Фантастика 2025-150 - Иван Катиш

— Госпожа Эсса, что нам готовит сегодняшний день? — с удовольствием вылавливая кусочки фруктов из кружки и с наслаждением принюхиваясь к готовящимся корешкам, спросил адмирал.

— Жару́, — девушка даже поморщилась, вспоминая то, что видела. — Чем дальше мы будем идти, тем выше будет температура воздуха.

— А нашим жизням что-нибудь угрожает?

— Вы наступите на какую-то корягу и пораните ногу. Рану надо будет немедленно обработать, иначе к вечеру вы свалитесь, и доктор уже не сумеет вам помочь.

— Хм, — адмирал нахмурился.

— Я прослежу, — уверенно ответила госпожа Шет.

— Есть что-то ещё, на что следует обратить внимание?

— Я не уверена, но мне кажется, нас ожидают небольшие проблемы с водой.

— Отсутствие источников?

— Нет. Я видела, как мы пробовали воду и морщились.

— Тогда, может быть, попробовать природный очиститель? — предложила доктор.

— Вы имеете в виду сок того дерева, что мы вчера обнаружили? — уточнил адмирал.

— Да. Задержимся здесь на день, чтобы получить кристаллы и завтра выдвинемся в путь.

— Госпожа Эсса, — обратился Каадавр, — если мы сделаем здесь остановку, как сильно поменяем то будущее, что вы видели?

— Я пока ничего не вижу дальше следующего дня, но вариант нашего присутствия здесь видела, и могу сказать, что мы  проведём хороший день.

— Ну что ж, предлагаю сделать небольшие запасы еды, раз у нас появилась такая возможность, немного освоиться среди местной природы, а потом идти дальше, — подытожил То́го.

Все были рады этому решению.

Команде оказалось очень тяжело постоянно находиться в окружении деревьев, слушать непрекращающееся многоголосое треньканье насекомых, выкрики птиц, шелест веток, а ящеры и Эсса вдобавок к этому ощущали чужеродное внимание, которое нервировало.

Всем требовалось время, чтобы освоиться в новой обстановке и научиться отделять важное от неважного.

Весь день адмирал увлечённо искал нужные деревья и азартно собирал сок, а доктор выпаривала из него жидкость, получая кристаллизованный порошок.

Момо и здоровяк ящер ловили рыбу, Каадавр следил за огнём и госпожой Шет, а остальные драко собирали фрукты, выкапывали корешки, которые оказались очень сытными, а также подносили топливо для костра.

Нико увлёкся кручением нити из волокон «волосатого» фрукта — и к вечеру у него уже было из чего плести настоящую верёвку. Попутно он делал записи о том, что могло представлять интерес торгового отдела корпорации.

А Эсса резала принесённые ящерами фрукты, нанизывала их на леску и развешивала на просушку. Всю ночь дежурные досушивали кусочки провизии возле костра, а утром команда двинулась в путь, чувствуя себя более уверенно, чем когда они покидали место посадки.

Следующий день путешественникам запомнился лишь ухудшением качества воды, которой требовалось больше из-за жаркой погоды. И, пожалуй, команду немного волновали ящеры, которые вели себя неспокойно. Они то радовались какой-нибудь ерунде, то огорчались и готовы были страдать оттого, что окружающий мир их не любит.

Доктор Шет, видя эмоциональную нестабильность Драко, решила поддерживать хотя бы состояние старшего ящеров — Каадавра, и ей это удавалось, если только она не кидала тайком нервирующие его взгляды на адмирала.

Эсса поглядывала на ящеров и всё думала о том, что её дар, так же нестабилен, как они и сложно предугадать к чему это приведёт.

Страдающей от недосыпа девушке стало казаться, что доктор Шет была права, когда боролась с введённым в организм членов команды ядом, а Эсса сглупила, приняв его за адаптацию.

Уже готовясь ко сну и настраивая себя на то, чтобы запоминать только самое главное из обрушивающихся на неё видений, она обратила внимание на Момо. На губах её стража весь день играла отстранённая улыбка, и он не выглядел таким уставшим, как другие. Он, конечно, сильный и выносливый, но дневной переход всем дался тяжело, а пилот тащил двойной груз.

Эсса коснулась его, желая поговорить, но, когда Момо обернулся и посмотрел на неё с улыбкой блаженного, заволновалась.

Мужчина выглядел неадекватно, и она вцепилась в его руку, как будто кто-то прямо сейчас собрался отнять Момо у неё.

— Ну что вы, госпожа прорицательница, — мягко заворковал он, — чего испугались?

Пилот подтянул её к себе на колени и, усадив как ребёнка, принялся баюкать. Эсса напряглась. Было неприятно, что её берут как куклу и играют в отцы-дочки, но вырываться она не стала, наоборот, прижалась крепче и в свою очередь стала успокаивающе поглаживать своего защитника, прислушиваясь к тому, что тот говорил:

— Никто не причинит вам зла, — шептал он, — отпустите тревоги и доверьтесь своему дару.

Слова Момо совсем не успокоили Эссу, она почувствовала, что сильные тревожные эмоции накрывают её и использовала их для погружения в свой дар. Она хотела видеть, что произошло с Момо и почему тот изменился. И увидела.

Дар прорицания вернул её к озеру в тот момент, когда они только вышли к берегу.

Пилот был переполнен восторгом, и не поддаться захлестнувшим его эмоциям было сложно. Эсса невольно заулыбалась, поддаваясь его настроению. Потом она видела, с каким благоговением он вошёл в воду. Этот момент она помнила, но оказалось, что никто не заметил, как две маленькие хвостатые рыбки подплыли к мужчине и, мазнув плавничками, оставили крошечные ранки.

Момо удивлённо смотрел на потрясающе красивых рыбок и на свои ноги. Он ни единым жестом не выдал наблюдающим за ним членам команды, что с ним произошло. А ранки буквально через мгновение исчезли. Эсса ожидала, что лицо Момо перекосит от жутких ощущений, как тогда у горы, но он прикрыл глаза и счастливо улыбнулся.

Дальше Эсса видела, как он ловил рыбу, которая, чуть ли не толкаясь упитанными бочками, сама шла к нему, как выпирающие из земли корявые корни вжимались, если оказывались на его пути, да даже сам воздух возле молодого мужчины оставался более прохладным, создавая персональный комфортный кокон.

— Не может быть… что это, Момо? Что с вами произошло? — вцепившись в его рубашку, тихо спросила она.

— Этот лес живой и он боится перемен, — наклонившись к её уху, ответил пилот.

— Значит, живой, — вздохнула Эсса, понимая, что все уже почувствовали это, только признать не могли.

— Да. А я Страж, — с теплотой и гордостью произнёс он.

— Не поняла. Вы же мой страж!

— Я Страж по сути своей. Это такой же дар, как ваш, госпожа Эсса.