Галактика Белая - Наталья Владимировна Бульба

— На самом деле все было не так красиво, — грустно усмехнулась я. — Не хочется вспоминать.

Он понимающе улыбнулся.

— Я так и не заслужил твоего доверия?

Своего изумления я скрывать не стала.

— Это что-то новенькое в наших отношениях!

Его смех был столь же неожиданным, как и слова.

— Ты впервые заговорила об отношениях. И это буквально за считаные дни до того, как стать женой другого.

Еще один сюрприз. Такой открытости я даже предположить не могла.

Упоминание о предстоящем замужестве испортило настроение. Ощущение от происходящего было странным.

Искандер не был похож на себя прежнего, продолжая от меня отдаляться.

Сын назвал канира чужим.

Кто-то очень не хотел, чтобы я появлялась в кангорате, а событие, о котором говорил старх, с каждым днем становилось все ближе.

— Ты позвал меня, чтобы поговорить об этом? — резче, чем стоило, отрезала я, тут же наткнувшись на задумчивый взгляд императора.

Кажется, не желая того, я дала ему пищу для размышлений.

— У тебя какие-то планы на эту планету?

Проницательность Индарса уже давно обросла легендами, удивляться его догадливости не стоило. Пытаться отвертеться, когда он уже напал на след — тоже. Лучше уж заручиться поддержкой. Свое слово император предпочитал держать.

— Я еще ничего не знаю, — максимально честно ответила я, ощущая потребность что-нибудь разбить.

Как ни парадоксально, но в его кабинете, я чувствовала себя довольно свободно. Да и он равнодушно воспринимал очередную уничтоженную мною вазу. Индарс всегда считал, что у меня должно быть место, где я могу позволить себе немного ярости.

Когда-то ему удалось убедить меня, что эта комната может стать такой отдушиной.

— Но ты не хочешь, чтобы я ею интересовался, — не спрашивая — утверждая, откликнулся он на мое заявление.

— Скажем, так, — осторожно начала я, проклиная те самые игры, которые не позволяли мне прямо сказать, чего я добиваюсь, — я не хотела бы со своими планами влезть в сферу твоих интересов.

Пока я говорила, Индарс смотрел на меня так, как я совсем недавно на Тимку. Вроде и взгляд невинный, и выглядит безобидно, а что-то подсказывает, что связываться не стоит.

— Мне доложили, что ты подарила «Зверя» Тарасу, — будто невпопад произнес он.

Я же насторожилась. Старх был слишком близко.

— У меня есть опасения, что он уйдет вслед за Дарилом.

Я не лгала даже в мыслях. Если только недоговаривала.

— Ты могла не отпускать! — Тон старха был жестким.

Ассоциации, параллели… Все напоминало тонкий весенний лед, по которому мы шли.

Навстречу друг другу?!

— Не могла, — тяжело вздохнула я. — Он вырос, настала пора улетать.

Кулак пронесся мимо меня, впечатался в стену. Но Индарс даже не поморщился.

— Опять только о них! А о себе?!

Мне оставалось надеяться, что его рев не слышен внизу.

— А они — обо мне, — скорее холодно, чем спокойно, ответила я.

Наши встречи с Индарсом стали слишком напряженными, с этим пора было заканчивать.

Насколько я ошиблась, убедилась спустя мгновение.

— Я приказал уничтожить записи с разведчика. Не знаю, что ты собираешься там провернуть и что от меня скрываешь, но на планету я претендовать не буду. Могу поклясться, если так не поверишь. Но…

Я сдерживала дыхание, пока он говорил, боясь спугнуть момент, когда он больше не был императором, а я… а я верила каждому его слову. Но в конце выдержка меня подвела.

— Но?

— Она не должна попасть в сферу интересов скайлов, демонов или Союза.

— Я не понимаю тебя! — качнула я головой, пытаясь осознать сказанное.

Если это была игра, то по своей непредсказуемости она превосходила все, с чем я сталкивалась до этого. Если — искренность, то я к ней оказалась не готова.

— Я сам не понимаю себя, — шагнул он ко мне, заставляя отступить к стене. — Прости, но это…

Договаривать он не стал.

Поцелуй был коротким и отдавал горечью прощания. Будь по-другому, я бы не позволила ему коснуться моих губ.

— Ты выбрала лучший способ обезопасить себя… — произнес он и отступил, не позволив мне возразить резким жестом.

Наш разговор на этом не закончился, но я продолжала помнить именно эту фразу, чувствуя себя последней тварью. Чувства не выбирают, кого и когда настичь, кому подарить разделенную любовь, а кого оставить страдать в одиночестве.

Не было моей вины в том, что я не ответила Индарсу взаимностью. Если только пользовалась его отношением.

Эта мысль преследовала меня все последние сутки на Таркане, отравляя существование. Она и ощущение совершенной ошибки, которую уже невозможно исправить.

На вопрос, кого или чего она касалась, мне только предстояло ответить. Но сейчас, стоя у большого экрана смотровой палубы щитоносца и наблюдая, как растворяется в сверкающей звездами тьме точка столичной планеты стархов, я помнила только о ней.

И о нем, заставившем меня еще раз осознать боль потери.

* * *

— Ты выбрала лучший способ обезопасить себя. — Наташа попыталась возразить, но Индарс остановил ее резким жестом. — Я уверен, что ты даже не задумывалась об этом.

В ответ на слова императора Таши смутилась, но не отвела взгляда, ждала продолжения.

Индарс медлить не стал, Искандер не мог запретить ему встретиться с капитаном, сумевшим вернуть корабль на базу после сбитого прыжка, но ограничил по времени. Внешне не придраться — мероприятия в рамках программы, предусмотренной для прибывшей делегации Союза.

Старх знал, что именно предстоит его несостоявшейся возлюбленной, но ни предостеречь, ни потребовать исключить ее участие — не мог. Таши была подданной чужой империи, она была офицером Службы, кодекс которой подписывал и он.

— Имеющая ребенка женщина не может войти в мой гарем. Это древние правила, не мне их нарушать.

— Но…

Индарс опять прервал ее:

— В то время когда их принимали, понятия усыновления не было. Формально юноша — твой сын.

Она поморщилась, как от боли.

— Почему-то я не чувствую себя победившей.

— А вот я проигравшим, — да…

Воспоминания о том вечере были для старха неприятны, но он, не желая того, вновь и вновь возвращался к ним.

Искандер привез ее сам, но во дворец не вошел, предпочел прогулку в парке. Он и два телохранителя. После едва не удавшегося покушения количество охраны адмирал так и не увеличил, хоть и кангор, и он, император, настаивали на этом.

В чем-то был прав: если подпустить врага настолько близко, сколько бы их ни было, не уберегут. Только игра на опережение, только первым нанести удар.