Дело о мастере добрых дел - Любовь Борисовна Федорова

  Нет, ну что за юхня опять. Только покажется, что жизнь становится терпимее - сразу или чай разольешь, или нужную вещь стоимостью в медяк сопрет кто, или столичным гостям припечет на хвост упасть, или все сразу. По мелочи, но загоняют со всех сторон, без выхода, без надежды, что все это прекратится, без спасения. А если проявляешь добрую волю, хочешь помочь с распутыванием загадки - сталкиваешься с дюжиной, и они запутывают тебя самого, так легкомысленно поддавшегося, обратно, словно шелкопряда в кокон. Когда ты, доктор, научишься не усложнять себе жизнь? Где твои три выходных? На что ты их протоптал? Забудем про 'выспался'. Но когда ты в последний раз слушал музыку, читал книгу, был в театре, на прогулке, на свидании, в конце концов? Так нельзя. Попробуй чем-нибудь себя отвлечь хоть напоследок.

  Кабинет Илан бросил открытым. Пока туда не зайдут уборщики, делать в нем нечего. Решил заглянуть в пустой корпус, посмотреть, что там творится. Потворство любопытству и пустая трата времени, но нужно проветрить голову. А в пустом корпусе весело. Там два огромных бальных зала, помимо тронного, больший превращен в склад барахла, в меньшем бродят оркестранты, вразнобой пиликая смычками на виолах, пощипывая струны мандолин или посвистывая флейтами и рожками. На середину зала там вытолкали древний дворцовый клавикорд, много лет пылившийся в углу, протерли на нем росписи, почистили клавиши, сняли деки, чинят и настраивают. Вместо прежних странных, безжизненных и сухих звуков, похожих на щелканье гусиным пером по бумаге или хлопки вожжей по лошадиному крупу, тот начал издавать неожиданно мелодичное, приятное слуху треньканье. Илан несколько сотых постоял в дверях, наблюдая за столичными гостями, пока один из них не потеснил перебирающего клавиши настройщика и, вдруг, взяв аккорд всеми десятью растопыренными пальцами, не заорал страшным басом начало портового куплета: 'Наш капитан отъявленный мерзавец!..' Будь сам Илан на месте старенького клавикорда, он от такого надругательства встал бы на дыбы, взбрыкнул и умчался вскачь на трех своих изогнутых ногах подальше из дворца. Возле стены возмущенно взвыл недавний проситель медицинской помощи, жертва похмелья и скупости - в аптеку он так и не пошел, предпочел мучиться бесплатно. Илан повернулся и закрыл за собой высокие золоченые двери. Будем считать, музыку он сегодня послушал. Попытка отвлечься зачтена. Можно возвращаться к работе.

Глава 60

  - Не обращайте на меня внимания, - попросил художник, снова догоняя Илана. - Ведите себя естественно, как будто меня нет. И мне, и вам так будет проще.

  Папку с листами бумаги он держал под мышкой, мягкие угольные карандаши завернул в тряпицу, а кружева с воротника и манжет засунул под одежду и подвязал, чтоб не мешались - и стоило же так трудиться самому и беспокоить других, чтобы они четверть стражи побыли на виду.

  Обращать внимание у Илана и не получилось бы. Для начала он разыскал в одной из комнат наверху мрачного и сонного Неподарка, который действительно чистил подсвечники, только делал это со скоростью примороженной зимней мухи, закрыв глаза и едва шевеля руками. Капли получил и выпил, сразу видно. Илан ничего ему не сказал, пусть чистит. Потом навстречу ему выбежал дежурный фельдшер из хирургии - в отделении у одного больного острый психоз, нужно ловить, вязать и вызывать доктора Арайну с дуроловными братьями; у другого, с ампутированными ногами, резкое ухудшение состояния, хотя с утра и до обеда он был бодр, в хорошем настроении, четко разговаривал и вел себя спокойно.

  Гагал не сдает дежурство, а сбрасывает его с себя, словно пропитанную кровью операционную форму. 'Двое суток не запыхавшись я могу, - говорит он, натирая первой попавшейся под руки мазью шелушащиеся из-за постоянного полоскания в дезрастворах руки, - четверо уже нет. Отсыпаться ухожу в город, не пробуйте меня искать. Даже если у вас без меня будут рожать ежа против шерсти, не пробуйте, пока выходные не отгуляю, не вернусь'.

  В отделении привычная суета. Свихнувшийся с ума пациент забрался в одну из пустующих платных палат и сам забаррикадировался там в ожидании доктора Арайны. Никого не пускает, никому и не надо, ждем профессионалов. Безымянный мальчик из морга бродит в не менее изумленном состоянии: к нему на перевязку только что приходила красавица из кондитерской на Спуске, ревнивой соперницей раненая в белоснежную пухлую ягодицу. Нет, мальчик из морга всё обработал и перевязал, как положено, и дама осталась довольна его трепетным и внимательным отношением, но по его виду было очень заметно, что к таким испытаниям характера и профессиональной выдержки в военно-фельдшерской школе его не готовили, а в прозекторской префектуры и подавно ничего подобного никогда с ним не происходило. Его чуть не затоптала боевая команда дуроловов, спешащая на вызов, потом он потерялся в двух коридорных стенах, не в состоянии найти фельдшерский пост, стоящий у всех на виду. 'Извините, я мало спал сегодня', - пробормотал он Илану, когда тот взял его за шиворот, выдернул у идущих на штурм дуроловов из-под копыт и развернул лицом к стойке поста.

  - Как вас зовут? - спросил Илан.

  - Рагдар, - ответил тот. - Лиценциат Рагдар. Скажите, вы здесь старший хирург? Можно узнать у вас, мне заплатят?

  - Зависит от того, кто вас прислал, - сказал Илан. - Как вы у нас оказались?

  - Советник Намур велел мне прийти и набираться опыта. Тут недалеко, а своей работы у меня не так много.

  - Заплатят, - кивнул Илан, - если вы не забудете отметиться в канцелярии и попросить включить вас в расписание. Можете сказать там, что я одобрил. Будете приходить на две стражи шесть дней из десяти три декады подряд - заработаете половинное фельдшерское жалование. Диплома врача и городской лицензии у вас, как я понимаю, нет. А ходжерская только фельдшерская.

  Ходжерский фельдшерский диплом вместе с лицензией, конечно, стоит двух арданских городских, но правила есть правила.

  - Вы здесь за опытом или за деньгами?

  - За опытом, - немного поколебавшись, отвечал лиценциат. - Просто без денег в городе жить как-то... не получается. Я числюсь на практике у доктора Ифара, хотя на самом деле просто работаю в префектуре. Через полгода мне можно будет сдавать экзамен на врачебный диплом, еще через год вносить плату за лицензию. Деньги всегда будут