Фантастика 2026-44 - Мария Александровна Ермакова

- Что за черт? - пробормотал старший дознаватель.

Я не взглянула на него, понимая, что он задает вопрос в пустоту, повисшую между нами и этим жутковатым светилом.

Что-то мелькнуло на краю зрения. Еще… Ещė… А теперь с другой стороны!

Я покосилась на Дарча. Он смотрел на синюю луну, недобро прищурившись, будто что-то прикидывал в уме, и, судя по всему, совершенно не замечал теней, мелькавших там и тут.

С земли, не тревожа снежный муар, взмывали одно за другим пятна темноты, подобные тем, что я уже видела на открытой галерее. По ним, как ранее по тучам, пробегали те же синеватые всполохи, разгораясь все ярче. К моему изумлению, некоторые из нависшиx над нами облаков отряхивались, словно собаки, вышедшие из воды, и будто бы потягивались.

Мне стало не по себе. Мир вокруг кишел существами, о которых я не ведала, которых не понимала и не могла проанализировать. И их становилось все больше. Синяя луна окончательно избавилась от свиты и теперь сияла в одиночку на том участке неба, где появилась впервые. Ее мертвенный свет стремился к земле, насквозь прошивая огромные, парящие между землей и небом тени.

- Видящая… – вдруг услышала я совсем близко и обернулась.

Она стояла прямо за мной – неукротимая Роза,точнее, ее дух.

- Ты говорила, что можешь помочь!

- Я повторяю сейчас, - твердо ответила я, глядя прямо в черные бездны несуществующих глаз.

- Тогда пройди испытание или умри! – прошелестела она и исчезла.

- Что происходит, леди? - спросил Дарч ещё до того, как утих потусторонний шепот. – Вы сейчас говорите с призраком?

Я не успела ответить. Чудовищная сила приподняла меня, скрутила, как листок бумаги,и швырнула за ограждение башни. Словно в страшном сне я видела, как метнулся вперед Дарч, протягивая ко мне руки. Он был нечеловечески быстр, но чуждая воля, столкнувшая меня, была быстрее. Парапет стремительно удалялся, а вместе с ним искаженное криком лицо старшего дознавателя, который вскочил на него, словно собирался прыгнуть следом…

Οщущая, как бьет меня разъяренный ветер, я приготовилась покорно закрыть глаза и больше не открывать, как вдруг прямо передо мной пульсирующим синим вспыхнул неровный контур. Один за другим он обрисовал длинные чешуйчатые пальцы, заканчивающиеся сверкающими когтями. Чудовищная лапа раскрылась, чтобы выхватить меня прямо из воздуха. Ни жива, ни мертва, я зависла в пустоте между небом и землей, а холодное свечение Синей луны лилось сверху, как льется струя воды на подставленные ладони, порождая все новые контуpы. Вот драгоценные чешуи, лежащие одна на другой, вот гигантское, похожее на флагманский парус, перепончатое крыло, длинная,изящно изогнутая шея, увенчанная змеиной головой с причудливо изогнутыми рогами, блеcтящие клыки, огненные прекрасные глаза…

- Помоги нам, дитя!

Рокочущий голос был тем громом, которого недоставало всполохам синих молний, заполонивших пространство. Этот голос словно сдул пелену с моих глаз,и, наконец, я узрела то, что желала показать мне Луна мертвецов.

Драконы, десятки, сотни драконов заполонили воздушное пространство. Они парили в вышине, расправляя гордые крылья, они тяжело ступали по земле, волоча грозные хвосты, они плавали в морях и реках, двигаясь быстрее любого потока. Драконы напoлняли этот мир. Уйдя из жизни, они не покинули Норрофинд. Они никогда его не покидали!

Ветер хлестко ударил по лицу, выбил слезы, а в следующее мгновение я ощутила крепкие объятия. Меня прижимали к груди, как величайшую драгоценность,и чьи-то холодные губы касались моих волос, будто это было настоящим благословением.

Я с трудом высвободила руку, чтобы вытереть глаза,и обнаружила, что стою на самом краю парапета, удерживаемая от падения объятиями… Демьена Дарча. Такими крепкими, что я уже начинала задыхаться.

- От… отпустите меня! – сдавленно пискнула я.

- Черта с два, леди… - процедил он. – Если неведомая сила снова сбросит вас с башни, то только вместе со мной!

Он спрыгнул на пол и осторожно поставил меня рядом, не выпуская.

Упершись ладонями в его грудь, я бросила взгляд на луну – она скрывалась под быстро бегущими облаками, утягивая таинственный свет в их укрытие. То тут,то там ещё вспыхивали синие искры, но все реже. Белая дымка струилась понизу – ветер усиливался. А вскоре к ней присоединился густо поваливший снег, превративший пространство в белую мглу. Ледяная крошка чувствительно впивалась в щеки.

- Метель начинается, надо уходить, – крикнул Дарч. – Обещайте, что расскажете мне, что произошло!

Я молчала – испытанное потрясение было все же слишком велико.

Дознаватель вгляделся в мое лицо и вдруг наклонилcя и впился губами в мои губы. Я ошибалась. Его губы не были ледяными, они были огненными, и от их жара внутри меня что-то вздрогнуло и забилось, как живое сердце.

Больно впиваясь пальцами в плечи, Дарч отстранил меня, встряхнул и переспросил:

- Расскажете?

Мне ничего не оставалось, как кивнуть. Ветер уже был так силен, что теснил нас к парапету, словно собирался скинуть так же, как ранее это сделал дух Розы.

Прижимая к себе, закрывая от беснующегося ветра, Дарч довел меня до открытого люка, помог спуститься вниз, после чего спрыгнул на площадку сам, с трудом захлопнул люк за собой и задвинул засов. На его висках блестели капельки пота, всегда щегольски уложенная прическа была безобразно растрепана, а в глазах гoрел странный, пугающий огонек.

Перед моим внутренним взором драконы все еще придавали движение этому миру, но расширенные зрачки Дарча отвлекли от какой-то мысли, которая, казалось, вот-вот проклюнется.

- Леди Торч… Эвелинн, вы как? - его голос звучал почти спокойно, однако я уже слишком хорошо знала его, чтобы понять - он все еще напряжен, как струна, готовая лопнуть.

Что могло бы произойти, если бы старший дознаватель потерял над собой контроль? Почему-то это напугало меня больше, чем произошедшее на башне. Там я была в окружении призраков, о которых знала больше, чем кто бы то ни было, а здесь рядом стоял человек, которому… не стоило выходить из себя!

- Я… я пока не понимаю, – честно ответила я и осмелилась посмотреть в его бешеные глаза. - Демьен, мне нужно обрести ясность ума… Но как это сделать сейчас, не представляю!

- Зато я представляю, – усмехнулся он угoлком губ, стремительно становясь самим собой: неулыбчивым и невозмутимым.

Быстро провел пальцами по вoлосам, приводя в порядок прическу, подхватил фонарь, который предусмотрительно взял с собой, взял меня