Фантастика 2026-72 - Даниил Сергеевич Калинин

снова почувствовал боль в вывороченных суставах связанных за спиной рук. Эта боль приносила облегчение, помогала отвлечься от другой, еще большей боли. Он смотрел в темное предгрозовое небо — ветер гнал с севера грязно-серые громады туч — и как милости ждал забытья. Ему хотелось умереть. Когда на лицо его упала тень, он даже не повернул головы, чтобы увидеть, кто это. Тонкие девичьи пальцы взяли его за подбородок, заставив посмотреть прямо в глаза.

— Ты убил Жженого, — сказала Тара, и в ее голосе Дио услышал собственную тоску по умершему.

— Я не делал этого, Тара, — ответил Дио и сам не узнал себя.

— Твой нож, Дио. — Она приставила к его горлу так хорошо знакомый ему клинок. Дио сглотнул невольно, почуяв ледяное прикосновение стали. — Я сама вытащила его из-под лопатки Жженого.

— Бей, — сказал он равнодушно. — Мне уже все равно. Только запомни. Жженого убил Игорь.

Она замахнулась для удара, когда руку ее кто-то перехватил. Дио увидел, как усиленные сталью пальцы сграбастали тонкое запястье девушки, выкручивая его, заставляя выпустить оружие. Тара рванулась, вскинула полный ярости взгляд и отшатнулась, задохнувшись от ужаса.

— Не смей, — сказал лекан тихо, и Дио узнал ту тварь, что улыбнулась ему однажды у дрезины. — Теперь он наш.

Пальцы Тары разжались безвольно, нож упал, звякнув по корпусу мехоса, и лекан ослабил хватку, позволив девушке выскользнуть прочь.

— Я приду посмотреть, как тебя убьют на арене! — кричала она, когда лекан захлопнул крышку багажника.

«Жженый любил смотреть бои», — подумал Дио, наконец-то отключаясь.

Глаз Схарма

Глава 9

Кто-то легонько бил его по щекам, заставляя прийти в чувство. Дио провел языком по пересушенным губам, и его голову тотчас приподняли, поднеся ко рту чашку, полную чуть подслащенной воды. «Пей», — сказал кто-то требовательно, и Дио послушно сглотнул, ощущая, как постепенно с каждым новым глотком возвращается к жизни. Боль не ушла, но притупилась. Притупилось и мучительное чувство потери, на смену ему возвращалась утраченная было жажда жить. Не верилось, что там, в пустой бетонной коробке без крыши, он был готов уже сдаться, смириться со всею ложью, прозвучавшей из уст Скала… Сейчас собственная слабость бесила, и бешенство как будто вливало в него энергию. Он открыл наконец глаза.

Увиденное заставило его поперхнуться. Он рванулся изо всех имевшихся сил и понял, как же он ослаб за эти дни. Лекан, поивший его подслащенной водой из красной эмалированной кружки в горошек, даже не шелохнулся. Лишь отнял край от губ, усмехнулся:

— Не дергайся. Останешься без зубов.

Дио глядел, закипая ненавистью и понимая одновременно — он целиком и полностью в руках твари. В самом прямом смысле этого слова. Усиленная металлическими пластинами ладонь уверенно поддерживала его голову. Та самая ладонь, что отвела от него удар Тары…

— Еще хочешь? — спросил лекан и, не дождавшись ответа, снова поднес кружку ближе к губам.

Пить хотелось. Дио сглотнул невольно. Пара глотков лишь раздразнила жажду, показав, как же пересушено его горло, как запеклись губы. Неотрывно следя за тварью и понимая, что едва ли сможет противостоять ей сейчас, он снова принялся пить. Не спеша, понемногу, осознавая, что слишком много жидкости может убить его сейчас так же верно, как удар ножа в живот. Тварь, очевидно, тоже понимала это. Когда кружка опустела наполовину, лекан отставил ее на прикроватную тумбочку.

— Потом дам еще, — сказал он, поднимаясь.

Только теперь Дио заметил, что лежит в небольшом, но чистом и светлом помещении с выбеленными стенами. Колыхались, развеваясь от задувающего в распахнутое окно ветерка, легкие тюлевые занавески, снаружи доносились приглушенные расстоянием голоса людей. По ярко-голубому небу бежали белые облачка. Лекан вновь положил его голову на подушку, и Дио понял, что просто не сможет поднять ее сам.

Тварь откинула покрывало, и Дио почувствовал ток свежего воздуха по обнаженной коже. Кто-то раздел его, пока он валялся в отключке. Ощущение беззащитности усилилось, накатив приступом паники. Дио подобрался невольно, и тварь, прохладными пальцами ощупывавшая его тело, почувствовала напряжение мышц.

— Расслабься. — Лекан вновь усмехнулся. — Ты мне неинтересен. — Сильные пальцы прошлись по груди, ощупав ребра. Чуть теплая ладонь легла на живот, тварь надавила слегка сначала с одного бока, потом с другого. Спросила: — Не больно?

— Нет, — ответил Дио, внимательно отслеживая каждое движение твари.

— Внутренних повреждений нет, — резюмировал лекан, вновь прикрывая его одеялом. — К концу недели встанешь на ноги.

— Ты что, врач? — спросил Дио, не удержавшись.

— Был когда-то. В прошлой жизни. — Лекан вновь присел на стул рядом, заложил ногу за ногу, обхватив ладонями колено. Сходство твари с человеком сводило Дио с ума. Требовалось усилие, чтобы помнить: перед ним тварь, а не молодой, загорелый и длинноволосый парень. — До того как начал служить в армии Схарма. Даже здесь не очень-то жалуют лековых тварей, и желающих лечиться у лекана не так чтобы много… Но тебе-то не привыкать иметь дело с нами? — Тварь смотрела прямо в глаза, и Дио понял, что она знает. Знает все.

Он благоразумно промолчал. Тварь усмехнулась. Спросила, все так же пристально глядя пустым, невыразительным взглядом искусственных глаз:

— Почему ты так ненавидишь нас? Там, на железной дороге, ты сказал, что леканы хуже Уродов… Я видел Уродов. Они никогда не были людьми. А мы были. Были и остаемся. Я человек, Дио. Такой же, как ты. Отличия несущественны.

— Виноват ли волк, что родился волком? — спросил Дио с вызовом. — Чтобы стать уродом, надо родиться уродом. Чтобы стать леканом, достаточно продаться мастеру Леку.

— Мне жаль, что ты воспринимаешь все так. — Искусственные глаза смотрели без всякого выражения, но рот твари, сжатый в тонкую линию, выдавал ее чувства. — Я надеялся, мы станем друзьями.

Дио не смог сдержать короткого смешка.

— Что тебе в моей дружбе?

— У меня есть свои резоны. — Улыбнувшись грустно, лекан снова взял кружку и приподнял голову Дио. — Пей, — нагретый солнцем металл мягко коснулся губ, и Дио сглотнул, ни на секунду не сводя глаз с твари.

— У меня нет друзей, — ответил Дио, когда кружка наконец опустела. — Больше нет.

— Я знаю, — ответил лекан, вновь кладя его голову на подушку. — Как иначе мы могли бы достать тебя так быстро и так просто? — На губах твари мелькнула легкая усмешка.

— Тварь, — выдохнул Дио, чувствуя, как наливается свинцовой тяжестью затылок и непроизвольно закрываются глаза. Рука чуть шевельнулась в бессильной попытке оттолкнуть кружку с питьем.

— Меня зовут Март, — невозмутимо ответил лекан. Его голос донесся будто издалека. — Я предпочел бы, чтобы человек, которому предстоит меня убить, знал мое имя.

Лекан говорил что-то еще, но Дио уже не