"Фантастика 2025-2". Компиляция. Книги 1-26 - Владимир Брайт

По сведениям моих легионеров выходило, что Ковровский был некогда одним из слабейших боссов криминального сообщества. Но со смертью их негласного лидера, а потом и с внезапно грянувшим для организации кризисом, который проявился в яростном противостоянии с полицией, он как-то сумел пробиться на самый верх преступной иерархии и занять там главенствующее положение.

Хотя, конечно, если верить слухам, не все поддержали нового предводителя, нашлись и те, кто открыто отказался подчиняться Ковровскому, предпочитая уйти в свободное плавание и попытаться создать собственную структуру. Если ненавязчивое шефство Хана над собой они еще могли стерпеть, то признавать власть какого-то выскочки категорично не захотели. Столичное преступное сообщество уже не первый месяц бурлило, пытаясь решить, имеет ли право самопровозглашенный глава занимать этот пост, или все-таки для него это слишком жирный кусок. Но прийти к единому мнению у них не выходило. Ковровский умело лавировал между множеством недоброжелателей, сглаживал углы выдвинутых ультиматумов и медленно перетягивал на свою сторону то одного, то другого предводителя мелких группировок.

Но в остальном, Золотая Десятка в целом и её новый лидер в частности, притесняемый с одной стороны правоохранителями, а с другой своими же сотоварищами, переживали сейчас далеко не лучшие времена. Можно сказать, он оказался меж двух огней, и если с другими преступниками он мог достичь хоть какого-то компромисса, то органы в условиях текущей обстановки идти на переговоры с ним отказывались напрочь.

Вероятно, это и есть одна из тех причин, по которым Ковровский искал выходы на меня. Ну, то есть, не конкретно на меня, ведь он понятия не мог иметь о том, что именно мой силуэт стоит за всем городским безобразием, а просто на предводителя беглецов. Скорее всего, он хочет рискнуть, предложив нам свое покровительство. С одной стороны, это ему грозит усилением прессинга со стороны полиции, но с другой может достаточно укрепить его позиции в Десятке, давая прибавку в голой силе.

Тем не менее, глупо было бы совсем недооценивать Ковровского и сбрасывать того со счетов. Ведь не смотря на тотальную травлю, которой подвергся московский криминал после организованного и проведенного мной нападения на особняк крупной столичной шишки, Десятка все еще оставалась наплаву. Хоть её дела и рухнули туда, где не видно солнечного света, о ее полном уничтожении речи даже и не шло. Полагаю, в этом была именно его заслуга.

Под неспешное течение моих размышлений, один из мертвецов покинул автомобиль и быстрым шагом прошествовал к монументальным металлическим дверям, украшенным замысловатой ковкой. Справа от этих ворот, иначе и не скажешь, сильно выбиваясь из грандиозного стиля самого здания, висел самый обычный дверной звонок, какой можно увидеть в любом жилом подъезде.

Вдавив кнопку, но не расслышав с улицы ни трели, ни какого-либо другого сигнала, марионетка принялся ждать. О том, что визит чужака не остался незамеченным, стало понятно почти сразу — откуда-то сверху раздался хрипловатый мужской голос, вдобавок искаженный динамиком.

— Кто такой? Чего хоти́шь?

— Передай своему шефу, что к нему посетитель. — Ответил покойник, украдкой осматривая стену над собой, пытаясь разглядеть камеры, динамики или какую-нибудь еще электронику.

— Посетители в кафе пусть чешут, здесь не богадельня. Так что без вариантов.

— А ты сначала скажи Ковровскому, что к нему из «Матроски» гости, а потом уже за варианты будешь базлать.

Невидимый собеседник примолк, видимо прикидывая, за что ему дадут по шапке сильнее, за отвлечение босса от дел такой ерундой, или за умалчивание этой информации. Молчал он достаточно долго, настолько, что я уже было начал терять терпение, собираясь предпринять попытку вломиться в здание силой, но, похоже, местный аналог дежурного успел посовещаться и получить достаточно четкие инструкции на наш счет, так что динамик снова зашелестел мембраной.

— Сколько вас?

— Нас легион, — ухмыльнулся легионер, гипнотизируя немигающим взглядом едва заметный глазок камеры видеонаблюдения, который он сумел заметить чисто случайно.

— Чё, юморист дохера? — Ругнулись на том конце. — Пройдут только трое, не больше.

— Договорились.

Пикнул магнитный замок, и автоматический привод сам распахнул перед мертвецом тяжелые двери, ведущие в просторный хорошо освещенный тамбур. Что ж, ну вот, похоже, пора и мне вступать в игру, путь совершенно свободен.

Преодолев открытое пространство, отделяющее мой автомобиль от входа, я надвинул пониже на лицо козырек кепки, опасаясь быть узнанным раньше времени. А то были у меня определенные подозрения, что если Ковровский меня узнает, то никакой встречи у нас с ним не состоится. Не факт, конечно, что он был в курсе планов, которые на меня имел Хан, и уж тем более вряд ли бы он сумел именно с этими планами увязать безвременную трагическую кончину Царева, но все же рисковать лишний раз не стоило. А то бегай потом, ищи его как крысу по всему зданию.

Я бесстрашно шагнул в гостеприимно раскрытые двери, чувствуя за своей спиной неотрывно следующих мертвецов. Вопреки моим ожиданиям, нас не встречала вооруженная и настороженная толпа, а лишь один единственный здоровенный детина с лицом, абсолютно не запятнанным печатью интеллекта. М-да, сброд он и есть сброд, что с них взять. И даже без пяти минут военное положение не способно привить им должную дисциплину и осторожность.

Не заморачиваясь с приветствием, он пробасил, чтобы мы следовали за ним, а затем развернулся и повел нас по длинному коридору, который упирался прямо в блестящие хромированные створки лифта.

Весь путь, я не задирал высоко голову, старательно скрывая лицо в тени длинного козырька, но прекрасно видел весь богатый антураж и внутреннее убранство глазами легионеров. Попутно я отмечал на нашем пути множество характерных тонированных колпачков, под которыми обычно скрываются камеры. Интересно, от кого их тут столько наставили? Чужие, как я понял, здесь не часто ходят, от своих же что ли так берегутся?

Если б не внутреннее видеонаблюдение, я бы сразу прикончил нашего провожатого и поднял его в качестве зомби. Да вот только кто знает, насколько внимательно за нами сейчас следят? Хоть я и был уверен, что наблюдатели не поняли бы смысла происходящего, убей я этого здоровяка Силой, но вероятность переполошить здешнего хозяина все равно присутствовала, а мне пока этого не хотелось. В конце концов, лишние пять или десять минут не сыграют для меня никакой роли.

Когда распахнулись двери лифта, я совсем не удивился, обнаружив внутри кабинки целых две камеры, которые исключали даже возможность спрятать лицо, встав к объективу спиной. Да они тут параноики какие-то! Благо у меня из-под козырька выглядывал один только подбородок, и