиленно потянулся, разгоняя по телу кровь, застоявшуюся от длительной неподвижности. Похоже, я не шелохнул даже пальцем с самого начала похищения, а прошло, навскидку, уже часа два.

Выйдя на не самого опрятного вида кухню, я проигнорировал меланхолично шевелящего усами таракана, поедающего какой-то застывший жирный шлепок на стене, и целенаправленно двинулся к холодильнику. Мне почему-то казалось, что я найду там что-нибудь интересное. Дернув дверцу на себя, я принялся пристально изучать его содержимое и понял, что не обманулся.

Торжественно извлекая на свет прохладную банку Колы, я едва мог сдержать дурацкую улыбку, вдруг заигравшую на моих губах. Господи, я уже и забыл, какова она на вкус! Из памяти почти окончательно стерлось это волшебное ощущение, когда буйные пузырьки пробегают по пищеводу, царапая нос и вышибая слезу.

С трудом контролируя свои порывистые движения, я сразу же дернул за алюминиевое колечко, продавливая клапан банки. Раздалось короткое шипение, а мне на подбородок брызнула парочка прохладных капелек. Не в силах больше терпеть, я резко запрокинул голову и просто влил в себя содержимое банки. Мне показалось, что напиток провалился в меня гораздо быстрее, чем способно было пропустить через себя питьевое отверстие. Словно газировка находилась там под высоким давлением, и вылетела из своего вместилища со скоростью пули. Это, конечно, был всего лишь выверт восприятия, не более, но все же…

Резко распахнув слезящиеся глаза, я вдруг ощутил, как напиток встал мне поперёк горла ледяным комком. Я судорожно закашлялся, давясь коричневой сладкой пеной и не