"Дорогой барон". Компиляция. Книги 1-41 - Сириус Дрейк

Телефон зазвонил, и Маша скривилась от этой назойливой мелодии.

— Да, пап, — ответила она, скидывая в маленький рюкзак косметичку и расческу. — Ты заказал мне самолет?

— Да, дорогая, — довольно ответил отец. — Жаль, что ради какого-то пацана ты срываешься и просишь у меня военный истребитель, а ради отца даже на каникулы приехать не можешь!

— Папа! — Маша была не в настроении шутить. — Да зайду я в гости, зайду! Через сколько будет машина?

— Так она уже час как ждет тебя во дворе. А на аэродроме я тебя встречу.

— Я поеду одна! — возмутилась девушка. — Папа, дай мне решить свои проблемы самой!

— Не забывай, ты генеральская дочь! Мало ли что может с тобой случиться в столице⁈

Маша знала отца как облупленного. Если генералу Кутузову что-то взбредет в голову, то его не остановить.

— Хорошо, только сиди в машине. Я просто хочу увидеться с Мишей, — она вздохнула.

Да, выглядело это неправильно. Маша сама себя не узнавала. Срываться в другой город только ради разоблачения Миши? С другой стороны, она никому не позволит себя обманывать, если он и впрямь изменяет ей с пятью бабами.

— Как скажешь, дочка, — удовлетворенно проговорил Кутузов. — Я тогда к Николаю Романовичу, а потом на аэродром.

— Передавай ему привет! — выходя из квартиры, сказала Мария.

— Обязательно! Буду ждать, — и он уже хотел повесить трубку.

— Пап… — в последний момент обронила Маша. — Спасибо за все, я тебя очень люблю!

— Пожалуйста, моя маленькая принцесса, — нежно сказал он и повесил трубку.

Знала бы Мария, что в этот самый момент отец чуть не взорвал ресторан на радостях с таких приятных слов.

Когда Кутузова выходила из подъезда, она столкнулась со своим соседом снизу.

— Мария, здравствуй! — благоговенно проговорил Фанеров, придерживая ей дверь. — Позволь тебе…

— Не сейчас, Женя, не сейчас. Извини! — Маша быстро запрыгнула в машину и умчалась, оставив парня в клубах дыма. Растрепанного, но довольного.

— Она назвала меня Женей! — взявшись за сердце, произнес Фанеров, и на радостях едва не лишился чувств.

* * *

Поместье Кузнецовых.

У дома.

У Сергея Михайловича Кутузова было чудесное настроение. Еще бы, сегодня прилетела его любимая дочка! Жаль жена была в отъезде по срочному делу от самого Императора, но что поделать.

В данный момент они только подъехали к имению Кузнецова, и Мария вышла из машины. На въезде их не остановили, хотя Сергей Михайлович почувствовал, что их уже зафиксировали.

Как бы там ни было, но Генералу нравился этот пацан. Дочь выбрала хорошую пару. И конечно, он обо всем вызнал еще загодя. Кто эти пятеро вульгарных баб, которые весели на Кузнецове как гирлянда, генералу доложили о существе конфликта с графом, Кутузов даже знал про прислугу — ему дали полный отчет обо всем.

Если бы Кузнецов реально изменял его дочери, генерал бы от него и мокрого места не оставил.

И отец специально не рассказал Маше ничего из этих сведений. Ну еще бы! Если бы он выложил все начистоту, разве дочь бы собралась так поспешно и попросила бы Имперский истребитель, чтобы за полдня долететь до родного отца? Такой шанс Кутузов не мог упустить.

С парнем она помирится, он не сомневался. Ну может пострадает парочка деревьев… или сгорит какой-нибудь сарай? Но влюбленные бранятся — только тешатся. Он и сам со своей благоверной во времена их бурной молодости ругался так, что земля трещала, а поезда сходили с рельсов.

Пока генерал наблюдал, как дочка направляется к конюшням, ему позвонили.

— А Коля, привет! — довольно ответил генерал.

— Привет, Серега, ты сегодня занят? — поинтересовался Островский. — Меня с супругой пригласили в одно заведение, не хочешь с нами?

— Даже не знаю, Коля. Дочка прилетела, мы сейчас у Кузнецова, тут у них страсти…

— А она вовремя. Парень завтра утром улетает в институт, говорил, что надо пора бы на учебу, а то без него там все метеориты перезакрывают! — ухмыльнулся Островский.

— О как, завтра улетать собрался? — задумался Кутузов. — Маша вовремя прилетела. Тогда извини, Коль, сегодня никак. Надо время с дочкой провести, да и пацану пару советов дать. Если он останется в живых.

— Кузнецов останется, тем более с его рыцаринями. Видел их?

— Хмм… ладно, пойду, одним глазком посмотрю, что там творится, — попрощался Кутузов.

Но тут он набрал своего помощника.

— Петь, узнай, во сколько и на чем завтра летит Кузнецов в Красноярск, и переоформь ему билет на люкс. И дочке моей купи билет туда же, — приказал генерал и тут же, не дожидаясь ответа, положил трубку. Он знал, что помощник сделает все в лучшем виде.

В это время за домом раздался взрыв.

* * *

Поместье Кузнецовых.

У к онюшни .

Маша была, как всегда прекрасна! Я потерял дар речи, когда ее увидел. На лице сама собой вылезла глупая улыбка.

— Маша! Что ты тут делаешь⁈ — удивился и уже хотел было подойти к ней и обнять, но меня остановили рыцарини, преградив мне путь и закрыв собой.

— Что я тут делаю? — нарочито спокойно отозвалась Кутузова, и ее глаза вспыхнули огнем, красные волосы вздыбились. — Вот увидела тебя по телевизору с этими полуголыми девками. Потрудись, объясниться… — И вокруг нее с грохотом и гулом образовалось кольцо огня.

— Защищайте господина! — крикнула Андромеда.

Татуировки девушек вспыхнули золотом. У каждой появились клинки в руках.

— О-о-о, это будет интересно! — усмехнулась Лора, появившись в кресле с ведром попкорна и в 3D-очках. На подлокотнике сидела проекция Болванчика и хлопала в ладоши.

— Маша! Девушки! Стоп! — крикнул я. — Они мои Рыцари!

Отдам должное всем участником конфликта. Рыцарини не ринулись на Машу сломя голову. Кутузова тоже не решалась плеваться в них огнем.

— Повтори! — крикнула она. Из-за рева пламени, и я едва себя слышал.

Я приказал девушкам убрать оружие. Нехотя, но они подчинились. Я пошел к Маше, подняв руки кверху.

Она убавила свой пыл и пламя сошло на нет, когда я подошел слишком близко.

— Эти девушки мои рыцари, — оказавшись рядом с Машей, я посмотрел ей в глаза. — Я спас их в первый же день, как приехал сюда. Их хотели продать как скот для графских утех.

Какая же Маша все-таки красивая. Особенно, когда злится и готовится спалить все к чертям… Ух, скорей бы остаться с ней наедине.

— Рыцари? Девушки? — удивилась она. — Сейчас вообще кого-то делают рыцарями?

Глаза перестали светиться — Кутузова моментально остыла.

— Если ты не против, давай зайдем в дом. Заодно познакомишься со всеми, — поцеловав ее в щеку, я добавил шепотом: — И отца тоже позови, а то засел в кустах как шпион. Вон он — выглядывает из-за угла конюшен.

Маша оглянулась и ее волосы снова начали шевелиться.

— Папа! Ты же обещал⁈

— Да а я что? Я мимо проходил… — как ни в чем не бывало отозвался генерал и вышел на открытое пространство.

Когда на лужайке моего дома появился целый прославленный генерал имперской армии, все изрядно офигели. Трофим и охранники вытянулись по стойке «смирно». Конюхи разинули рты.

— Это честь для меня, генерал! — отчеканил Трофим.

— Вольно! — ответил Кутузов. — Служил?

— Так точно!

— И где же?

— Первый военный отдел особых поручений, ваше сиятельство!

— Ого! — похлопал он Трофима по плечу. — А секретность у тебя уже вышла?

— Так точно.

Пока генерал расспрашивал Трофима про службу, девушки быстро убежали в дом, переодеваться.

— Я и забыл, что твой отец знаменитый военный… — вздохнул я, взял Машу под руку и повел в дом.

Больше всего порадовала Маруся. Когда я упомянул, что мы собираемся пить чай, она быстро организовала нам стол. Самовар запыхтел буквально за минуту.

Когда все уселись в столовой и девушки спустились в своих повседневных шортах и футболках, даже генерал немного покраснел при виде моих длинноногих рыцаринь.

— Эм… — удивилась и Маша. — И вы так ходите целый день?

— Мы, как рыцари барона Кузнецова, — вскинула подбородок Лира. — Обязаны постоянно быть начеку, чтобы в любой момент встать грудью на защиту нашего господина!

Я улыбнулся и глянул на довольного Трофима. Его работа.

— Вы же полуголые… — подняла брови Маша.

Вместо ответа Эридан повернулась и задрала футболку. Не до конца, а только чтобы показать татуировки в виде трезубцев. Она прикоснулась к одной из них, и в ее руке появился настоящий трезубец.

— Них… Ничего себе! — удивилась Маша. — Это что за артефакт?

— Милые мои, — с жалостью сказал Кутузов. — Откуда же у вас это?

— Вы что-то про это знаете? — спросил я.