"Фантастика 2026-81". Компиляция. Книги 1-36 - Максим Шаравин

Особенно эффективными оказались эстонские лучники. Они могли часами лежать в засаде, ждать подходящую цель, а потом одним точным выстрелом снять часового или командира. Для ордынцев эти невидимые стрелки стали настоящим кошмаром.

— Они же нас всех перестреляют! — жаловались пленные кочевники. — Днём и ночью стреляют, неизвестно откуда!

— А вы не стойте там, где стреляют, — философски отвечал им Войтех. — Убирайтесь домой, в свои степи.

Но самый эффективный удар мы нанесли на четвёртый день. Разведка донесла, что орда ожидает подход обоза с продовольствием — огромного каравана, который должен был обеспечить армию на время долгой осады.

— Где он? — спросил я у разведчика.

— В дне пути отсюда, движется по старой дороге на Киев. Охрана небольшая — тысяча воинов, не больше.

— Отлично. Завтра устроим кочевникам голодные дни.

Нападение на обоз было образцом военного искусства. Мы ударили на рассвете, когда караван только начинал движение. Эстонцы обстреляли охрану, литовцы атаковали с фронта, конница зашла с флангов.

Сопротивление было недолгим. Охранники, ошеломлённые внезапностью нападения, быстро разбежались. Обоз достался нам почти без потерь — сотни повозок с зерном, мясом, кумысом и другим продовольствием.

— Что с ним делать? — спросил Войтех, оглядывая богатые трофеи. — Увезти с собой?

— Часть увезём, часть сожжём, — решил я. — Главное — чтобы до орды не дошло.

— А пленных?

— Пленных отпустим. Пусть расскажут своим, как русские умеют воевать.

Уничтожение обоза произвело на орду сильное впечатление. В лагере кочевников начались настоящие волнения — воины требовали от командиров решительных действий, угрожали самостоятельно отойти от города.

— Они на грани мятежа, — доложил разведчик, вернувшийся из вражеского лагеря. — Многие отряды уже собирают вещи, готовятся к отступлению.

— А что командиры?

— Командиры в растерянности. Не знают, что делать — штурмовать город или отступать.

— Время подтолкнуть их к правильному решению, — сказал я. — Устроим им ещё одну демонстрацию силы.

На этот раз я решил использовать не адское пламя, а что-то более зрелищное. Вечером, когда в ордынском лагере зажглись костры, я поднялся на высокий холм и начал читать заклинание небесного огня.

Магия была иной — не разрушительной, а устрашающей. Небо над вражеским лагерем потемнело, засверкали молнии, загремел гром. Потом с неба начали падать огненные шары, взрывающиеся в воздухе ослепительными вспышками.

Зрелище было потрясающим. Казалось, что сами небеса обрушили свой гнев на осквернителей русской земли. Воины орды в ужасе падали на колени, моля своих богов о пощаде.

— Довольно! — крикнул я, прекращая заклинание. — Пусть думают над увиденным.

Эффект превзошёл ожидания. К утру половина ордынского лагеря стояла пустой — многие отряды ночью сняли юрты и ушли. Оставшиеся выглядели деморализованными и напуганными.

А к полудню случилось то, чего я не ожидал. Из ордынского лагеря выехала делегация с белыми знамёнами. Кочевники просили переговоров.

— Что это может значить? — спросил Войтех, наблюдая за приближающимися послами.

— Либо сдаются, либо предлагают какую-то сделку, — ответил я. — Посмотрим, что скажут.

Делегацию возглавлял пожилой кочевник в богатых одеждах — видимо, один из высших командиров. Его сопровождали ещё несколько воинов и переводчик — русский, судя по внешности.

— Я — Субэдэй-багатур, — представился командир через переводчика. — Полководец великого хана Батыя. Хочу говорить с тем, кто командует русскими.

— Я командую, — ответил я, выступив вперёд. — Виктор, князь Смоленский.

— Князь Виктор, — Субэдэй внимательно меня изучал. — Ты воин умелый. Показал силу в бою. Хан готов предложить тебе почётную службу.

— Какую службу?

— Стань полководцем хана, получишь власть над русскими землями. Хан щедр к тем, кто ему служит верно.

Предложение было неожиданным. Видимо, мои действия произвели на ордынцев такое впечатление, что они решили переманить меня на свою сторону.

— А что взамен? — поинтересовался я.

— Прекрати сопротивление. Убеди других русских князей покориться хану. Помоги нам завоевать оставшиеся земли.

— То есть предать свой народ?

— Не предать, а спасти. Хан всё равно завоюет Русь. Лучше сделать это с малой кровью.

Я помолчал, делая вид, что обдумываю предложение. На самом деле ответ был готов заранее, но хотелось узнать больше о планах противника.

— А что с Галичем? — спросил я. — Если я соглашусь на службу, вы снимете осаду?

— Галич сдастся сам. Без твоей помощи город не продержится и недели.

— А другие русские князья? Что с ними будет?

— Кто покорится — останется править под властью хана. Кто будет сопротивляться — погибнет.

— Понятно, — кивнул я. — А сколько времени даёте на размышление?

— До завтра. Дольше ждать не можем.

— Хорошо. Завтра дам ответ.

Делегация удалилась, а я собрал военный совет. Нужно было обсудить услышанное и принять решение.

— Что думаете? — спросил я командиров. — Стоит ли соглашаться?

— Ни в коем случае! — горячо воскликнул Войтех. — Это предательство!

— Но ведь можно согласиться формально, а потом ударить в спину, — предложил один из сотников.

— Рискованно, — покачал головой Конрад. — Если раскроют обман, пощады не будет.

— А что, если они говорят правду? — задумчиво сказал другой командир. — Может, действительно лучше спасти что можно?

Споры продолжались до глубокой ночи. Мнения разделились — одни выступали за категорический отказ, другие советовали подумать о компромиссе.

— Решать буду сам, — сказал я в конце концов. — А пока готовьтесь к бою. Если завтра переговоры сорвутся, придётся драться не на жизнь, а на смерть.

Утром я дал ордынцам ответ. Субэдэй снова приехал с делегацией, ожидая услышать согласие.

— Князь Виктор, — сказал он через переводчика, — какое решение принял?

— Решение простое, — ответил я, глядя ему прямо в глаза. — Убирайтесь из русских земель, пока живы. Больше предупреждать не буду.

Лицо Субэдэя потемнело:

— Значит, выбираешь смерть?

— Выбираю свободу. А умереть всегда успеем.

— Тогда завтра увидишь всю мощь ханской армии. Пощады не жди.

— И вы не ждите, — пообещал я. — Русские умеют воевать не хуже кочевников.

Переговоры закончились ничем. Орда готовилась к решающему штурму Галича, а я — к последней битве.

Но у меня ещё оставался один козырь. Самый мощный, самый страшный. Заклинание, которое я никогда не применял в полную