Фантастика 2026-146 - Николай Скиба

Таргариены завоевали континент силой, покорив ранее независимые королевства, и их все еще воспринимали как чужаков. Хотя Эйгон I Таргариен заручился поддержкой Святой Веры и был помазан на царствование тогдашним верховным септоном, за сорок лет настроения успели измениться. Эйгон при жизни сознавал возможную угрозу со стороны орденов Святого Воинства и старался не настраивать их против себя.

В 37 году от З.Э. Эйгон умер, и его на троне сменил сын Эйнис Таргариен — слабый и некомпетентный правитель. Непосредственно после смерти Эйгона королевство сотряс ряд мятежей и выступлений — Харрена Красного в Речных землях, Джоноса Аррена в Долине, лже-Лодоса на Железных островах и Короля-Стервятника в Дорнийских марках. Эйнис пытался поддерживать хорошие отношения с церковью и даже назначил своим десницей септона Мармизона, известного чудотворца.

Несмотря на это, кровосмешение в семействе Таргариенов вызывало особое возмущение у верующих в Семерых. Сам король Эйнис был рожден в инцестуальном браке Эйгона I и его сестры Рейнис, что было вполне в валирийских традициях, которых придерживались Таргариены. В 39 году от З.Э. младший брат Эйниса принц Мейгор потряс королевство, взяв себе вторую жену Алис Харровей и обвенчавшись с ней по валирийскому обычаю — Эйнис изгнал брата в Вольные города.

В 41 году от З.Э. Эйнис поженил собственных детей Эйгона и Рейну, на этот раз по обряду Семерых; церемонию провел десница короля септон Мармизон. Святая Вера попустила или, по меньшей мере, закрыла глаза на брак Завоевателя с его сестрами, но не пожелала делать таких же поблажек их внукам. Это событие стало поводом для открытого конфликта церкви с королем. Буря, поднявшаяся после объявления о помолвке, застала всех Таргариенов врасплох, хотя предвещавшие ее знаки были достаточно ясны для всех, кто имел мудрость читать их.

Из Звездной септы пришло яростное осуждение брака меж сестрой и братом. Его объявили непристойным, и Отец всех верующих провозгласил, что все дети, рожденные в таком союзе, будут «сквернавцами в глазах богов и людей». Десять тысяч септонов зачитывали этот ордонанс во всех Семи Королевствах. Похоже, Эйнис Таргариен не понимал, до какой степени восстановил против себя всю страну. Полный желания вернуть благосклонность простонародья, он решил отправить Эйгона и Рейну в монаршее путешествие по стране. Его милость крепко ошибся, когда осмысливал настроения в государстве, благочестие своих подданных и силу слов верховного септона. Толпы верующих осмеивали Эйгона, Рейну и весь их кортеж с первого дня пути, где бы те ни были. В Девичьем Пруде не нашлось ни одного септона, который согласился бы благословить устроенный для них лордом Мутоном пир, а в одной деревушке в Речных землях Честные Бедняки закидали их комками грязи.

По всему королевству положение со дня на день только ухудшалось. Десницу септона Мармизона отлучили от веры в наказание за свершение запрещенного свадебного обряда. Король обратился к верховному септону с письмом, ссылаясь на валирийские традиции и прося вернуть деснице отнятый у того сан. Ответ был столь ядовитым, что король побледнел при чтении: нисколько не смягчившийся пастырь истинно верующих, обратившись к Эйнису как к «королю-сквернавцу», объявил его самозванцем и тираном, не имеющим права властвовать над Семью Королевствами.

К концу 41 года от З.Э. чуть ли не вся страна погрузилась в пучину настоящего восстания против дома Таргариенов. Четыре ложных короля, появившихся после смерти Эйгона Завоевателя, теперь казались сущими фиглярами по сравнению с новой угрозой, поскольку нынешние мятежники почитали себя воинами Семерых, ведущими священную войну против безбожной тирании. Сыны Воина взяли под контроль все городские ворота столицы и сами решали, кому можно входить в город и выходить из него, а кому нет; они также захватили и холм Эйгона, разогнав строителей незаконченного Красного замка. Наследник престола принц Эйгон и его сестра-жена Рейна оказались в ловушке в замке Крейкхолл в Западных землях, окруженном тысячами Честных Бедняков и набожных крестьян.

На воззвание верховного септона откликнулись десятки благочестивых лордов: во всех Семи Королевствах они опускали стяги Таргариенов и объявляли о своей верности Звездной септе. На дороги вышли тысячи Честных Бедняков, принуждая путников объявлять, стоят ли те «за богов или за сквернавцев». Толпы собирались и шумели у ворот замков до тех пор, пока лорды не выходили и не отрекались от Таргариенов. Посланник Железного банка, находившийся во время восстания в Староместе, писал в Браавос, что верховный септон теперь «подлинный король Вестероса во всем, кроме титула». Сам король Эйнис, потрясенный восстанием, заболел и в конце 41 года от З.Э. умер — или, возможно, был отравлен своей теткой Висеньей Таргариен.

Тогда на трон взошел Мейгор, и его имя стало нарицательным, настолько жестокого и психически неуравновешенного короля было трудно найти.

Началась тотальная партизанская война против верных Таргариенам лордов, благо Фреи были на отшибе, только дед Эйвора присоединился к Эйгону Некоронованному (сыну Эйниса), в попытке вернуть его на трон. Был разгромлен Мейгором намек понял и соблюдал нейтралитет.

Другие те кто не поняли познакомились с очень крупным драконом – Вхагаром. Висенья и Мейгор Таргариены вошли в режим – убьем всех непокорных, напоминания о своем оружии.

Висенья на Вхагар сожгла в Речных землях замки поддержавших восстание Блейнтри, Терриков, Деддингсов, Личестеров и Уэйнов. Чуть позже сам Мейгор на Балерионе прошелся по Западным землям, предав огню замки Брумов, Фолвеллов, Лорхов, других «благочестивых лордов» и под конец обратив в пепел замок Доггеттов. Когда надо всеми Западными и Речными землями вознеслись столбы дыма, Вхагар и Балерион повернули на юг. Казалось, что Старомест, наивеличайший и многолюднейший город Вестероса, обречен на гибель в огне.

Сторонники восстания приготовились к атаке, приготовившись к пожарам и выставив на стены скорпионы, требушеты и баллисты; тысячи горожан бежали из города, устремились в храмы или пустились в пьяный разгул. Однако драконам так и не пришлось жечь город: в ночь перед ожидаемой атакой верховный септон неожиданно умер или, скорее, был убит. Висенья, прибывшая в город на рассвете, и Мейгор, присоединившийся к ней в середине дня, обнаружили, что ворота открыты, а над городом подняты флаги Таргариенов. Под давлением короля церковь избрала нового верховного септона, полностью подконтрольного королю. Мейгор пробыл в Староместе полгода, казнив четверть пленных Сынов Воина и сослав в Ночной Дозор остальных; семерым самым знатным осужденным он лично отрубил головы. Морган Хайтауэр, возможно, причастный к смерти старого верховного септона, получил полное помилование.

Мейгор настолько всех достал, что лорды поддержали