Фантастика 2027-127 - Геннадий Борчанинов

Я долго думал над её поступками, флирт — это, скорей всего, способ самозащиты или попытка проверки моих чувств. А хрен его знает, может элемент самонаказания, с неё станется.

А вот что мне делать со своими чувствами, ну не желаю я её терять, это выше моих сил. А тем более отдавать другому. Никогда раньше не думал, что можно так мучиться из-за девчонки. А ещё сны эти дурацкие, просыпаюсь среди ночи от того, что она меня навещает. Во сне, разумеется.

Насильно мил не будешь, рассчитываю исключительно на то, что Лена поймёт причину моего тогдашнего отказа и оценит это. Возможно, я снова смогу занять место в её сердце как безопасная и комфортная гавань.

Я большинство наших новых граждан знаю в лицо, по крайней мере активную часть населения. Этот парень работает в одной из наших тыловых бригад. Они специализируются на том, что идут вдоль берега, выискивая припрятанные суда. Если обнаруживают что-то стоящее, то сообщают нам и приходит буксир.

Ему лет тридцать пять, рослый с гривой каштановых волос. Впервые я заметил рядом Леной чужого и сразу сработал сигнал опасности. Но не устраивать же скандал на пустом месте. К тому же праздник в самом разгар, но настроение резко испортилось и захотелось слинять отсюда. Просто невыносимо захотелось тишины, хорошо бы очутится на лесной опушке перед озером. Сидеть бы и наблюдать за его гладью — и ни о чём не думать. Я устал за это время, много сил уходило на запуск производства рыбопродуктов. Раньше наоборот хотелось движения, тишина пугала. А вот сейчас хочу обратного. Но опять же, надо улыбаться и отвечать, один из наших интересуется, что мы планируем делать с круизным лайнером. Забодался уже отвечать, что это входит в самые насущные задачи. Мы занимаемся этим вопросом.

Вот минуту назад девушка стояла с тем парнем, она держала в руках стакан с вином и внимательно слушала того. Вроде всё в рамках приличий. Но вот я вернулся на площадь, а её нет. Сразу начал оглядываться, ну не могла же она убежать.

С площади веером идут несколько проулков до проспекта Алена ле Пе, который параллелен набережной. Это заселённая нами жилая часть. Но улочек пять, а куда могла свернуть эта парочка? Видимо мои телодвижения не остались незамеченными, — Лёха, ты что сортир ищешь? Начальственный животик прихватило?

— Ты Ленку не видел? Только стояла здесь с одним фруктом и внезапно исчезла.

— И что, ты хочешь свечку над ними подержать? — видимо выражение моего лица что-то подсказало Сашке, потому что тот мгновенно подобрался.

— Вроде они пошли по улочке Адигар, — и друг для достоверности ткнул пальцем в сторону одного из проулков.

Здесь узкий проулок с рядом двухэтажных каменных домов, типичных для этой области Франции. Ни души, и в самом деле, все сейчас празднуют на площади. Один я занимаюсь самым дебильным занятием на свете, слежу за другими. Будто у меня гордости нет. Если Лена может вот так просто исчезнуть с первым попавшимся мужчиной, и явно не для декламации стихов, то зачем я мучаюсь. Флаг ей в руки. На миг стало легче, в мозгу вспыхнула картинка, как она стонет под другим мужчиной, балдея от того, как он стегает её крепким ремнём. И накатило опустошающее равнодушие.

А пошло оно всё, я сделал шаг в сторону площади. Глухой удар и звук, похожий на стон. Я резко обернулся, вроде это идёт от дома напротив. Здесь каменные дома стоят фасадами наружу и между ними нет разрывов. В каждом доме массивная деревянная дверь, вот за одной из них неявный шум. Подойдя поближе прислушался, нет — не показалось. Опять мужской голос и вскрик.

Уже слабо контролируя себя, я толкнул незапертую дверь. Это гостиная, слабенький огонёк масляного светильника скупо освещает большую комнату. Но достаточно, чтобы рассмотреть происходящее. На полу возится нечто, похожее на большую груду тряпок. Дальнейшее врезалось мне в память мгновенной вспышкой. Я вижу очертания мужской фигуры, светлым пятном выделяется его голая задница. Под ним лежит девушка, платье задрано на голову, видны голые ноги и живот. На первый взгляд это любовная парочка занимается сексом. Если бы не элементы борьбы. Одной рукой он прижимает её голову и не даёт закричать, второй пытается стянуть с неё трусы. А та извивается и мычит, пытаясь скинуть его с себя. Осознание происходящего заняло меньше секунды. Дальше я действовал как простой парень, никогда в жизни толком не дравшийся. Я благополучно забыл о служебном пистолете на поясе. И просто вцепился в его волосы, благо там было за что ухватится. Рывком мне удалось оторвать его от пола, и мы завалились рядом. Я пытаюсь его душить, захватив левой рукой шею. А тот активно борется и, к сожалению, он значительно сильнее меня. К тому же я нахожусь под ним. Вскоре мужчина сумел вывернуться, и теперь моя позиция стала ещё хуже. Он уселся на меня и пытается освободить руку для удара. Я же пытаюсь этого не допустить. У этого бугая здоровенные кулаки и пары пропущенных ударов мне с лихвой хватит. А я тут не один, от этой мысли сил прибавилось и мне удалось перевести борьбу в положение, когда мы оба лежим на боку. Ногами пытаемся обхватить соперника, чтобы спеленать. В итоге нам удалось вскочить и тут мне прилетело. Он резко выкинул ногу и попал мне в живот. От удара я полетел к стене и прилично приложился локтем. Но тут не до рефлексий, с трудом удалось вздохнуть и подняться на корточки. Удар ногой в лицо погасил моё сознание. Как же стыдно, так бездарно просрать всё.

Именно эти мысли первыми пришли ко мне, когда я пришёл в себя. Башка гудит как с перепоя, сильно саднит разбитое лицо, вернее нос и правая сторона лица. А в остальном я вроде в порядке. Ощупал руки-ноги, целы. Всё тело болит, но это последствия драки и катания по жёсткому полу. Мы же старались от души друг друга приложить.

Угу — радует, что это наш медпункт. Значит, не всё так плохо. Но тут как вспышка пришло осознания того, что я понятие не имею что с Леной. Во время драки я совсем упустил её из вида. И что с тем парнем, как много прошло времени?

Видимо я немного пошумел, потому что в помещение