Участковый - Галина Дмитриевна Гончарова

– Ну вот. Наобещал… Мишка, гад такой, не приедет.

– Что случилось?

– Да жена у него внезапно… вы, дамы, такие существа бываете внезапные. Просто ужас.

Ирина кивнула. Бываем, физиология-с.

– Куда уж тут.

– Ну и ладно. У меня удочки в багажнике, вечером прикормим, с утра посидим. Ты не против?

– Не-а.

– Придется нам тут вдвоем. Уж больно неохота разворачиваться и домой ехать.

Ирина хмыкнула.

– Повезло тебе, что сейчас не восемнадцатый век. И не девятнадцатый даже.

– Почему?

– Пришлось бы жениться. Скомпрометировал? Репутацию порушил? Все, попался, хвостатый…

– А я бы и женился.

Ирина хмыкнула. Шутка пошла куда-то не туда…

– Ладно. Извини, я пошутила.

– А я – нет.

* * *

Называется – рыбалка по-русски, ощути себя карасем.

Ирина и ощутила.

Рот открыт, глаза хлопают…

– Не поняла?

Кирилл протянул палец и ловко вернул отпавшую челюсть на место.

– Иришка, успокойся. Не буду я тебя в темном лесу кусать. Или насиловать. Или что там в дамских романах пишут?

– Вот это и пишут. Укусил, потом изнасиловал, потом опять укусил…

– Это потому, что в романах бабы неправильные.

– Да? – против воли заинтересовалась Ирина.

– Конечно! Ты сама подумай, мужика кормить надо! Тогда он будет довольный и сытый.

– И насилия не случится?

– И все будет исключительно по добровольному согласию обеих сторон. А то, небось, у оборотней все мысли были – удрать и пожрать.

– Вполне возможно.

– Во-от. А накормили бы бедолагу оборотня, и было бы все, как в сказке. И службу сослужит, и…

– Мусор вынесет. Полочку прибьет.

– Даже ковер пропылесосит. Но кормить – надо!

– Вот и организуй угольки. А то соловья баснями не кормят, а оборотня – романами.

– Даже не сомневался.

– И нечего так шутить. А то поймаю на слове – будешь жениться.

– Лови. Я не против.

Ирина фыркнула.

– Не страшно? Жена-то ведьма будет?

– Все вы, бабы, ведьмы.

– Но не все способны заставить тебя, к примеру, облысеть и опаршиветь.

– Это ты плохо баб знаешь.

Ирина только вздохнула.

– Ладно. Давай шашлыками заниматься. Плохая какая-то тема получилась.

Кирилл кивнул и полез в багажник за жидкостью для розжига. И мимоходом подумал, что Женечке надо бы ноги выдернуть. Вот ведь каз-зел!

* * *

Ирина думала примерно то же самое.

Что и ее родным, и Жене… эх, надо было в свое время не сопли по морде высокохудожественно размазывать, а втыкать им штепселем по самую розетку.

Вот чего б ей надо? Она прекрасно понимала, что вздумай она перевести все в серьезную беседу… как бы не оказалось, что у оборотня в машине и кольцо припрятано. И не отвертишься.

Про оборотней она у наставницы спрашивала, а кто б не спросил? И оказалось, что твари это умные, хитрые и очень расчетливые. И – да. Если кто видел бескорыстных паранормалов, готовых щедро самопожертвоваться – просьба сообщить, это редкий и исчезающий вид. Собственно, уже почти исчезнувший – дураки быстро вымирают.

Так что с оборотнями надо держать ухо востро, нос по ветру и хвост… прижать. А то или оторвут, или еще чего… размножательного устроят, пока тылы открыты. И лишний раз ни на что не соглашаться.

Ирина и не собиралась. Тем более – замужество!

Не хочется.

Уж простите – страшновато.

Это в шестнадцать лет все просто и понятно. Ах, он мне нравится, нравится, нравится, ах он не травится, водкой не травится, или как там кто пел?[24]

Неважно!

Хотя – нет. Дурой можно быть в любом возрасте. А когда взрослеешь, причем это и в шестнадцать может произойти, и в шестьдесят, начинают появляться вопросы.

Неприятные такие, гаденькие.

К примеру – зачем ты ему?

Какую выгоду планирует получить мужчина от этого союза?

Надолго ли хватит великой любви? Существует она между вами, или в романах, как водится, навешали лапши на уши, а ты сиди и суши?

Ох, что-то Ирина сомневалась в своих чувствах. И ладно бы, бог с ней, с любовью, половина планеты выходит замуж – женится по расчету, а там и дети появляются, и живут такие семьи долго и счастливо.

Но!

Брак по расчету крепкий, если расчет правильный. А вот на что рассчитывает оборотень, Ирина и не знала. Может, это такой хитрый план? По заманиванию ее в лапы церкви?

Туда ей точно не хотелось.

Прогорал костер, поджаривались, источая упоительный аромат, шашлыки, а Ирина сидела и смотрела в огонь. Потом Кирилл, отчаявшись дождаться от нее каких-то речей, плюнул на все, и потянул ведьму к речке. Прикармливать рыбу.

Потом они сидели и жевали шашлыки. Кирилл постарался сгладить напряжение, возникшее между ними, и Ирина оттаяла. Но спать они все равно устроились в разных палатках. Так ведьме было спокойнее.

Кирилл не настаивал и не педалировал тему.

Слово было сказано, слово было услышано. Что еще нужно?

Рано или поздно он дождется ответа. Положительного.

А если ответ будет отрицательный?

Тогда надо просто повторить свое предложение еще раз.

* * *

Рассвет на речке.

Как это выглядит?

Призрачно. Зыбко, неустойчиво, словно весь мир окутался молочно-белым флером тумана, и не собирается приподнимать вуаль.

Речка ограничивается небольшим участком вокруг тебя, остальное вытекает из неизвестности и в неизвестность возвращается, словно это легендарная Лета, деревья в клочьях тумана кажутся волшебными великанами. Не тупыми и злобными, как их изображают, а добрыми и загадочными.

Трава затянута белым покрывалом, и ты идешь по ней неуверенно, чтобы не наткнуться ногой на кочку или палку, а выглядит это так, будто ты плывешь в облаке сахарной ваты.

Рыба – единственная реальность в этом мире. Вполне осязаемая, живая, бьющаяся на крючке…

За два часа Кирилл с Ириной натаскали штук двадцать карасиков, сазанчиков и даже двух ершиков. Теперь добыча плескалась в пластиковом ведре с крышкой.

Почистить – и варить.

Ловить они бросили, когда над водой начало подниматься солнце. Теплое, уютное, красноватое из-за тумана, бросившее по воде теплые розовые отблески…

К чести оборотня, одну Ирину биться с рыбами он не бросил. Достал еще один нож и пристроился рядом. На траву летела серебристая чешуя.

Уха тоже получилась на славу.

Все было мирно и спокойно. Два друга выехали порыбачить.

Или – это только видимость?

* * *

Дом встретил Ирину кошачьим мурчанием.

Уютным таким, ласковым.

И девушка растаяла. Подхватила на руки наглого черномордого типа, потерлась щекой о пушистую щеку.

– Ты ж мой хороший…

Сим подумал пару минут, аккуратно зацепился когтями и влез ведьме на плечи. Разлегся там, словно большой пушистый воротник, две лапы с одной стороны, две с другой