Фантастика 2026-100 - Вадим Фарг

Мы встретились на том же холме, у каждого в руках было по мешку со снедью на пару дней и важными для долгого похода мелочами. Все натаскано из разных домов, чтобы пропажа была как можно более незаметной. Незначительной. После этого мы удалились от городских огней, устроились у озера и уже нормально перекусили. Дарлан достал из своего мешка еще одну рубашку, сбил ее в кучу, превратив в подобие подушки, и лег на спину, а я так и осталась сидеть, обнимая себя за колени. Происходящее казалось таким странным, ненастоящим даже.

Дарлан недовольно повернул голову в мою сторону:

— Хватит сопеть, ляг и спи.

— Не хочу.

— Понял: тебе не хватило прошедших суток, надо добавить… — он вдруг вскочил на ноги и сказал: — Тогда давай так: кто первым переплывет озеро, тот завтра раздает приказы. Второй, соответственно, помалкивает. И когда ему говорят спать — молча спит, — не дожидаясь моего ответа, Дарлан поспешил к озеру.

Конечно, я поторопилась за ним и, припомнив, что он любит играть нечестно, даже подставила подножку по дороге. Дарлан звучно выругался, но я уже вырвалась вперед, зашла в воду… плавать мне всегда нравилось, казалось, вода очищает мысли и тело. А сейчас мне это требовалось. Я плыла, не жалея себя, не глядя, где там Дарлан, а просто… плыла.

Очнулась на другом берегу. Одна.

Дарлан нашелся на середине озера — валялся, раскинув руки по сторонам. Даже в темноте он сильно выделятся на озерной глади, ведь до сих пор был бледен и прозрачен. Уже без спешки я добралась до него и пнула в бок:

— Это как понимать?

— Да я чуть не помер, пока плыл, — заявил Дар. — Но ты молодец, утерла мне нос. И, надеюсь, очень при этом устала, не станешь пыхтеть надо мной с печальным видом и грустить по своему Актеру.

— Утопить бы тебя!

— Ага, слышал уже…

Мы вернулись, переоделись в сухое и уже оба легли. Ногами в разные стороны — не хотелось ложиться рядом с Дарланом, но получилось так, что наши головы оказались рядом. И опять я мешала Дарлану спать…

— Судьи, Ида! — не выдержал он. — Всегда поражался твоей способности переживать из-за мужиков, при этом своими же руками создавая проблемы. Все проще, чем кажется, и все зависит от тебя и твоего умения упрощать, понимаешь? Ты же меня простила за Силлиана своего… за все остальное. Простишь и Актера, тебе же явно этого хочется. И все у вас будет хорошо, пройдете через некоторые трудности… говорят, это даже на пользу крепким парам.

— Я тебя не простила.

— Нет?

— Нет. Я деградировала до твоего уровня и пришла к пониманию.

— Многословно, я выразился короче — простила.

— Ты еще утром утверждал, что от Актера стоит избавиться во благо Мертвоземья, что он смутьян и обязательно доставит немало проблем, — припомнила я. — А теперь предлагаешь простить его?

— Мое утреннее утверждение в силе, и оно гениально в своей простоте и очевидности, но и нынешнее предложение тоже сойдет. Решать тебе, понимаешь? Актер — твоя проблема, всегда ей был и, видимо, будет. Или не будет, если ты так решишь. Но тебе, похоже, страдать нравится.

— Чушь!

— Как скажешь. Но я лично наблюдал за твоей драмой с принцем, и ты сама его оттолкнула за один короткий момент слабости. Напомню — не только на тебя тогда обрушились новости о том, кто ты на самом деле и что тебе предстоит, на Александра они обрушились тоже. Он сглупил, потому что был юным и глупым, но потом пытался все исправить. Но ты не позволила, ведь уже варилась в своей драме. С тобой просто нельзя ошибаться. А Актер… так вляпался, что не разобрался, во что он вляпался. Жаль этого бедолагу.

— Он тебя пытал, и тебе его жаль? — хмыкнула я. Почему-то разговор с Дарланом больше веселил, хотя должен бы злить. Тело гудело от скопившегося за сутки напряжения, но хотелось смеяться во весь голос. Это, похоже, нервное. И мы разговариваем о чем? О мужчинах, которые прямо сейчас — последняя из нависших сверху проблем. Еще бы платья обсудили, честное слово.

— Что бы ты обо мне ни думала, я способен понять драму врага. Без этой способности делать на поле боя нечего, как говорил…

— Луциан, — закончили мы уже хором.

На некоторое время повисла тишина, но я знала — Дарлан еще не спит.

— Как думаешь, Луциан… — начала я, но Дар перебил:

— Я не думаю, а сплю.

И мне тоже пришлось закрыть глаза.

Поход затянулся до сбитых в кровь ног и болезненной рези в глазах. Мы встали рано утром и шли до самой ночи, пока могли идти. Тенет и расстояние до него, охарактеризованное ранее как «недалеко» теперь предстало в ином свете, все же на своих двоих все измеряется иначе. Такие приключения на мою долю еще не выпадали… как и на долю украденных ботинок — к вечеру они пришли в негодность, в стопы впивались острые камни. Мертвоземье — суровое место для пеших прогулок.

По расчетам Дарлана нам предстоял еще день пути, но только если будем двигаться с той же скоростью, что и сегодня. Не хотелось ныть, но в душе я сомневалось, что выдержу еще один такой день, да еще и без обуви. Запасную взять неоткуда… пожалуй, еще ни разу в жизни я не чувствовала себя настолько изнеженной и неприспособленной к испытаниям альтьерой, как в этом походе. Даже Дарлан, и тот лучше держался! Подумать только.

В этот раз озера рядом не оказалось, а к реке идти мы не осмелились — Тенет уже близко (как сказать, но все же). Отошли поближе к горам, перекусили. Дарлан осмотрел мои ноги и махнул рукой — мол, все заживет уже к утру, а с обувью что-нибудь придумаем, намотаем побольше тряпок. Все у него было легко и просто, что понятно: ноги-то не его. С другой стороны, что он еще мог сделать? Пожалеть меня, по головке погладить, а завтра нести на руках всю дорогу? Тогда мы точно никуда не дойдем. Все ясно, как Великий Суд: потакание моим слабостям приведет к замедлению пути.

— Что будет, когда мы лишим Хала силы? — спросила я. Мы лежали в точности так, как прошлой ночью — ногами в разные стороны, но головами друг к другу. Говорить можно было совсем тихо, все было слышно в мертвой пустоте.

— Давай сначала это сделаем.