"Фантастика 2026-192". Компиляция. Книги 1-21 - Никита Киров

Глава 35. Рабочие будни (15). Начало нового (4).

Солнечный лучик проскользнул сквозь зашторенное окно и, упав мне на лицо, разбудил меня. Аккуратно сев, я постарался аккуратно, стараясь не разбудить Талли, отодвинуть её ножку и руку, которые она, после бурной ночи, по-хозяйски закинула на меня. Сегодня выходной, по плану — я должен с детьми идти в Косой Переулок, дабы закупить для Афины и Вика учебники и всё что нужно для учёбы в Хоге. Затишье перед бурей…

Эти года относительно спокойны, для обывателей. Но не для меня. Ведь я — готовился. Дозор, тайная организация, контролирующая многие, если не все, сферы жизни общества. Кого-то мы располагали деньгами, кого-то идеей, кого-то — обещанием поставить на нужную должность. Организация только расширяется…

Единственной проблемой я считал — отсутствие толкового шпиона во фракции Дамблдора. Фрэнк Лонгботтом, после «заточения разума», как это обозвали, к Дамблдору относился нейтрально… Редко, когда нейтрально. Бывший представитель алознамённого факультета — не смог чуток соврать, дабы вернуться в приближённые Дамблдора. И вместо того, чтобы на пару с Алисой, проявить такт — они с ним рассорились. Не могу их винить, учитывая тот ад, который они пережили…

И плюс ко всему — они поддерживают Тодда. Честно говоря, Фрэнк предоставил бы проблемы, если бы он не имел передо мной долг и весьма ощутимый. Ведь это я, разбив философский камень на части — заказал ему лечение. Это я нанял китайского мага, который составляет конкуренцию Фламелю, я же и снимал проклятия, который ушлый Дамблдор наложил на камень, дабы только Избранный мог им пользоваться.

Стояло всего два проклятия, первое исключало возможность забора этого камня кем-либо иным, кроме Гарри Поттера. И второе — активировало лечение, используя силу камня, на случай если Избранный пострадает. Оба эти заклинания не давали растопить камень, переведя его в жидкое состояние… Но я смог разобраться, благо что, став прокурором, а после и главой ДМП, я узнал многое и стал мастером тёмных искусств… В том смысле, что знаю многое о «тёмной магии» и способен разбивать проклятия, совершать экзорцизмы, в общем — истреблять зло на промышленной основе.

Встав с кровати, я совершил начальный разминочный комплекс и направился принять ванную. Холодный душ во время тёплой погоды на улице, контраст освежающий. В душевую, точнее — комнату с огромной ванной вела отдельная дверь… Вода быстро заполнила огромную, похожую чуть ли не на настоящий бассейн, ванную. Шторы на окнах разъехались в стороны, давая Солнцу доступ в ванную. Плюхнувшись в воду, я расслабился… На краю сознания отчётливо ощутились шаги… Талли вышла из комнаты, абсолютно голая, кого ей тут стесняться, своего мужа? Перламутровая кожа, не содержащая морщинок. Аккуратная, небольшая грудь, гибкое на вид тело. Таллисия Рэйдж, женщина среднего роста, с платиновыми волосами и чарующими пурпурными глазами. Ей на вид лет двадцать пять, не больше, хотя она меня и старше на два года, а мне тридцать два. На деле волшебница выглядит на столько, на сколько хочет. И это не метафора, а истина. Просто хочет ли женщина выглядеть на юные годы? У некоторых волшебниц, в некоторых семействах — поддерживается решение, что женщина должна быть всегда прекрасной. Они готовят специальные зелья, заклинания, матери учат своих дочерей, оперируя самой энергией магии — ухаживать за своим телом. На этом особо выделяются, именно в Британии, Гринграссы, точнее — семейство моей жены, и ещё — Малфои. Умения Талли передаёт и Афине. Ну и вейлы, в большинстве своём, за редким исключением, применяют практики, позволяющие им на постоянной основе выглядеть, даже в сотню лет, писанными красавицами. А есть наоборот — традиционные ведьмы и семейства, которые пускают возраст на самотёк. Как итог — Молли Пруэтт, теперь Уизли, если в молодости она была красавицей, которая раскалывала сердца, в прямом смысле, то теперь — жалкое зрелище. Хотя, с таким количеством детей, ей было не до себя… В итоге, да, жалкое зрелище…

— Привет, дорогой, — она аккуратно села рядом со мной, — ой, вода холодная… Бр-р-р. Как ты можешь в такой купаться?

— Ну, сама знаешь, — пожал плечами я, — мне нужно расслабиться, вокруг тепло, нужны контрасты. Ты ведь, обладая такой кожей и волосами — носишь чёрное нижнее бельё, — хихикнул я.

— Это не одно и то же! — отчеканила она.

— Тогда давай я тебя погрею, — усмехнулся я.

— Нет…

— Голова болит?

— Не в этом дело, — отодвинулась она и пасом руки открыла вентиль крана с горячей водой. Горячая вода, сталкиваясь с холодной, начала образовывать лёгонький пар. — Просто… Мы же всю ночь, половину точно, и я… Не могу так.

— Но тебе же понравилось, — придвинулся я к женщине и легонько укусил её за мочку уха.

— И-и-и-и! Прекрати! — оборвала она меня. — Изволь приставать ко мне ночью!

Резковата она, впрочем, обоснованно. Не то чтобы ей не нравилась… «горизонтальная плоскость» наших отношений, но совсем зависимой от неё она не была, и когда я перегибал палку — она, наоборот, отстранялась, что, впрочем, отлично — её манерность и правильность меня всегда притягивала… Женщина с чувством справедливости и правильности, наверное это мой фетиш… Вода начала понемногу теплеть, но я не мог себе позволить нежиться в ней более.

Выйдя из ванны и обернувшись в розовый халат, я двинулся в сторону комнаты, где уже накинул на себя постоянную одежду — розовую рубашку и чёрные штаны. Обувшись в тапочки, я двинулся в сторону столовой, где настала пора завтрака.

— Быстрее! Люпус! — донёсся оттуда звук голоса Афины. — Я голодна, как волк! Не дашь еду, я тебя сожру!

— Афина, фу, как можно есть домовика? — спросил Виктор. — Хотя, с тобой я согласен, — под урчание желудка четырнадцатилетний подросток стушевался, — как же мне хочется