Фантастика 2026-7 - Алекс Келин

На лице Эрика сменилось несколько выражений. От «Дамочка, вы сдурели?» до… тревоги? Опаски?

Чего ты боишься, егерь?

— Это моя работа, — сказал он вслух. — Но сначала объясните, пожалуйста, как вы сумели сломать шею стрелку? Я вас охраняю несколько месяцев, но и предположить не мог таких навыков.

— С чего вы взяли?! — воскликнула она.

— Грязь, — подчеркнуто-спокойно ответил Эрик. — Я уронил вас в лужу. И обнаружил следы этой лужи на спине и шее мертвеца. Как будто вы его обнимали. Сударыня, я могу, как какой-нибудь замороченный следак, подробно рассказать об уликах и выводах, но зачем? Мне всего лишь нужно знать, чего я могу от вас ожидать. Вы мгновенно переместились от крыльца на второй этаж, в комнату епископа. И голыми руками убили опытного вояку тяжелее вас в два раза. Честно говоря, я начинаю побаиваться. Вы маг?

— Н-нет, — протянула Элиза. — Я не маг… Насколько мне известно. Отец Георгий меня котом проверял, говорит — нет во мне силы. Я… не знаю, о чем вы. Простите… Вы не можете ожидать от меня ничего сверхъестественного.

— Тут, говорят, весь замок призраками наводнен, — сказала Настя. Она подошла почти бесшумно. — Помнишь, кухарка страшные сказки рассказывала? Ты, Эрик, еще посмеялся над ней? Может, хозяйке нашей предки помогли?

— Все может быть, — задумчиво сказал Эрик, как-то странно посмотрев на Элизу.

Она только плечами пожала.

— В любом случае, — уже совершенно деловым тоном сообщил ей Эрик, — по контракту мы обязаны хранить в тайне конфиденциальную информацию. Так что стрелка убил охранитель, а обо всех странностях — забудем.

— Угу, — кивнула Настя. — Епископ-то крут, вона как бандюгу приложил, сразу наглухо. Даром, что сам старый, хворый, да еще и по башке получил.

Дождь прекратился. Сквозь рваные тучи стали видны звезды и огромная полная луна. В ее свете мокрая брусчатка двора переливалась ночным серебром.

Трупы лежали темными, чужеродными пятнами, грудами ненужной ветоши, зачем-то сваленной под навесом.

Ветер унес остатки туч, стало совсем светло. Элиза глубоко вдохнула свежий воздух — запах мокрых камней и пожухлой листвы с маслянистым, тяжелым оттенком крови.

Она видела все на удивление отчетливо. Потускневшую от времени медную ручку на двери в башню, чешуйки краски на ставнях, трещину в стене замка… Кажется, раньше трещина была меньше. Или это неверный лунный свет играет с ней?

Или… Тени?

Элиза услышала знакомый шепот. Раньше она испугалась бы, но теперь он казался почти родным. Посмотрела на Эрика — но тот явно не заметил ничего необычного.

Замок, двор, трупы. Что тут странного?

Она не успела переодеться. На платье смешалась грязь из спасительной лужи, кровь убитых, ее собственная кровь из ободранных о камни ладоней. Почему-то это казалось правильным. Смесь земли, крови врагов и своей крови — так создавались древние владетельные фамилии, так строились империи, так рождался мир.

Элиза тряхнула головой, избавляясь от лишнего пафоса.

Нет империи. Есть просто то, что принадлежит ей.

Она медленно выпрямилась. Встала во весь рост в центре двора, купаясь в серебристом лунном свете. Элиза больше не боялась теней, она сама была тенью, светом, замком, землей…

Большинство жителей деревни мирно спали.

Священник служил всенощную в церкви, молясь о защите от темных сил.

На опушке леса, у ручья, дочка пасечника расплетала косу и шептала заговор на приворот.

Маялся бессонницей прапрадед мельника, разменявший уже сотню лет жизни. Элиза отчетливо видела, как старик вышел на крыльцо, уселся на ступеньку и стал подслеповато вглядываться в силуэт замка на горе.

«Лунинская кровь», — чуть слышно усмехнулся он себе под нос.

На самой границе ее владений, в продымленной землянке ночевали контрабандисты. В схроне были сложены мешки с амулетами на урожай, на защиту от грызунов и насекомых и в отдельном чехле — самое ценное. Несколько заживляющих артефектов.

Элиза протянула руку и взяла ярко раскрашенную деревянную бусину с резьбой. Даже жуликам нужно платить налог за проход по ее земле. Хозяйка Лунного замка — не замотанный имперский таможенник, не обойдете тайными тропами.

Кабатчик уговаривал припозднившихся гостей идти спать. Мирно, уютно гудел басом: «Вы, господа приезжие, вы не буяньте, ночь на дворе, спят все, и вам спать пора, завтра в дорогу, так что вы давайте-ка на боковую…». Кабатчик не вышел ростом, зато в плечах был шире, чем оба юных студиозуса, вместе взятые. Пока парни, засидевшиеся за кувшином дешевого крепкого пойла, пытались понять, чего от них хочет этот большой толстый дядька, тот привычным жестом сгреб юнцов под руки и повел наверх. Вырываться или орать они не пытались.

Смотритель виноградников храпел в своей сторожке. В будке возле нее сопел охранник-волкодав. В углу будки спала грязная дворовая кошка, к ней приткнулись четверо котят. Пятый шел к выходу, неуклюже переваливаясь на коротких лапках. Волкодав в полусне рыкнул, схватил малыша огромной зубастой пастью и вернул на подстилку к маме-кошке. Котенок протестующе пискнул, но снова путешествовать не рискнул и привалился бочком к теплому клубку своих братьев и сестер. Элиза осторожно погладила его, котишка заурчал под ее ладонью.

— Елизавета Павловна, вы в порядке? — донесся до нее издалека голос Эрика.

— В полном! — воскликнула хозяйка Лунного замка и рассмеялась от счастья и восторга. Она была не просто Элизой Румянцевой-Луниной. Она была этой землей, серыми камнями стен, быстрой речкой, спускающейся с гор, лесом и полями…

Кто-то сильно тряс ее за плечи. Элиза с трудом сфокусировала взгляд и увидела прямо перед собой озадаченного Эрика. На глаза навернулись слезы, она сморгнула их и опустила руки.

Оказывается, все это время она стояла, как будто обнимая окрестности.

Эрик продолжал держать ее.

— Все в порядке, — как можно спокойнее сказала ему Элиза и осторожно освободилась. — Все. В. Порядке. Не надо меня трясти, я не пыльный коврик.

— Извините, — Эрик отступил на шаг, — но с вами творилось что-то странное.

— Да, конечно, — невпопад ответила Элиза. Покрутила в пальцах и протянула Насте крупную бусину — артефакт. — Вот, возьми, пригодится.

Настя взяла ее, недоуменно подняв бровь.

— Что это?

— Регенератор. Лечилка. Надо охранителя на ноги поставить, займись, пожалуйста. А теперь — не мешайте мне!

Виноградники. Открытый склон, залитый серебристым светом луны, длинные ряды кустов на деревянных решетках, холодная слякоть…

Из трубы на крыше дощатого барака для сезонных рабочих идет почти незаметная струйка дыма. Ночной весенний ветер уносит ее обрывки, если не присматриваться — и не заметишь. В маленьком окошке ни проблеска, оно плотно занавешено одеялом. В бараке кто-то ходит.

Плотный