Галактика Белая - Наталья Владимировна Бульба

Выглядел хозяин Тандора не то уставшим, не то потерянным. В душе всколыхнулось чувство вины, которое, несмотря на все усилия, утихомирить не удалось. Объяснять самой себе, что со своими проблемами, если такие вдруг возникнут, он справится и сам, оказалось бесполезно.

Мое состояние он заметил, тут же обнадеживающе улыбнулся.

— «Зверя» заберешь? — Я решила, что деловой тон скорее позволит нам справиться с неловкостью.

— Ты сомневалась? — с легкой обидой ответил Шорн, приняв мою манеру разговора.

Вот только я успела заметить тень облегчения, мелькнувшую на его лице. Похоже, он опасался моих претензий. Рауле, о котором он рассказал ребятам, но не мне, был для этого весомым поводом.

— Нет, — хмыкнула я. — Но корабль вроде как теперь принадлежит Тарасу.

Артур закатил глаза — у меня научился, словно говоря, что с нами не соскучишься.

Про мое желание подарить «Зверя» ангелу он узнал первым, следовательно, учудил что-то мой новоявленный помощник.

Подтверждение не заставило себя ждать.

— Он сказал, что не будет торопиться оформлять передачу. Посмотрит, как будут развиваться события.

Я прошлась по каюте, принимала я Шорна в кабинете, решив, что в спальне гостей было уже достаточно.

В поведении Тараса ничего не настораживало: он предпочитал заботиться о других, но тяжело воспринимал внимание к своей персоне. Но горечь все равно осталась. Он понял, что я начала раздавать долги, потому и отказался от корабля.

Рано или поздно, но «Зверь» ему достанется. Жизнь растащит нас тем или иным способом, пусть и не сможет поставить жирную точку в нашей дружбе. Но быть не экипажем — семьей, или всего лишь знать, что ты — здесь, а остальные где-то там…

Хорошо еще, если в одной Галактике…

Я обернулась к устроившемуся в кресле Тимке. Тот тут же приподнял мордочку, посмотрев на меня, будто отвечая на не заданный мною вопрос.

Кем же ты был, зверек, созданный Хранителем остатков прошлого древней расы?!

— Это не важно, что он говорит, — жестко отрезала я, слегка удивив Артура. Представляю, как бы он изумился, узнай, о чем я только что думала. — Я своего решения не изменю.

— А «Легенда»? — невинно поинтересовался Шорн.

Мы говорили не о том, что нас обоих тревожило. Но беседовать об этом было проще.

— «Легенда» принадлежит мне. Так есть и будет! — ответила я с улыбкой. Но она тут же померкла. Тянуть дальше не стоило. Для наших с ним нервов. — Ты хотел меня о чем-то предупредить?

Тот удивляться моей проницательности не стал. Да и не скрывал он от меня своей озабоченности, в отличие от брата, продолжавшего демонстрировать свою бесстрастность.

Я мысленно усмехнулась, если бы Искандер вчера не сбросил маску, я не знала бы, о чем и думать…

Если бы не сбросил маску…

Кажется, у меня появилась новая проблема. Если я не ошибалась, то связь между мной и мужем вновь ослабла. Вряд ли причиной было расстояние, скорее уж столкновение с чем-то, сумевшим ее разрушить.

Версия у меня была одна — Хранитель. Ментальные способности Артура сумели уничтожить блоки Рауле, а ИР древних — наши.

Оставалось выяснить, чем это грозило мне и почему об этом умолчал Искандер.

— Хотел. — Шорн не заметил моего смятения. Мне уже давно пришлось научиться скрывать свои эмоции. — Не все в окружении кангора довольны твоим появлением рядом с братом.

Стоило признать, с этой точки зрения на будущее путешествие я не смотрела.

— Это может мне чем-то грозить?

— Может. — Артур тоже посмотрел на Тимку, чуть прикрыл глаза, словно в чем-то пытаясь убедиться. Сплошные загадки с этими ментатами. И спрашивать бесполезно, на некоторые вопросы они просто не отвечают. — Наши женщины не столь хрупки, как это считается за пределами кангората. Они не могут покидать своих планет, они значительно уступают в ментальной силе мужчинам, но это не делает их слабыми. Особенно когда они жаждут чего-либо добиться.

— Или кого-либо, — поправила я его. — Хочешь сказать, что мне стоит приглядывать за Искандером, чтобы не увели.

Артур шутливого тона не принял.

— Провокации — самое невинное, чего стоит ожидать. Особенно теперь.

— Это ты про разорванную связь?

Насладиться видом ошарашенного Шорна мне не пришлось — прозвучал сигнал общего построения.

Время за разговором пролетело незаметно.

* * *

Юл стоял напротив меня и плакал. Без слов, не издавая ни единого звука, только вздрагивали плечи. А мы с отцом смотрели и не знали, как ему помочь. Как помочь себе. Я сама едва сдерживала слезы, а у бесстрашного и невозмутимого генерала Орлова дрожал подбородок.

О том, что приходится теперь мне сыном, Юлиан узнал после торжественного построения.

До сих пор не решенный юридический казус позволил оформить документы без участия мальчишки. Но не без помощи Дарила, отца и Искандера.

Когда я вытащила Юла с Иара, никаких документов у моего будущего юнги не было. Кто и откуда его родители, он не знал, сколько себя помнил, его всегда звали юлой, отсюда и имя. Проверка ДНК результатов не дала, ничего близкого ни в одной из баз, доступ к которым «случайно» оказался у Костаса, не нашлось.

Во Вселенной его просто не существовало, я, дав ему свою фамилию, лишь свела воедино де-факто и де-юре.

То, что ему было почти семнадцать, а мне — только тридцать два, после протекции столь влиятельных лиц, никого не смутило. Потом еще двое — Джессика и Данкин Уэлри (лорд и леди, играющие не последнюю роль во взаимоотношениях со свободной колонией, названной Новой Землей), поручились, что я способна воспитать пусть и великовозрастного, но ребенка, и меня признали усыновителем, а Юлиана Орлова — подданным Галактического Союза.

Разговор с сыном я откладывала до последнего, все пыталась настроиться, найти нужные слова, чтобы не принял это как жалость, ощутил, что мое решение — веление сердца. Когда почувствовала, что дальше тянуть некуда, просто назначила время. Для себя.

Выслушав поздравления с присвоением очередного звания и морокой в виде новой должности, я сослалась на неотложные дела и, прихватив мальчишку за шиворот, притащила к себе в каюту. Тот трепыхался, не понимая, чего я от него хочу, но был вынужден смириться. Уже знал, что со мной иногда лучше не спорить.

Спустя минут пять пришел отец. Нас теперь было трое, пусть один еще и не догадывался об этом.

Встретил Юл генерала настороженно, на его мордашке промелькнуло удивление, но он опять справился с чувствами.

Вот что значит наша школа!

В этот момент я этому не радовалась, буквально видела, как рвутся рыдания из его груди.