"Фантастика 2026-55". Компиляция. Книги 1-26 - Александра Шервинская

– Почему-то я подумал об этом только сейчас, – признался я, так как не видел смысла изображать из себя всезнающего мудреца, – наверное, потому что голова была занята другим.

– Идея очень верная, Повелитель, – помощник склонил лысую голову, – нужно только определить, кому ты хочешь поручить эту задачу.

Я задумался, так как выбор у нас был невелик: ну вот не обзавелись мы пока армией сторонников, готовых в любой момент прийти на помощь. Но я, как мне казалось, нашёл достаточно интересное решение. Осталось проговорить его вслух, а затем, если и Лиам скажет, что это не бред безумца, воплотить в жизнь.

– Мне кажется, что было бы разумно создать пары из хищника и подданного Шегрила, – быстро проговорил я, внимательно всматриваясь в невозмутимое лицо помощника. – Они смогут дополнить друг друга в случае необходимости. Осталось договориться с теми и с другими.

Какое-то время Лиам молчал, глядя куда-то себе под ноги, а потом очень серьёзно на меня взглянул.

– Ты уверен, что готов говорить с ними, Повелитель? – без малейшей иронии спросил он. – Это будет твоё решение и твоя ответственность. Я не отговариваю тебя, нет, просто хочу, чтобы ты действовал обдуманно. Ты понимаешь меня?

Я кивнул, так как действительно прекрасно понимал, что, начав вербовать сторонников, я открыто заявлю о своём новом звании – Повелитель Франгая, и совершенно не факт, что все примут эту новость с радостью. Я появился в лесу совсем недавно, а многие из тех, кого я планирую привлечь на свою сторону, живут здесь на протяжении столетий. Поддержка Шегрила, конечно, является существенным аргументом в мою пользу, но я – не он. И в этом моя проблема. Я для населения Франгая – никто, как говорил один мой приятель по прошлой жизни, «пирожок ни с чем». И мне нужно будет как-то убедить их, что я достоин той ответственности, которую добровольно взвалил на себя. Осталось понять, действительно ли я готов к этому.

Лиам спокойно наблюдал за тем, как я пытаюсь определиться с ответом, но не торопил меня и никак не комментировал происходящее, за что я был ему искренне признателен. Это должно быть только моё решение и моя ноша.

– Я готов, – глубоко вздохнув, сказал я, и в глазах Лиама вспыхнули и погасли багровые огоньки, – и очень надеюсь, что ты встанешь рядом со мной.

– Не сомневайся, Повелитель, – склонил голову серокожий, – мой долг – служить тебе, и я делаю это с удовольствием. Ты достойный Повелитель, мне не стыдно и не зазорно поддерживать тебя.

– Благодарю, – я понимал, что эта благодарность не очень вписывается в канонические отношения со слугой, но для меня Лиам был гораздо больше, чем просто подданный. За недолгое время он сумел стать мне кем-то вроде наставника, но не такого, как прежние, а настоящего, всегда готового объяснить, разложить по полочкам не до конца очевидные для меня вещи. – С кого ты бы посоветовал мне начать?

– Я бы рекомендовал тебе, Повелитель, сначала заручиться поддержкой хищников, а уже потом разговаривать с мёртвыми, – помолчав, проговорил Лиам, – так будет рациональнее.

– Пожалуй, тут подойдёт моя драконья форма, – решил я, так как благодаря Лиаму достаточно быстро научился менять облик на человеческий и обратно. Это оказалось не так уж и сложно, тем более что объяснял Лиам просто и понятно: чувствовался немалый преподавательский опыт.

– Ты, разумеется, прав, Повелитель, – ещё ниже склонился Лиам, – если хищники Франгая признают тебя, то те, кем повелевает Шегрил, не станут слишком сопротивляться.

– Я начну с кайроса, – неожиданно для самого себя решил я, – если я смогу привлечь на свою сторону этого монстра, то с остальными тоже справлюсь.

– Непростая задача, – Лиам и не подумал меня отговаривать или разубеждать, он вообще крайне редко спорил со мной, не позволяя себе перешагивать раз и навсегда очерченные границы. – Никакой зверь не любит признавать чьё-нибудь главенство, а особенно такой, как кайрос. Он привык, что в лесу у него нет соперников, разве что гехрум, но тот сам старается лишний раз не связываться с кайросом. Но если ты справишься с ним, то остальные станут намного сговорчивее.

– Ты случайно не знаешь, где ближайшее логово кайроса?

Лиам бросил на меня быстрый взгляд и кивнул.

– Знаю, но тебе не следует идти туда не подготовленным, Повелитель.

– Я и не собирался, – засмеялся я, – хоть меня и можно считать безумцем, но не настолько! Я подготовлюсь, не сомневайся, ибо ставки в данном случае слишком высоки. И это не только моя жизнь, хотя и её терять мне не хотелось бы, но и будущее Франгая.

Лиам молча поклонился и замер, явно ожидая приказа.

– Найди мне ближайшее логово и посмотри, там ли его обитатель, – велел я, заметив, как уже почти привычно заменил просительные интонации на приказные. Это было не плохо и не хорошо: я просто постепенно принимал свой новый статус и вместе с ним срастался с новыми формами общения с окружающими. Повелителю не к лицу обращаться к слугам с просьбами: этого не просто не поймут. Нужно научиться распоряжаться и приказывать, тем более что это тоже можно делать в вежливой форме.

Получив чёткие указания, Лиам вышел из комнаты, а я снова подошёл к окну. Буря, и без того удивительно сильная, казалось, достигла своего пика: деревья с трудом сопротивлялись бешеным порывам свирепого ветра, ленты густого тумана закручивались в воронки и извивались, подобно гигантским змеям. В такую погоду даже кайрос наверняка забрался поглубже в логово и зарылся в толстый слой листьев. Было ощущение, что Древний не просто «чистит» лес, а выплёскивает какие-то чрезвычайно сильные эмоции. Так человек может крушить всё вокруг себя, если ему очень плохо и больно. Неужели и Древний испытывает сейчас нечто подобное? И это не просто буря, а своеобразный безмолвный крик боли, которую никак иначе не выплеснуть? Но что или кто мог стать причиной столь сильных переживаний божества, возраст которого мне, например, даже представить себе сложно. Сколько ему? Тысяча лет? Две? Пять? Впрочем, боли – ей всё равно, она не делает различия между крестьянином и древним богом.

А потом откуда-то пришло понимание: теперь я знал, откуда в тысячелетнем сердце такая глухая тоска и такая слепящая боль. Та, которой Древний отдал всего себя, своё сердце, свою несуществующую душу, полюбила другого. Достойного, сильного, такого, которому можно её доверить, но как же это, наверное, невыносимо! Если бы избранник Лиз был пустым и никчемным, Древний просто уничтожил бы его, ни секунды не сомневаясь, ведь его