Фантастика 2025-129 - Денис Старый

Да ладно…

У моих ног лежал тот самый купальник Тачибаны Каори. Вот это номер! А сама она куда делась? Испарилась, что ли?

— Ты же сам сказал, что запер дверь изнутри, — услышал я голос девушки из пара. — Расслабься, Тендо-кун. Садись рядом.

Глава 6

— Стоило столько хвалиться своим купальником, если на самом деле ты хотела воспользоваться им от силы двадцать минут, — усмехнулся я.

— Не знаю, как ходят в баню в Индии, но я не привыкла париться в купальнике, — ответила Тачибана Каори.

Не согласиться с Каори было трудно, поскольку и я сам привык к русской бане и её правилам, а она по какой-то причине следовала именно им. Только веника не хватало и ещё десятка градусов температуры.

А баня для здоровья — это очень мощный «плюс». Закаливание, тренировка сердечно-сосудистой системы, очищение кожи и её пор.

Я скинул плавки и, нащупав сидение, уселся на него. Пар ослеплял, не давая разглядеть окружающую меня комнату.

— Дай отгадаю, это ты здесь такую парилку устроила? — спросил я.

— Угу! — послышалось прямо около моего уха.

— Я только одного понять не могу, — продолжил я. — Травы и система отопления находится под полом. Ты что, за полминуты успела туда пробраться, Каори-тян?

— Нет, конечно, — усмехнулась она, и я почувствовал, как моей ноги коснулась обнажённая кожа девушки. Тачибана Каори пододвинулась ко мне. В густом паре сияли только её большие глаза. — Просто в другом конце комнаты есть угли. Я плеснула на них водой и, кажется, переборщила…

— Угли? — удивился я. — Странно. Для Индии это несвойственно.

— Скорее всего, кто-то из иностранных клиентов попросил поставить их, поскольку индийская баня им не пришлась по духу, — сказала Каори.

— Твоя правда, — кивнул я. — Скорее всего, так оно и было.

— Ну что, Тендо-кун, теперь-то ты готов поговорить откровенно? — спросила Тачибана Каори.

— Смотря что ты имеешь в виду.

— Я заметила, что ты очень быстро поднимаешься по рангам, — заявила она. — Я устроилась в «Ямамото-Фарм» три года назад. Параллельно получила второе образование благодаря «Хиджиката-Медикал». Но даже если учесть, что я сейчас нахожусь на восьмом ранге, ты всё равно поднимаешься в три раза быстрее меня. Почему?

— Каори-тян, ты что, на полном серьёзе хотела поговорить со мной о работе? — удивился я.

— Как мне показалось, это тема, которая больше всего тебя интересует, — хмыкнула она.

— Может быть. Но никаких загадок в моём продвижении нет. Я просто работаю, как могу, вот и всё.

— Тендо-кун, — она положила руку на мою ладонь. В парилке и так было жарко, но плюсом ко всему я ощущал её горячее дыхание. — Я знаю, почему ты так быстро продвигаешься.

Очень надеюсь, что она не начнёт плести старые-добрые интриги, которые так любят сотрудники клиники «Ямамото-Фарм». Я уже привык к этим играм, но сейчас настроения для этого у меня нет. Отпуск к такому совсем не предрасполагает.

Мне вспомнилось, как мой двоюродный брат Кацураги Казума рассказывал, что в рейтинговой системе содержится огромное количество множителей, которые замедляют или, наоборот, ускоряют подъём терапевтов.

Тачибана Каори показалась мне врачом, которого такие тонкости совсем не беспокоят. Будет печально, если выяснится, что на самом деле и она увлечена этими дурацкими цифрами.

— Хорошо, раз уж ты завела эту тему, Каори-тян, ответь, — решил продолжить начатый ей разговор я. — Почему я так быстро продвигаюсь?

— А ты не разговаривал с регистратурой или с айтишниками? — поинтересовалась она.

Такое впечатление, что она и вправду решила пообщаться на тему, о которой я только что подумал.

— Каори-тян, если ты переживаешь о том, что рано или поздно я смогу сместить тебя с должности терапевта восьмого ран…

— Нет! Погоди-и-и! — воскликнула она и схватила меня за предплечье. — Ты не понял, Тендо-кун. Оценки.

— Что «оценки»?

— Ты разве не в курсе, что наша регистратура просит всех пациентов ставить своему врачу оценку? — удивилась она.

— Слышал об этом, — кивнул я. — Но не проверял оценки очень давно.

— А зря, — захихикала Каори. — Это самое важное в рейтинговой системе. И, между прочим, я, в отличие от тебя, не так давно проверяла, как обстоят дела с нашими оценками.

— И? — изобразил интерес я.

Если честно, мне эти откровения были во многом безразличны. Я спокойно получал удовольствие от высоких температур и горячего пара, который навела Тачибана Каори, но ей не терпелось продолжить этот разговор.

— Тендо-кун, у тебя все оценки: «пять из пяти». Каждый пациент, понимаешь? — спросила она. — Каждый! Такого ведь попросту не бывает. Ведь среди них просто куча жалобщиков, как активных, так и скрытых.

— Я просто делаю свою работу, вот и всё, — отстранился от темы я. — А ты, Каори-тян? Уж прости за долю сексизма, но в нашей стране девушке сложно продвинуться даже в университете, не говоря уже о профессиональном росте.

— Да кому ты об этом рассказываешь? — усмехнулась она. — Я прекрасно знаю, о чём ты. Сложно — это мягко сказано. Но мне всегда хотелось быть гастроэнтерологом, причём не в какой-нибудь богом забытой клинике, а в самом центре Токио. Мечта сбылась! Просто нужно было хорошо потрудиться.

— То есть, ты хочешь сказать, что прорвалась до восьмого ранга за счёт одного лишь труда? — уточнил я.

— Да, так и есть. Если ты думаешь, что я пыталась пользоваться какими-то связями… Нет, — решительно ответила Тачибана Каори. — Пришлось пожертвовать личной жизнью, отдыхом и всеми прочими удовольствиями.

— Что ж, это достойно восхищения, — улыбнулся я. — Мало кто имеет такой пробивной характер.

— Да разве ж это можно назвать чем-то пробивным? — хмыкнула она. — Вот ты, Тендо-кун, как мне кажется, всё успеваешь. И работой заниматься, и личная жизнь у тебя точно есть. А когда человек жертвует всем, это уже совсем другое.

— Слушай, Каори-тян, мы тут сидим уже довольно долго, — подметил я. — А ты подняла температуру намного выше шестидесяти градусов. Надо охладиться.

— Сама хотела это предложить, — обрадовалась коллега.

Тачибана Каори прошмыгнула мимо меня. Дверь