"Фантастика 2026-192". Компиляция. Книги 1-21 - Никита Киров

— Ну… Вы сами просили поделиться с Вами новостями… Но тут слишком много детей, — заметил он.

— МЫ НЕ ДЕТИ! — вспылил Рон.

— Дети — нетерпеливые и вспыльчивые глупцы, — холодно обронил Регулус, — хочешь сказать, ты не такой?

— Рон! — шикнула на него миссис Уизли.

— То, что я могу Вам рассказать — не особо ценная информация, — вздохнул Регулус, — ОН не любит делиться тайнами. Разве что, травля ему выгодна, и он вылезать не будет.

— Кто? — недоумённо спросил Гарри.

— Сам-Знаешь-Кто, — ответил ему Регулус. — Тёмный Лорд… Что, ещё интересно, Сири? — спросил Регулус у Сириуса.

— Не называй меня так! — под ухмылки всех, кроме, пожалуй, Грозного Глаза, вспылил Сириус. — Это делает тебя похожим на неё…

— Не любишь Беллу? — ухмыльнулся Регулус. — Ладно, ещё могу рассказать, что мне известно про слушание мистера Поттера. Судить тебя, мальчик, будут при полном составе Визенгамота тройка: Министр, Первый Заместитель Министра и глава ДМП.

— Тройка? — спросила ошарашенно миссис Уизли. — Но так судят…

— Самых закоренелых преступников, мразей и рецидивистов, — закончил за неё Сириус.

— Да, таково решение Министра, забудь всё, что ты про него знал, Поттер, — вяло сказал Моуди, — он теперь наш враг.

— Радикально, — засмеялся Регулус.

— Сколько бы мне не было это неприятно признавать, — сказал Сириус задумчивым тоном. — Но тебе следует положиться на Рэйджа, — было заметно, сколь тяжело давались Сириусу эти слова. — Он всегда старается поступать по закону, сколько бы не был амбициозен.

— Вдобавок, пусть в Министерстве и осведомлены о твоём отношении к его дочери и её взаимностью, — продолжил Регулус, — но отстранить его от суда не могут.

Повисло тревожное молчание, которое было прервано заливистым смехом Сириуса.

— Айда, Сохатик! Отхватил такую красотку! Молодец!

— Сейчас важнее слушание, — прервал его Моуди. — Слушай внимательно, парень, пусть Рэйдж и судья, но он так же — один из трёх судей. Судьи не более чем арбитры процесса, их прерогатива — выбор самого наказания, виновным тебя на таком слушании может признать только Визенгамот…

— В Визенгамоте сейчас есть три фракции, — сказал Регулус.

— Три фракции? — спросила Гермиона.

— Не перебивай, девочка, — сказал холодно младший брат Сириуса, Гермиона, под его прямым взглядом, зарделась и уставилась себе в тарелку. — Так вот. Три фракции: фракция старых аристократов, под предводительством Люциуса Малфоя, в ней состою и я, хоть и не разделяю все их взгляды, но я Вам это не говорил. Аристократы будут голосовать, обозначая тебя виновным. Фракция нейтралов, за предводительством Тодда Гринграсса, название такое, на самом деле — это прогрессоры, что хотят «обновить», как они выражаются, магический мир. Реальный лидер этой фракции Александр Рэйдж, и они будут тебя оправдывать, как и остатки фракции директора, которыми сейчас руководит Стёрджис Подмор. Большинство на твоей стороне, но при условии, что ты грамотно выстроишь защиту, — заявил Регулус. — Рэйдж, как ранее заметили — всегда следует букве закона, если докажешь, что дементоры в Литтл-Уингинге были — значит он и его фракция, плюс фракция Дамблдора… Тебя оправдают…

Гарри претила политика. Достаточно было о ней поговорить пару минут, а ему уже хотелось просто закрыться от всех.

— Вы так легко об этом говорите, — заметила Гермиона, — люди просто потому, что разделяют чьи-то взгляды, на суде могут отправить невиновного человека в тюрьму… Это безумие.

— Это политика, — не согласился Регулус. — Вдобавок — максимальное наказание — стирание памяти о магическом мире и уничтожение палочки.

Гарри сжал кулаки. Уничтожение палочки, то, что определяло его, как волшебника, то, за что он хватался, как за спасительную соломинку! А стирание памяти… Рон, Гермиона… Афина… Он всех забудет из-за… Из-за того, что защитил себя… Нет, он обязательно победит в слушании, на его стороне правда!

***

Слушание было резонансным, как понял Гарри. Стоило ему войти…

Гарри ахнул; он не смог удержаться. Огромное подземелье, в которое он вошёл, было страшно знакомым. Он не только видел его раньше, он был в нём раньше: это было то место, которое он посещал внутри Омута Памяти Дамблдора, место, где он видел, как Лестрейнджей приговорили к пожизненному заключению в Азкабане.

Стены были сделаны из тёмного камня, тускло освещённого факелами. По обе стороны от него возвышались пустые скамейки, но впереди, на самых высоких скамейках, было много тёмных фигур. Они переговаривались тихими голосами, но, когда за Гарри захлопнулась дверь, наступила зловещая тишина.

В зале суда раздался холодный мужской голос.

— Вы опоздали.

— Извините, — нервно сказал Гарри. — Я-я не знал, что время изменилось.

— Это не вина Визенгамота, — сказал голос. — Сегодня утром вам отправляли сову. Займите своё место.

Взгляд Гарри упал