Фантастика 2026-75 - Валерий Кобозев

неразумны, смесь инстинктов, словно у животного. Максимум напугают да толой порвут, если же противник сильный, предпочтут сбежать. Но чем больше их собирается, тем больше «проявляется» «Она».

Санчез потряс кистью, подбирая слова.

— А уж если заговорила — будь уверен, рядом их сотни, если не тысячи. Уверен, что слышал его голос?

— Томный такой, словно женщина в постель зазывает... — описал я.

— Тут не спутаешь, — покивал головой наёмник. — Только редко она до разговоров нисходит. Чем-то ты её заинтересовал.

В подтверждение этих слов я снова услышал журчащий ручейком, сладкий и заставляющий невольно напрячься голос.

— «Сильный» прав, человек. Ты и правда пахнешь иначе, чем другие. Будто приторно-сладкий подгнивший фрукт. Не бойся, есть я тебя не стану.

— Она с тобой говорит? — вновь заволновался Доминик, увидев, что я вслушиваюсь.

— «Сильным» тебя назвала, а я вроде как не в ее вкусе, — ответил я.

Однако времени на расспросы более не было — летунов над нашими головами становилось всё больше, а в голове появился неприятный, постоянно нарастающий шум, превращающийся в мыслеобразы. Причем тварь не что попало нам показывала — улавливая наши мысли, она старалась подсунуть наиболее подходящий. Я пока еще не понимал, что со мной не так, но ощущение раздвоенности не покидало меня.

Всё стало на свои места, когда мне на глаза попалась выбирающаяся из повозки Амади. Выглядела она измученной, двигалась с усилием и даже забыла отмахнуться, когда на помощь, поддержав ее, пришел Пьер...

Урод! Как он смеет касаться этой женщины? Сам ведь недавно голосовал за то, чтобы оставить ее умирать! Кровь ударила мне в глаза, задыхаясь от ярости и ревности, я уж было дернулся покарать обидчика... Однако быстро спохватился. Сообразил, что подобные этим мысли мне не свойственны…

Пусть в глубине души каждый мужчина считает любую встреченную им симпатичную женщину своей, это же не причина кидаться на людей? А поступок Берта и Пьера, хоть и отдавал гнильцой… Все же был логичным и в целом верным!

Хитрая гадина. «Она» не просто уловила отблески моих переживаний, но, манипулируя ими, практически смогла заставить подчиниться её воле. Потрясся головой, я отогнал назойливые желания и только тогда заметил, как внимательно, не убирая руку с эфеса, смотрит на меня Санчез.

— Отпустило? — задал он уже не нужный вопрос.

Я лишь кивнул, поморщившись. Все, кроме Росса, смогли выдержать этот ментальный удар, последнего же накрыло куда жестче. Берт вместе с его братом скрутили парня и сейчас вязали ему ноги и руки.

— Второй раз поддался. Первый раз не зазорно и опытному вояке. Во второй справляются две трети. Если на третий раз сплохует — больше никто не возьмет его в команду. Обуза в Пустошах не нужна никому, — прокомментировал происходящее Дом.

А тем временем над нами собиралось всё больше летунов — небо застлало белой тучей. Давление стало сильней, появилось устойчивое желание драпать со всех ног. Но, памятуя предупреждения командира, я постарался отодвинуть это ощущение. Караван двигался очень медленно, скучковавшись и отозвав разведку. Все, кто только мог, включая возниц, вооружились сетями и ножами. Лица и открытые участки тела закрывались шляпами, шарфами и перчатками. Многие натянули примитивные деревянные маски.

Но главным действующим лицом стал Ланель. Замотанный в толстый ватник, надевший металлический шлем и латные перчатки, в руках он держал длинную трубу, на обратном конце которой были закреплены напоминающие кузнечные меха и бурдюк с какой-то жидкостью. Еще пара таких сосудов висело на его поясе. Рядом с ним стояла пара помощников из караванщиков, каждый тоже нес собой, кроме сетей, запасные емкости.

Летающие твари начали приближаться, а мозги кипеть. Ланель же отважно вышел навстречу живой армаде. Увидев отколовшуюся от общей массы цель, «ангелочки» атаковали его. Прямо на лету, пикируя, они превращались в огромных четырехлапых пауков: острые когти вместо рук и ног, милые недавно девичьи ротики раскрыты в ужасающих зубастых оскалах.

Однако Ланель не дрогнул — до последнего тянул, ожидая, пока белое облако максимально «загустеет». И вот в последний момент, когда тварюги были уже в паре локтей от него, из трубы вырвалось пламя. Жидкая алхимическая смесь сонмом капель разлетелась, «орошая» всё вокруг на пару десятков футов. Белые твари вспыхивали и падали на землю. Поливая пространство вокруг огненными струями, наемник крутился волчком. Правильно рассчитав дистанцию, Ланель уничтожал малявок десятками. Те немногие летуны, что смогли прорваться к нему, бессильно рвали на нем одежду, скребли и ломали зубы о металлические перчатки и шлем.

Теперь уже нас атаковали со всех сторон. В ход пошли заготовленные сети, а затем и ножи. Кто половчей, умудрялись сбивать тварюшек на лету. Я успел располовинить с десяток монстров, прежде чем их атака захлебнулась — твари откатились назад, зависнув в отдалении, оставляя на земле кучу мертвых сородичей.

— Плохой! Плохой мальчик! Я вырву и сожру твое горячее сердце! — «Она» грохотала теперь для всех, указывая тысячей рук в сторону Ланеля, а тот, сняв шлем, скривив лицо, явно преодолевая ментальную атаку, показал Ей неприличный жест. Еще один всплеск ярости, ударивший по сознанию… И тишина.

Самая глубокая тишина, которую я помню. Только сейчас я осознал, какая буря из вторичных образов и чувств бушевала у меня в голове. Первые слова, разорвавшие всеобщее оцепенение, прозвучали как удар грома.

— Уф, это было жестко, — расслабился Ланель, аккуратно опустив свою трубу на землю и опершись на колени. Радостные крики огласили пустошь.

— Твоя тактика снова сработала, Лан! В прошлый раз ты смог лишь напугать «Её», — подойдя к герою, Доминик похлопал того по плечу.

— В следующий раз такое уже не пройдет, сам знаешь, «она» ведь не дура.

— В следующий раз она, может, и не сунется. Но тут ты прав, парень, — выводы «Она» сделает.

— В следующий раз придумаю что-нибудь новенькое, — потрясая кулаком, пообещал наёмник.

Под общие ликующие возгласы Ланель отправился раздеваться.

Как выяснилось чуть позже, столь удачных схваток с «Ней» давненько не было. Особенно учитывая сегодняшнюю их численность. Заставить отступить тварь могли лишь серьезные потери летунов. А уж без потерь в таком случае обойтись практически не удавалось. А тут даже животные пострадать не успели. Чистая победа.

Глава 27. Не все сделки честные...

Артур. В Пустошах.

Ночь оказалась невероятно холодной. Еще к вечеру студеный воздух заставил меня застегнуть куртку под самый подбородок, а изо рта начали появляться