Фантастика 2026-172 - Юрий Лермонтович Шиляев

входную дверь. В этот же момент мимо проезжали на машине патрульные. Жалобные крики, плюс чуть не слетевшая с петель дверь, плюс моя идиотская физиономия и улыбка - равно их пристальный, слегка недоумевающий взгляд. Очень занимательная математика! Терпеть ее не могу.

- Собака убежала… - я сделал вид, что осматриваю дворик. – Очень ее люблю, вот и волнуюсь!

Полицейские переглянулись и вдруг предложили помочь, чтобы найти питомца. Пришлось вежливо отказываться.

Когда вернулся домой, то увидел вылезающую из шкафа Финансу. Она смеялась и не могла сдержать себя. И что с ней теперь делать за такое?! Устроить выговор с занесением ремня по чей-то белой попке? Помню папа лупил меня ремнем. Но даже представить не получалось, чтобы я мог причинить боль Фине!

Я тяжело вздохнул:

- Финанса, не делай так больше!

- Папа, я только пошутила. Обещаю, больше такого не будет! – кивнула девушка.

Вечером Фина готовила себе на ужин что-то по рецепту из телевизионной передачи, используя вместо всех ингредиентов бумагу. После длительных попыток ее блюдо вспыхнуло огнем на плите.

- Ох, ну что ты делаешь, Фина?! – вскрикнул я испуганно. – Давай помогу!

- Сама хочу! Не дитя уже! – ответила она, смотря осудительно на меня.

- Нет ничего зазорного в том, чтобы принять помощь! – все же переубедить ее оказалось невозможно, и я просто сменил тему. - Скажи, Фина, а как газета на вкус?

- Прям вот интересно? – посмотрела она на меня с каплей вредности. Я на это ничего не ответил, и девушка смягчила свой тон. - Странно это описывать. Бумага впитывается в кожу, и я чувствую в этих местах тепло, немного приятно, мягко. А потом наступает сытость… Примерно так, - я слушал, но моя фантазия словно блокировалась. Даже не получалось себе этого представить. А Фина продолжала рассказывать: - Журнальчики в твердом переплете намного вкуснее, чем обычная газета. А если нарезать и смешать разной плотности, то прям салатик получается. К слову, журнальчики-то закончились…

Я с усталой улыбкой покачал головой. Намек был понятен! Особенно, когда она напомнила про него еще несколько раз за день. Пришлось сходить на рынок недалеко от нашего района. Прикупить журнальчиков и себе продуктов, раз уж так по пути.

Едва я вошел в ворота ярмарки, как сразу стал свидетелем неприятных сцен, что происходили чуть ли не на всей территории рынка.

- А почему цены так резко поднялись?! - бесновались люди у ларьков, некоторые собирались в целые группы. – Что за произвол?! – никто не оставался в стороне, кидая свои реплики.

Оглядывая недовольных, обманутых обывателей, я чувствовал себя почти виноватым. Так и еще, по сути, и жертвой в добавок. К слову, насчет этого: я внимательно осматривался по сторонам, но ни полиции, ни бандитов среди покупателей не заметил.

Сердце вдруг забилось сильнее от вида беснующихся людей. Мысль о том, что Финанса осталась одна, постоянно вертелась в сознании. Я быстро купил все необходимое и направился домой. И тут я неожиданно заметил Франсин… Она стояла, прислонившись к последнему ларьку. Кажется, она наблюдала за мной. В этот момент я выбежал за ворота рынка и потому потерял ее из вида. Сразу вернувшись, я оглядел окрестности в поисках. Однако Франсин уже не было. Может, показалось? Ох, лучше не думать! Это все волнение играет в сердце. Спешно я отправился домой.

Под самый вечер я проходил мимо кабинета с библиотекой и, заглянув в него, удивился. Вот это мне точно не показалось! Пришлось войти. Финанса, окруженная стопками книг, сидела и листала одну из них с такой скоростью, словно искала припрятанную среди страниц денежку на черный день.

- Только потом положи их на место, – проговорил я тепло, осматривая полки. – Вот сейчас ты молодец. Книги это…

- А, то есть раньше была не молодец, типа плохая? – язвительно кинула девушка.

- Эм, нет, просто…

- Знаю, знаю, стала заниматься только тем, что тебе нравится!

- Нет, занимайся, чем хочешь, просто чтобы это помогло найти то, что искренне нравится… Типа того. Что может заслуживать внимания больше, чем найти себя?..

- Думаю, я смогу это сделать. У нас ведь есть куча денег, - помахала она руками и с них подобно сухой листве с веток, посыпались свеженькие купюры. – Мы и найти, и купить все сможем…

- Фина, деньги не помогут найти себя или купить талант. Если только чуть помочь в реализации, но это совсем другое…

- Раз так, ты сам-то себя нашел, папка? – спросила она.

Я было хотел ответить, но тут же осёкся. Взгляд метался, я вдруг задумался и осознал, что в голове было лишь голое поле:

- Нет, еще нет…

- Ну и как ты можешь говорить о том, чтобы сам не знаешь, - она махнула рукой. Я почувствовал такой стыд, что стало не по себе. Аж лицо покраснело. Нужно было срочно сменить тему!

- Хочешь, почитаю тебе? – предложил я с улыбкой.

- Мне что, пять лет? Сама могу, если захочу, но неохота… Скучно! Спать хочу! - вскочила она. – Хочу в свою комнату! – ее гонор все усиливался.

Она зачем-то взяла меня за руку, и мы пошли в ее комнату. И тут знакомое чувство охватило меня, пробивая насквозь, подобно пуле снайпера. Моя комната рассыпалась на части и через несколько мгновений я уже оказался в другой. Просторное помещение, напоминающее школьный класс. Свет из широких окон освещал многочисленное компьютерное оборудование на столах, что стояли у стен помещения. На некоторых располагались странные устройства, напоминающие станки с колбами разных размеров. И повсюду целое море походивших на змей проводов. Прям сцена из фантастического фильма.

Уже понял – это было очередное видение! И ощущал, что это эму было совсем немного времени. Не больше месяца.

Я услышал торопливые шаги. В помещение вошел Стюарт с довольной улыбкой. Ученый вообще не изменился за прошедшие годы (а ведь получается десять лет прошло почти). Даже тот же нелепый свитер под белым халатом был на месте.

- Итак, еще один день. Еще один файл! – проговорил ученый возвышенно, легко дыша. Засучил рукава, натянул на маленькие пальцы резиновые перчатки. Включил негромко музыку, медленный джаз. Исследования продолжались. Для каких-то непосвященный незнающих людей – это звучало или представлялось слишком заумно, но на самом деле для Стюарта это была обыкновенная работа. Дело, которое он просто знал и занимавшее самое почетное место в