"Фантастика 2026-93". Компиляция. Книги 1-26 - Иван Басловяк

по сути, Зара права в одном — ты, дитя, не понимаешь всей глубины проблемы. Зло должно быть наказано. Немедленно и бесповоротно. Иначе оно пускает корни. Ты, как ученица Дариона, должна это понимать лучше других.

Касс вспыхнула, открыла рот, чтобы огрызнуться, но поймала мой взгляд и промолчала, лишь с силой вогнав кинжал в столешницу.

— Хлоя, — я наконец вмешался, и мой голос прозвучал как удар гонга. Все замолчали. — Твоя решимость похвальна. Твоя преданность богине — тоже. Но Зара права в одном: мы здесь на чужой территории.

Я подался вперед, глядя ей в глаза.

— Страх — хороший инструмент, но плохой фундамент. Если каждый остров будет встречать нас вилами, потому что считает нас палачами, мы увязнем здесь на годы.

— Ты тоже осуждаешь меня? — в голосе Хлои не было обиды, только холодное любопытство. — Ты, Дарион Торн? Человек, который уничтожил семьдесят два лорда-демона? Ты, который вырезал целые армии? Да на твоих руках убийств больше, чем на руках любого во всей империи.

— Я делал то, что было необходимо для выживания, — парировал я. — И я никогда не прикрывался словами о «высшей справедливости». Я убивал врагов, потому что они хотели убить меня. Ты же начинаешь видеть врагов везде, где есть тень.

— Потому что тени сгущаются, Дарион. И кто-то должен нести свет, даже если этот свет обжигает.

Она встала, поставив недопитый бокал на стол.

— Я не буду извиняться за то, что очистила мир от скверны. И если вы слишком мягкотелы, чтобы делать грязную работу, я сделаю её сама.

Она вышла из каюты, и дверь за ней закрылась с тихим, но отчетливым щелчком.

Зара шумно выдохнула и откинулась на спинку стула.

— Она становится опасной, — тихо сказала она. — Немезида давит на неё. Я чувствую это. Боги в панике, Дарион. Они теряют контроль, и их Апостолы становятся… радикальными. Лисара тоже напряжена.

— Я разберусь с этим, — ответил я, хотя у меня не было готового решения.

С богами всегда сложно. С фанатиками — еще сложнее. А с красивой женщиной-фанатиком, у которой в руках божественная сила… это тот еще коктейль.

* * *

На следующий день горизонт очистился. Мы подошли к острову, который на картах был обозначен как «Приют Рассвета». Сирена, которая теперь была частью нашей команды и вела свой «Глубинный Странник» параллельным курсом, сообщила, что это важный перевалочный пункт. Место, где пополняют запасы воды и продовольствия все суда, идущие на юг.

С борта корабля остров выглядел как ожившая мечта уставшего моряка.

Зеленые холмы, покрытые пышными лесами, спускались к белоснежным пляжам. Аккуратные домики с черепичными крышами лепились к склонам, утопая в цветах. В гавани стояли десятки лодок, и, что удивительно, не было видно ни одного военного корабля, ни одного укрепления.

Никаких пушек, направленных в море. Никаких магических барьеров, гудящих от напряжения.

— Слишком… мирно, — заметила Касс, стоя рядом со мной на мостике. — После того, что мы видели на других островах, это выглядит жуть как подозрительно и любопытно.

— Может, они просто умные, — предположила Зара, разглядывая берег в подзорную трубу. — Решили, что нейтралитет выгоднее войны. Смотрите, там ярмарка на набережной. Музыка, флаги.

Действительно, ветер доносил звуки музыки и смех. Остров жил так, словно войны не существовало. Словно демоны, Феррус, мятежи, все это было где-то в другой вселенной.

Мы пришвартовались. Нас встретили не вооруженные стражники, а делегация местных старейшин в нарядных одеждах. Девушки вешали на шеи матросов венки из цветов, дети бегали по пирсу, смеясь и указывая пальцами на наш необычный корабль.

— Добро пожаловать в Приют Рассвета! — провозгласил высокий седой мужчина с миролюбивым лицом, похожий на доброго дедушку из детской сказки. — Мы рады любым гостям, приходящим с миром!

Капитан «Быстрого», суровый наемник клана Мерсер, выглядел сбитым с толку. Он привык, что его встречают вилами или угрюмым молчанием, а тут ему совали корзину с фруктами и предлагали попробовать местное вино.

— Выглядит неплохо, — пробормотала Хлоя, спускаясь по трапу. Она все еще была холодна, но напряжение вчерашнего вечера немного отступило. — Может, здесь мы сможем нормально отдохнуть и пополнить припасы без боя.

Я шел следом, и Тень жался к моим ногам. Пес не вилял хвостом. Его шерсть на загривке стояла дыбом, а все три головы вертелись по сторонам, принюхиваясь. Он тихо рычал, словно чуял крысу в мешке с зерном.

— Тихо, блохастый, — я положил руку ему на холку. — Я тоже это чувствую.

Все было слишком идеально. Улыбки местных жителей были широкими, искренними… и абсолютно одинаковыми. Жесты торговцев, предлагающих товар, движения танцовщиц на площади, во всем сквозила какая-то неуловимая синхронность.

Словно они репетировали эту сцену тысячу раз.

— Господин Торн! — ко мне подошел тот самый «добрый дедушка», представившийся как Старейшина Матиас. — Для нас честь принимать такого известного героя! Мы слышали о ваших подвигах! Прошу, будьте нашими гостями. Сегодня вечером в честь вашего прибытия мы устраиваем большой пир в ратуше!

— Мы просто пополним запасы и уйдем, — ответил я, внимательно глядя ему в глаза.

Глаза были ясными, голубыми. В них не было ни тени лжи, ни страха, ни злобы. Только безграничное радушие. И это настораживало больше всего.

— О, не обижайте нас отказом! — всплеснул руками Матиас. — Мы так редко видим гостей с большой земли. Всего один вечер! Наша кухня славится на весь архипелаг!

Я переглянулся с Зарой. Она пожала плечами, мол, почему бы и нет? Еда — это святое. Хлоя тоже выглядела заинтересованной, видимо, надеялась наладить торговые связи.

— Хорошо, — кивнул я. — Один вечер.

Весь день команда отдыхала. Матросы разбрелись по тавернам, где их поили бесплатно (неслыханная щедрость для портового города). Касс носилась по ярмарке, скупая всякую ерунду и объедаясь сладостями.

Я же гулял по городу, наблюдая.

И чем больше я смотрел, тем меньше мне нравилось увиденное.

Я заметил, как двое рыбаков, тянущих сеть, двигались в абсолютном унисоне. Не просто слаженно, как опытные напарники, а механически одинаково. Подняли руку, вытерли пот со лба, вздохнули — секунда в секунду.

Я видел, как женщина, ругающая ребенка за испачканную рубашку, улыбалась одними губами, в то время как ее глаза оставались пустыми, как стекляшки.

И эта вездесущая атмосфера счастья. Она была плотной, вязкой, как сироп. Здесь не было нищих. Не было пьяных драк. Не было даже обычного бытового раздражения.

— Театральная постановка, — прошептал я себе под нос. — Декорации рая.

Вечером мы пришли в ратушу. Зал был огромен, столы ломились от яств. Жареные поросята, горы фруктов, реки вина. Местные жители, одетые в свои лучшие наряды, сидели за