Фантастика 2026-95 - Павел Шимуро

— Это почему это?

— Да потому что это манекены, ну все, кроме вон того, который толстый и мордатый лежит в тенечке. Но он тоже не поднимется, у него обе ноги повреждены.

— Так. Мальчики и девочки. А идите как вы сюда поближе, а? Все равно если мы решим вас перебить, то расстояние вас от пулемета не спасет.

При фразе про убить «косплееры» напряглись.

— Слушайте, что вам от нас надо, а? Ничего особо ценного у нас нет, ну правда. — подала голос единственная девушка в этой компании.

— Честно говоря…не знаю. Скорее любопытство, не более того. Мы поспорили, разбежался ли ваш фестиваль или бродит тут в виде зомбаков. Вот и поехали проверить. А тут такое шоу живых мертвецов. Кстати, на кой черт?

— Вы про грим? На дурака работает, чтобы не лезли. Мол трупы, зомби — мало ли что тут сидит. Ничего такого, ради чего стоило бы рисковать здесь нет и не было.

— Хм. А ведь и впрямь может сработать. Но тогда у меня другой вопрос. А на кой черт вы вообще тут до сих пор сидите?

В общем, история, конечно, была полна глубочайшего идиотизма, но крайне забавна. Если обобщить все, что нам рассказали «Пейн» и «Джонни», и изредка поддакивающим им здоровяк с характерным прозвищем «Медведь», то выходила такая история. Эти трое были из организаторов фестиваля, которых изначально было вообще девять человек. Девчонка по имени Настя, откликающаяся в основном напрозвище Волчонок, присоединилась к ним как девушка одного из «мемберов» — членов группы постапкосплееров и организаторов, нынче мертвого. Их группа в принципе использовала символику и звания из среды байкеров, называя себе постапокалиптичным байк–клубом.

Так вот, когда началась проблема, фестиваль свернули далеко не сразу. Сначала никто не поверил, когда в сети началась паника про зомбиапок. А потом… а потом стало чуть поздновато. На фестивале, к сожалению, оказался один из проходивших лечение. Но только вот ему не повезло. Умер мужик, как и многие другие, во время попойки. Организаторы обратились, как и положено, к медицинской бригаде, дежурившей на фестивале в соответствии с законом. И потерпели фиаско. Телефоны отдела полиции проигрывали один и тот же текст автоответчика — «В данный момент никто не может ответить, оставьте свой контактный номер телефона». Скорая помощь без протокола полиции забирать труп не могла, да и не хотела.

А часов через десять труп решил встать. Вот только был это не крутой мут, а обычный тупой зомбак. Вокруг которого оказалось пара десятков нетрезвых крепких мужиков, еще и вооруженных всяким антуражным, но при этом весьма увесистым, дрекольем. В общем, зомбак упокоился почти мигом. Но все равно успел тяпнуть одного из участников избиения за голень.

И, как и следовало ожидать, этот тоже помер, не смотря на усилия врачей скорой помощи, часов через шесть–семь. К этому времени народ с фестиваля принялся оперативно разбегаться, пользуясь тем, что полиция так и не появилась, потому как убийство — есть убийство и отвечать за него никто не хотел.

Врачи к тому моменту еще не решились сбежать. И их как раз добило, что человек, которому они констатировали смерть, поднялся на ноги часов через десять. Разорвал полиэтиленовый пакет для трупов и кинулся на санитара.

Голову этому живому мертвецу проломил Медведь, крепко приложив стойкой от капельницы. В отличии от врачей, Медведь не умел говорить на латыни, зато смотрел и «Обитель Зла», и «Ходячие мертвецы» и многие другие фильмы про зомби, так что точно знал — если что–то восстало после смерти — херачь его по башке.

То, что сейчас выглядело нормой, на третий день Эпидемии было нонсенсом, и естественной реакцией на такой поведение был страх. С визгом покрышек «скорая помощь» укатила в ночь, увозя с собой покусанного санитара и оставив ошарашенным участникам и организатором фестиваля пару трупов на песке и ошарашенного Медведя с окровавленной и согнутой железкой в руках.

Следующая пара часов прошли для организаторов крайне напряженно. Участники фестиваля начали разбегаться с утроенной скоростью, но при этом нашлось немало умников, начавших требовать с организаторов деньги за участие обратно. Некоторые еще и пытались качать права, требуя компенсировать им средства, потраченные на дорогу, костюмы и прочее. Дело даже дошло до драки, но драчунов быстро угомонил Пейн, который в прошлом был из тех самых металлистов, которые, как в старом анекдоте — драться не умеют, но любят. Он навешал двум самым ретивым по шее, остальные не рискнули лезть — за спиной своего «Президента» уже выстроились его соклубники, так что предъявившие претензии крикуны убрались, матерясь и угрожая карами.

Все бы ничего, вот только когда Пейн и остальные решили тоже драпать, то обнаружили, что всем их машинам какая–то сволочь порезала покрышки, да так, что не заклеишь. И соответственно, они застряли в полусотне километров от ближайшего города. Сотовая связь вырубилась в ту же ночь, как и мобильный инет, так что вызвать помощь оказалось просто невозможно.

Их положение было бы совсем печальным, если бы не оставшиеся запасенными под фестиваль кучи еды и воды. Ну и по мелочи — генераторы, палатки, холодильники. Солидный запас топлива, сигарет и бухла. В общем, смерть от голода им не грозила. Живые мертвецы в целом тоже — откуда им тут взяться? Так что на скорую руку проведя «совет» — они решили остаться тут и ждать. Чего? Они и сами не знали.

А через три ночи их проблемы стали куда более серьезными. В тот момент никто не знал, что любого мута надо сжигать. Так что ребята просто прикопали трупы в сторонке и забили. Мут был слабенький, поэтому он долго оклёмывался. Когда же отрегенил, то сначала сожрал закопанный рядом труп, и только потом пошел на охоту.

В ту ночь твари очень свезло. Парочка ребят как раз решила уединиться не в своей палатке, а в более комфортных условиях — в кузове того самого микроавтобуса, что стоял на спущенных колесах на паркинге. Похоже, они были очень увлечены процессом, так как не услышали, как мут подобрался к машине и залез к ним через салон.

В общем, тварь прекрасно закусила, так что, когда ребят хватились и пошли искать, поисковики нарвались не на медлительного и тупого зомби, а на «кузнечика», как они назвали наших «прыгунов». Точно такую же тварь встретили и мы с Вовой во время памятного похода за пистолетом моего соседа–мента. Но только у нас