Как по заказу 1-6 - Сергей Александрович Плотников

кого это там несёт: разумеется, о нападении порождения Шрама (и успешном уничтожении чудовища) де Берг немедленно отписал «наверх». Если бы опасную тварь не убили, в герцогство уже часов через шесть стали подтягиваться войска из ближайших гарнизонов, прискакала бы королевская гвардия на химерах и вообще пошла движуха.

А так, получается, полковник запаса своими силами угробил почти гарантированные повышения и награды массе страждущих, готовых рубиться с противником и совершать подвиг до последнего своего солдата. Ну не зараза ли старина Эдмонд? Впрочем, уже случившуюся победу тоже можно было использовать в подковёрных придворных играх… если, конечно, она была. Вассалу, разумеется, нужно верить на слово, вот только королю, беда-беда-огорчение, по должности не положено быть доверчивым. Так что, пока собрали комиссию для подтверждения факта подвига, пока поделили теоретические гешефты, пока пропихнули своих людей для освещения ситуации в нужном свете, пока доехали… Так что метатель тоже в кобуру на пояс и морду повежливее: пусть столичные штучки спокойно проедут мимо. Ага, вот и поворот грунтовки: сейчас мы их уви…

Я не угадал: вместо предполагаемой группы аристо в мундирах и броне навстречу двигался отряд церковников. Перепутать снежно-белые, словно светящиеся на фоне по-зимнему чёрных стволов деревьев сутаны-мантии с чем-то ещё очень сложно. Впереди группы, поравнявшись с первым из всадников, двигался Светлый Рыцарь Валериан. Разумеется, нас он тоже узнал. И по тому, как изменилось выражение его лица, я понял: спокойно не разъедемся. Проклятье!

— Сам Свет свёл нас, нечестивец! — первоклассно обученный светло-серый жеребец, повинуясь едва заметным движениям колен всадника вынес будущего паладина перед вынужденной затормозить группой белых и преградил и нам, и им дорогу. — Бесчестное республиканское отродье! Ты смог одурачить де Берга и его дворян, но не меня!

— Это вызов? — на всякий случай деловито уточнил я, быстро прокачивая ситуацию. Чёрт, вот ведь неудачно нарвались: что-то мне подсказывает, что эта святая консерва в герцогстве вела бы себя куда скромнее. Собственно, и вела: после нашего с дочкой кузнеца триумфа, моей манифестации и минимальной информации о происхождении Лилианы Бертран, сложить два и два было уже совсем просто. Но кроме незаметного плевка в сердцах вчера днём, я по отношению к себе никаких действий не увидел.

— Много чест!..

— Ты продолжай, продолжай, — покачал я стволом опять выхваченного метателя в сторону выпучившего глаза идиота. Идиота, настолько уверенного в своей безнаказанности, что даже оружия не обнажившего. Кстати говоря, оружия я в принципе ни у кого из белых, кроме рыцаря, не видел, однако под их балахонами можно было много чего спрятать. Одни капюшоны чего стоят: лиц не разглядеть. Зато Вал без шлема, потому, даже если огненный сгусток детонирует на его доспехе, а не под ним — голову придурку всё равно оторвёт. — Уважаемые коллеги, не могли бы вы пока спешиться и отвести коней в лес шагов на двадцать? Уверяю, временные разногласия с сэром Валерианом мы сейчас решим.

— Коллеги?! — едва не захлебнулся от захлестнувших его эмоций Белый. — Да ты!..

— Я слушал магистра Марата. Внимательно слушал, — перебил я. — Неофит Жизни — такой же светлый одарённый, как и ты, и любой другой клирик. Я просто не могу быть нечистым.

— Чушь! Ересь!

— А ещё я баронет по праву рождения, которому, оскорбив его родителей, ты отказал в праве на поединок чести при свидетелях, — с нажимом добавил я.

Сомневаюсь я, что эти «свидетели» станут на мою сторону… с другой стороны, зарядов в оружии у меня больше, чем людей и коней у противника вместе взятых. Скорее всего всех положу — рука не дрогнет. Но вот чего мне меньше всего сейчас хотелось бы — доводить дело до конфликта. Пропажа целой группы Белых — это очень плохо, даже если убитых не найдут. Учитывая, что мой отъезд по той же дороге, по которой они должны были прибыть, секретом долго не пробудет — мне лучше не стрелять. Но и не доставать пистолет я не мог: чего бы не хотел сделать недопаладин, вряд ли мне бы это понравилось. А так получился долбанный пат, и, держу пари, старший группы — не Вал, а тот, кто возглавляет отряд на самом деле, прекрасно это понимает. Надо было сразу в лес самим уйти, стоило только химерам шум услышать. Можно и сейчас попробовать, но среди деревьев преимущество метателя быстро сойдёт на нет…

Держащаяся впереди остальной группы молчаливая фигура в белом, рядом с которой ехал Валериан, подняла руки и аккуратно откинула капюшон с головы. И тут же рядом ахнула Маша, едва не заставив меня выжать спусковой крючок.

— Отче Митчелл?!

— Мой подопечный Валериан скор на язык и суждения, но в одном он прав: сам Свет свёл нас на этой дороге.

* * *

— Я… прошу… прощения… за свои слова, — такое впечатление, что рыцарю пришлось выдавливать самому себе внутренности, чтобы выговорить эту простую фразу. Поклон, которым должно было завершаться извинение, и вовсе вышел марионеточно-деревянным.

— Очень хорошо, — прокомментировал Митчелл. Клирик с абсолютно седой шевелюрой, белыми бровями и белой, аккуратной бородкой клинышком, смотрелся кем угодно, но только не грозным магом своей Стихии. Однако, был им — я ведь хорошо запомнил рассказы своего оруженосца. — Я также прошу прощения за этот инцидент, баронет. Мне, как куратору будущего паладина, нужно было удостовериться, как проходит этап самостоятельной практики у Вала… вижу, некоторые проблемы при принятии самостоятельных решений есть.

— Извинения приняты, — как можно более любезно ответил я. И куртуазно склонить голову не забыл. Когда разговор пошёл по конструктивному руслу, пришлось вслед за оппонентами спешиться и убрать оружие. Да, то, что я юридически успел побыть бароном и передал свои права на манор согласно завещанию, я решил пока опустить. Тем более, на плаще остался старый, не правленный герб: дополнять эльфийскую вышивку человеческими руками означало полностью испортить рисунок. — Так мы можем ехать?

Белый очень натурально изобразил сожалеющий вздох.

— Боюсь, пока нет.

Б…ть. И почему я не сомневался?

— Лично к Вам, Арн Бертран Миракийский, у меня никаких претензий, — тон и манера ведения разговора у клирика чем-то мне напоминала таковую у Марата, вот только я чувствовал под каждой фразой, образно говоря, тонкий лёд. — Судя по письму моей… воспитанницы вы очень достойно проявили себя в деле уничтожения Тёмных и собираетесь продолжать в том же духе. Похвально, и не может не радовать. Ваше желание поставить силу Жизни на борьбу против изменённых тоже находит у меня только одобрение. Опять же, я очень признателен, что вы смогли не только спасти Маришу, но и дать ей возможность выполнять