Расследования Марка де Сегюра - Лариса Куницына

— Мудрое замечание, — усмехнулся Марк, — но не совсем верное. Похоже, вы всё-таки не знаете, кто я. Вам просто указали на меня как на человека, которого вы должны убить, но имени моего не назвали.

— И кто ж вы? — с тревогой спросил Крот.

— Барон де Сегюр.

— Дьявол и тридцать его дьяволят! — взвыл разбойник и, уцепившись за прутья решётки, ударился об них головой и упал на колени.

— Глупец, — злобно прошипел сзади его брат. — За такую работу нужно было потребовать в десять раз больше, взять золотишко вперёд и тут же смыться из города! Ты поссорил нас с тайной полицией, не говоря уж о том, что кровь друга короля нынче ценится не дешевле королевской… Ваша светлость, — он выполз из темноты и встал на коленях рядом с братом, с мольбой глядя на Марка, — мы и знать не знали, кто вы, иначе не решились бы коснуться и волоса на вашей голове! Нас злостно обманули, не назвав вашего имени. Мы раскаиваемся и готовы понести любое наказание за свой проступок! Однако просим учесть, что нам не удалось нанести вам даже небольшого урона, а потому мы надеемся, что вы проявите снисхождение и сохраните нам жизнь.

— Мне нужны не вы, а ваш заказчик, — заметил Марк.

— Кто заказчик, не знаю, — покачал головой Крот. — От него, и правда, приходил бруно, который назвался Балтазаром, но, скорее всего, соврал. Он сказал, что вы унизили его хозяина, а поскольку тот в данный момент не может лично ответить на это оскорбление, как и спустить его, мы должны поквитаться с вами.

— Как выглядел этот бруно?

— Как заправский бретёр, в тёмной куртке с мечом и кинжалом на поясе. Не то, чтоб стар, но морда вся в морщинах, и глазки чёрные и злые. На голове повязка, чтоб прикрыть клеймо на лбу.

— Клеймо? — насторожился Марк. — Откуда знаешь?

— Мы сидели в таверне «Сломанное колесо», устроились как раз возле очага, пили. На втором кувшине он начал потеть и на лбу проступила буква «М».

— «Убийца»…

— Или «злодей», смотря, где его прижгли: в Сен-Марко или в свободных городах. Но то, что каторжник, — точно.

— Узнаешь его, если увидишь?

— Узнаю! Мы ж с ним весь вечер там просидели. А потом он водил меня на северный край Королевской площади, и мы долго ждали там, в переулке, пока он не указал мне на вас. Сказал, что вы часто тут ходите.

— Говорил что-то о себе или хозяине?

— Нет, молчал, как воды в рот набрал. Я пытался выспросить, так он на меня так зыркнул, что, кажется, ещё слово, и сам меня порешит.

Марк задал ему ещё несколько вопросов, уточняя приметы бретёра, а потом ушёл, оставив братьев мучиться неизвестностью.

Он медленно поднимался по лестнице из подвала, и перед его мысленным взором стоял Фернандо, слуга виконта Монтре. Он тоже был смугл, черноглаз, морщинист, с повязкой на лбу, и его вполне можно было назвать бретёром, хотя, по сути, он являлся именно слугой для особых поручений, в просторечии «бруно». Но зачем молодому виконту было нанимать разбойников, чтоб убить барона де Сегюра? Он отказал ему в помощи, но не оскорблял и не преследовал его. В Сен-Марко было достаточно людей, обошедшихся с ним куда хуже. Если только он узнал, кто на самом деле убил его отца… Но откуда? Той ночью с Марком были его верные друзья, в молчании которых он был совершенно уверен. В убийстве виконта Монтре обвинили Жана Жувера, и он тут же был повешен за это. Нет, мальчик не мог знать правды о смерти своего отца. Но что тогда?

Марк мотнул головой. С чего он вообще взял, что Балтазар — это и есть Фернандо? Как будто в Сен-Марко мало бретёров из южан, и все они выглядят похоже. И не странно ли было б, если, столкнувшись с Монтре при расследовании пропажи детей, он попутно и совершенно случайно нашёл бы и заказчика покушений?

Он был уже на верхних ступенях лестницы, когда к нему подошёл клерк тайной полиции и сообщил, что его спрашивает человек графа Анжу, который ждёт в караульном помещении. Марк поспешил туда, в глубине души надеясь, что детей нашли, или хотя бы появилась хоть какая-то зацепка, которая позволила бы их найти.

— Ваша светлость, — приветствовал его один из тех слуг, что прошлым вечером сопровождали их в особняк де Лорма, — его сиятельство велел передать, что в известный вам дом ночью проник злоумышленник. Мы оставались там по приказу господина графа на всякий случай. Уже после полуночи мы услышали, как в замке повернулся ключ, и некто вошёл в нижний холл. Мы хотели схватить его, но он оказал сопротивление, выхватил кинжал. В завязавшейся драке он был убит. Ключа при нём не оказалось, но были отмычки.

— Кто он такой?

— Я не знаю этого человека.

— Идём, — кивнул Марк и направился к выходу.

Тело всё ещё лежало в нижнем зале маленького уютного дворца, над ним стоял граф Анжу, а его слуги, понуро опустив головы, прятались в тени галереи. Судя по всему, он устроил им разнос за допущенную небрежность, и вовсе не потому, что ему было жаль убитого незнакомца, просто они должны были взять его живым.

— Полюбуйтесь на этих олухов! — рявкнул граф, увидев Марка, и те испуганно отступили в тень за колоннами. — Вместо того чтоб схватить этого мерзавца и привести его ко мне, они зарубили его мечами!

— Было темно, — оправдываясь, произнёс тот, что ходил за Марком, — он схватился за кинжал и орудовал им так ловко, что не заруби мы его, он искромсал бы нас.

— Не велика потеря! — накинулся на него Анжу. — Лучше б перерезали друг друга! Этот негодяй мог знать, где мой сын!

Марк слушал его вполуха и не собирался любоваться на прятавшихся от гнева хозяина слуг. Он присел на корточки рядом с трупом, лежащим в луже крови. На нём было не менее пяти ран, три из которых были смертельны. Судя по всему, перепуганные слуги разом накинулись на незнакомца со всех сторон, и как ни ловок он был, отбиться от них кинжалом ему не удалось.

Впрочем, барон разделял недовольство графа, поскольку ему тоже очень хотелось бы расспросить этого человека, ведь он узнал его. Это был Фернандо, бретёр на службе виконта Монтре, и, может быть, это он заказал его убийство Кроту. Чтоб проверить это, Марк сдёрнул