"Дорогой барон". Компиляция. Книги 1-41 - Сириус Дрейк

class="p1">— Эксперименты и разработки военных, — кивнул генерал. — Из-за большой летальности среди испытуемых проект прикрыли. Выжил каждый пятый. Чистая случайность.

— Разве эксперименты над людьми законны?

— Это была инициатива исследовательского Императорского института, — продолжил генерал. — В тюрьмах находятся много приговоренных к смертной казни, вот им и предложили выбор. Все равно умрут, а так оставался шанс.

— Да, но наши дамы явно не смертницы, — посмотрел я на девушек, которые уселись рядом с Машей с двух сторон. Надо же, быстро они к ней расположились.

— Это-то и странно, потому что разработка была секретная. Все результаты засекретили в царском архиве, а выживших должны были ликвидировать. — Его добрые глаза скользнули по девушкам, которые не до конца понимали о чем речь. Поэтому просто пили чай, довольно причмокивая. — Боюсь даже представить, через что они прошли… Ведь помимо этих боевых татуировок, в них должна быть куча артефактных предметов и техник… Ох бедняжки.

В это время Маруся поставила на стол рыбные и мясные тарелки, соленья, запеченную утку с трюфелями и много чего еще.

— Чего нос повесили⁉ У нас что траур? Господин завтра уезжает, а вы тут панихиду устроили! — воскликнула она и хлопнула генерала по спине. — Не стесняйтесь, кушайте, пейте, я старалась!

Кутузов опешил от такого обращения к его персоне, потом посмотрел на меня, на дочку, которая с улыбкой в глазах, так же поглядела и на него.

И тут он рассмеялся, громко, как он обычно и делал.

— Какая женщина! — довольно хлопнув в ладоши, сказал Сергей Михайлович. — Ух! Хороша! Попробуем твою кухню!

И первым наложил в тарелку большую гору голубцов.

— Ого! А твоя повариха нехило готовит! — после первого укуса воскликнул генерал. — Даже конкурирует с моими!

— Еще бы, Маруся у меня очень вкусно готовит! Маша, попробуй! — гордо сказал я.

После плотного ужина, который всем понравился, мы прошли на веранду.

Кутузов пару раз аккуратно поинтересовался, не отдам ли я Марусю ему. За хорошие плюшки, разумеется, на что я категорично ответил отказом.

— А у тебя тут неплохо, — оглядывая территории, похвалил генерал. — Правда газончик ни к черту…

— Ночные гости все испортили, — улыбнулся я, на что он опять рассмеялся.

— Миша, скажи, у вас с моей дочкой все серьезно? — вмиг став серьезным, он навис надо мной.

— Папа! — воскликнула Маша, залившись краской. — Не позорь меня, пожалуйста!

— Я хочу знать! Вижу, ты человек серьезный, Михаил, но я вижу, что у тебя имеются секреты. Как ты спас этих дам? Как спас всех людей из дома Нарышкина? Да, я все знаю, я же генерал армии! Ты мне только скажи, эти секреты никак не отразятся на Машеньке?

— Да, Миша, наши секреты никак не отразятся на Машеньке? — вставила свои пять копеек Лора, появившись рядом со мной в генеральском мундире, подкручивая накладные усы.

Мне не понравился его тон. Решил, что все про меня знает и контролирует каждый мой шаг? Ну-ну, пусть так думает. Проучить бы его разок, чтобы не перешагивал грань. Маша наверняка не откажется поучаствовать в этом.

— Сергей Михайлович, у каждого есть секреты. Но могу вас уверить, что вашей дочери ничего не угрожает! Или мне опять пройти ваш тест на рукопожатие? Процесс может быть куда интереснее. — Я подошел к нему поближе и даже протянул руку. — Кстати, если вы все про меня знаете, почему не рассказали Маше, что про моих рыцаринь, а оставили ее в неведении до самого конца?

— Отец! — тут же из-за моей спины выросла Маша. — Так ты знал?

— Хех, пацан, подловил! — щелкнул пальцами генерал. — Да, Маша, я знал, но зато смотри, как все чудесно получилось! Вы с Мишей встретились и завтра вместе полетите в институт!

Маша переводила взгляд то на отца, то на меня.

— Ладно, папа, ты как всегда все продумал заранее, — вздохнула она. — Могу я остаться сегодня у Миши на ночь?

— Ой, — тут же схватился генерал за сердце. — Что-то сердце начинает колоть, нельзя мне такое говорить!

— Ну все, пап, чего ты?.. — приняв правила игры, Маша обняла папу и начала гладить его по мускулистому плечу.

— А ведь я забронировал твой любимый отель у Кремля! — продолжал вздыхать он. — Мне что, теперь возвращаться одному?

От такого спектакля у меня невольно закатились глаза. Лора, наблюдающая за всем этим, ржала как кобыла.

— А у тебя ус отклеился! — напомнил я.

А та на это только фыркнула и пропала. Наверное, опять намылилась на мой пляж.

— Сергей Михайлович, если хотите, можете остаться у нас, я найду вам хоро…

— Хочу! — его недуг как рукой сняло.

— Только для вашей охраны места нет… — я покосился на четыре бронированных машины с гербом Кутузовых и символикой Имперской армии.

Он достал телефон.

— Двенадцатый, на сегодня свободны. Завтра утром тут как штык! — и отключился.

Машины завели двигатели и мигом укатили.

— Ну, зятек, показывай хоромы! — довольно расправив плечи, сказал генерал.

В это время из конюшни вернулся Борис. Он не знал, кто такой Кутузов, поэтому подошел ко мне и подергал за рукав.

— Миша, дай Болванчика, я пойду спать, — зевая сказал он.

Лицо Кутузова расплылось в улыбке. Он присел на корточки перед пацаном и протянул руку.

— Здравствуй, мальчик, меня зовут Сергей Михайлович, а тебя?

— Боря! — по-деловому сказал он и пожал большущую руку генерала.

— Ого! Смотри какая хватка, чуть руку не раздавил! — притворно охнул Кутузов. — Скажи, Боря, ты тут живешь?

— Да, — он ткнул в меня пальцем. — Миша спас меня и забрал из трущоб.

В глазах генерала зажглось удивление.

— Удивлен, Миша. Ты полон сюрпризов.

— Так уж получается… — пожал я плечами и отдал Боре всего Болванчика.

— Дядь, у вас красивая борода! — воскликнул мальчик и без каких либо стеснений погладил генерала по бороде.

На руке у мальчика я заметил шрам. Интересно откуда он? Словно ножом его резали.

— Ого, у меня такой же! — сказал Кутузов и показал свой шрам.

— Фигня, смотри че. — Боря задрал штанину и показал на коленке еще один шрам. — Это я упал с крыши!

Тут уж Сергей Михайлович растаял.

— Погоди, — он расстегнул мундир, оголил накаченный пресс и ткнул в очередной шрам. — Вот это мы с пацанами в детстве залезли на дерево, и я упал.

— Неплохо, — со знанием дела сказал Боря и принялся показывать следующее ранение.

Похоже, эти два ребенка нашли общий язык.

— Мы тогда оставим вас наедине, — улыбнулась Маша и шепнула мне на ухо. — Пошли, покажешь ваших пегасов.

Боря с Кутузовым даже не заметили, как мы ушли.

Я провел ей экскурсию по всем интересным местам поместья. Кроме пегасов, которых вычищали конюхи, мы прогулялись до озера, где обычно купались девушки. Оказывается, они там оборудовали небольшой пирс с шезлонгами и прочим. Я показал Кутузовой свои недавно завоеванные трофеи и рассказал, что вообще со мной приключилось, когда я покинул Широково.

Конечно, мы не упускали шанса укрыться под деревом, чтобы немного побезобразничать. Так мы прогуляли около часа.

Когда мы вернулись, генерал сидел на крыльце с Борей на коленке и рассказывал какие-то истории.

— Вижу, вы подружились! — поднимаясь на веранду, сказал я.

— А то! Боря мировой парень! — похлопал его по плечу Кутузов.

— Дядь Сережа тоже! — И мальчик тоже похлопал генерала по боку.

И оба засмеялись.

Время было почти одиннадцать, и солнце начало постепенно уходить за деревья. Мы все зашли в дом.

Трофим, не привыкший, что у нас в доме гостит генерал, опять вытянулся по стойке «смирно».

— Вольно, боец, — отшутился Кутузов. — Сегодня я у вас просто гость.

— Трофим, лучше покажи Сергею Михайловичу его комнату.

— И Машину комнату! — тут же добавил генерал.

— Да, и Машину тоже, — вздохнул я. Не хотелось спорить, да и спать в одной постели, когда за стенкой дрыхнет Машин отец… Как-то некрасиво.

Кутузова кивнула. После того, как всем показали комнаты, мы встретились в гостиной.

Борю скоро сморило, и Сергей Михайлович вызвался уложить его. Пацан был не против.

Тут и девушки спустились. После нападения они сказали, что возобновляют тренировки, и сейчас все пятеро как раз шли на вечернюю пробежку.

— Надолго? — спросил я.

— Немного поспарингуемся перед сном, а то плотненько так поели, ух! — потягиваясь, сказала Андромеда. — Ты не пойдешь?

— Ну нет, — я обнял Машу за талию. — Мы тут посидим, поболтаем, чай попьем.

— Погоди, — она аккуратно освободилась от моей руки. — А могу я к вам присоединиться?

Тут я понял, что потихоньку начинаю терять контроль над ситуацией.

От автора: Дорогие