"Фантастика 2026-139". Компиляция. Книги 1-25 - Игорь Леонидович Гринчевский

Глава 30. Эвелин

Вечером резиденция снова ожила. После тяжёлого Совета, где почти каждый разговор заканчивался гнетущим молчанием или усталыми взглядами, правитель Велерии решил устроить приём. Формально это называли балом в честь союза государств, но причина была проще — людям хотелось хотя бы на несколько часов забыть об ужасе на континенте.

Когда я зашла в главный зал, он выглядел неузнаваемо. Там, где утром стоял длинный стол с картами и документами, теперь лилась музыка, лёгкая и неуместная. Окна были распахнуты настежь, и прохладный воздух смешивался с ароматом духов. Под потолком на полную сиял свет люстр, дробясь искрами в драгоценностях и хрустальных бокалах. Люди разговаривали, смеялись, кто-то уже начал танцевать, подчиняясь ритму струнных инструментов.

Я остановилась у входа, наблюдая за этим блестящим вихрем. Это так пугающе напоминало мир, который я когда-то знала... Но теперь я смотрела на него как на красивую декорацию, за которой зияет раздор.

Практически сразу в меня впились колючие взгляды. Слухи в этих стенах распространялись быстрее чумы. «Ведьма» — это слово беззвучно пролетало над залом быстрее музыки.

Через несколько минут ко мне подошёл первый смельчак. Мужчина средних лет в дорогом парчовом плаще с серебряным гербом на груди слегка поклонился, обдав меня неприятным запахом дорогого вина.

— Леди Эвелин, если не ошибаюсь? — уточнил он.

Я кивнула, стараясь держать спину прямо. Пышное платье, предоставленное слугами, мешало дышать.

— Для меня огромная честь познакомиться. Я герцог Арен из Ориона, — он говорил вежливо, но в глазах я видела не уважение, а простое любопытство. — Скажите... это правда, что вы были заключены в стазисе почти двести лет?

Я уже открыла рот, чтобы ответить, но нас бесцеремонно прервали.

— Простите, герцог, — вмешалась женщина в тёмно-синем платье, чьи бриллианты слепили глаза. — Но я должна спросить... вы действительно видите души? Прямо сейчас?

Личное пространство сужалось.

— Нет, не вижу. Я их ощущаю, — ответила я, сдерживая вздох.

— И вы можете отличить человека от Одержимого, даже если внешне он здоров? — её голос дрогнул от скрытого страха.

— Возможно.

Ещё один мужчина, в военном мундире, подошёл ближе, оттесняя остальных.

— А правда ли, что вы нашли древние записи и теперь можете выжигать демонов сотнями?

Вопросы посыпались градом. Каждый звучал учтиво, но за этой учтивостью скрывался голод. На меня смотрели не как на женщину, потерявшую всё, а как на магический артефакт, обязанный вернуть им право на эти балы.

Я старалась держаться спокойно, отвечая сухо и коротко, не позволяя им раздувать пламя фантазий. Но чем дольше я стояла в кольце этих надушенных людей, тем сильнее во мне росло желание сбежать. Я никогда не была частью этого лощёного мира. Даже в своё время я предпочитала тишину трав и шёпот леса блеску паркета, а здесь чувствовала себя выставленным на обозрение диковинным зверем.

Музыка играла всё громче, в центре зала в безумном вихре кружились пары, а вокруг меня плотнее сжималось кольцо «просителей».

— Леди Эвелин, — снова вклинился кто-то из толпы, — вы уверены, что Одержимость невозможно остановить простой молитвой? Говорят, на юге...

Я уже собиралась ответить что-то резкое, когда почувствовала знакомое покалывание вдоль позвоночника. Связь душ.

Каин.

Я не обернулась, но увидела, как толпа передо мной начала почтительно расступаться. Жнецы всегда производили эффект ледяного сквозняка, пробивающего духоту. Он подошёл спокойно, его шаг был тяжёлым и уверенным, выбивающимся из ритма танца.

— Ведьма нужна Ордену для обсуждения дальнейших действий, — отчеканил он лишённым эмоций голосом за моей спиной.

Никто не посмел возразить Жнецу. Несколько человек попятились, кто-то поспешно поклонился, и через секунду вокруг меня снова образовался спасительный круг пустоты.

Я тихо выдохнула, дрожь в руках начала стихать.

— Спасибо, — негромко произнесла я, развернувшись к нему.

Каин посмотрел на меня сверху вниз сквозь прорези маски. Его присутствие ощущалось плотным щитом, отрезающим меня от назойливого внимания знати.

— Ты выглядела так, будто тебя собирались разобрать на сувениры.

— Они просто задавали вопросы, — тихо усмехнулась я, поправляя вышитый розами манжет.

— Слишком много. И все не те.

Мы отошли к тенистым нишам между высоких колонн. Здесь музыка звучала глуше, а шёпот гостей не так сильно резал слух. Я посмотрела на танцующих людей, чьи улыбки в ярком свете казались нарисованными.

— Странно всё это, — тихо сказала я.

— Что именно?

— Мир рушится, Разлом дышит нам в спину, а они танцуют и пьют вино из золотых кубков, — с глубоким вздохом ответила я.

— Люди всегда так делают. Пир во время чумы — самый древний способ не сойти с ума.

— А ты?

— Что я?

— Ты когда-нибудь танцевал? Ну, знаешь... просто так. Ради музыки.

Он издал звук, похожий на короткую, сухую усмешку.

— Нет.

— Даже до того, как стал Жнецом? — я прищурилась, пытаясь представить его без доспехов. Каин был одет в форменные брюки, парадный колет, но их перекрывали части брони из Пустоты. Хотя в таком мирном месте он мог бы позволить себе немного свободы, как и другие служители Ордена.

— Я стал Жнецом слишком рано. Мои танцы всегда были связаны с мечом.

Несколько секунд мы просто стояли в тени, глядя на то, как пары плавно скользят по залу под тягучую мелодию. Напряжение последних недель — битвы, страх за Лео, пыль древних фолиантов — немного отпустило.

— Знаешь, — прошептала я, — это первый вечер за долгое время, когда никто не пытается вскрыть нам горло.

— Не спеши радоваться, — его голос стал тише.

— Ты действительно мастерски умеешь портить момент, — возмущённо бросила я.

— Это часть моего долга — всегда ждать удара.

Я снова тихо усмехнулась, качая головой. Два призрака на чужом празднике. Внезапно Каин выпрямился.

— Пойдём.

— Куда? Нас же хватятся.

— Куда угодно. Где нет тех, кто хочет выторговать у тебя спасение мира за бокал вина.

Я бросила последний взгляд на толпу, сверлящую наши спины, и без колебаний последовала за ним.

— Отличная идея.

Мы вышли в тихий коридор, где музыка превратилась в мерный гул. Я прислонилась к прохладной стене и с наслаждением прикрыла глаза.

— Спасибо, что спас меня.

— Ты бы справилась, — отозвался он, и в его голосе проскользнуло одобрение.

Я посмотрела на него внимательнее.