Фантастика 2026-72 - Даниил Сергеевич Калинин

в кладке. Движения приобрели быстроту и точность. В считаные мгновения Дио спустился к окну ниже. Мельком заглянул внутрь. Комната была темна, пуста и заброшена. Сорванная с петель входная дверь валялась тут же. Возникло мимолетное желание забраться внутрь и попытаться спрятаться в здании. Дио отмел эту мысль. Мертвые псы схарматов шли по следу не хуже живых, он не укроется здесь надолго. Нужно было уходить из города прочь. Раз и навсегда обрубить все концы, связывавшие его с прошлою жизнью.

Дио глянул из-под руки вниз. Со второго этажа уже можно было спрыгнуть, не боясь расшибиться, но по крыше ходили часовые, а на асфальте поблескивали осколки битого стекла. Дио скользнул взглядом вдоль по стене. От крыши подъезда его отделяло с полдюжины оконных проемов, и расстояние между ними было довольно широким. Дио вновь заглянул в окно, а потом бесшумно перевалился через подоконник в комнату. Стоило ли лезть по стене, рискуя наделать шуму или сорваться вниз, когда можно было бы просто пройти по коридору?

Замер надолго, прислушиваясь. Бетонные стены обрезали шумы улицы. Стихли и поскрипывание сосен, и стрекот сверчков. Зато стало слышно, что творится в здании. Лишь теперь Дио понял, как хорошо была изолирована от посторонних шумов та комната, в которой его держали. Вдоль по коридору расхаживал часовой. Скрипел в такт размеренным шагам мелкий мусор. Дио метнулся к дверному проему, встал, вжавшись спиною в стену. Он успел вовремя. Часовой остановился, Дио слышал его размеренное дыхание, поскрипывание кожаных сапог, когда человек переминался с ноги на ногу. Человек, не тварь. Тварь, обладавшая исключительным чутьем, давно бы его заметила. Мысль сократить путь уже не казалась Дио такой удачной.

Но, постояв немного, человек снова двинулся вдоль по коридору прочь все тем же неспешным, размеренным шагом, и Дио тихонько выдохнул, лишь теперь заметив, что не дышал все это время. Дойдя до конца коридора, часовой замер, глядя во двор сквозь пустой оконный проем. Дио чуть склонил голову, вглядываясь. Схармат, закинув за спину висевший на шее автомат, рассеянно хлопал себя по карманам куртки. Не дожидаясь, пока часовой найдет то, что ищет, Дио метнулся по коридору в следующую комнату, увидел закрытую дверь и, боясь возможного скрипа петель, нырнул в распахнутый проем напротив. Комната, вдвое больше, чем та, которую он только-только покинул, была так же пуста, но за стеной рядом кто-то нервно вышагивал из угла в угол. Дио прикрыл глаза, восстанавливая дыхание. Тронул пальцами взмокший лоб, проклиная себя за опрометчиво принятое решение.

Часовой в коридоре закурил. Воздух наполнился резким, всепроникающим запахом плохого табака, и Дио невольно поморщился. Сам он никогда не курил и не понимал этой страсти вдыхать зловонный дым сигарет. Снова выглянул в коридор. Часовой все так же стоял у окна, глядя во двор и попыхивая сигареткой. Дио понял, что пара минут у него еще есть.

— Я пойду! — вдруг сказали так близко и громко, что Дио вздрогнул и лишь потом понял, что шаги за стеной замерли. Это был Март.

— Сиди, — ответил кто-то, и Дио с удивлением понял, что узнает и этот голос. Тот самый схармат, что предложил подвезти его и Жженого до Депо. Накатило странное ощущение, будто все это случилось невероятно давно с каким-то другим, малознакомым человеком.

— Он уйдет сегодня. — Голос Марта звучал раздраженно.

— Не уйдет, — схармат говорил с уверенной ленцой. — За окном следят, а других путей наружу у него попросту нет.

— Не знаю… — Март замолчал надолго, и Дио живо представил, как тот стоит, поджав по своему обыкновению тонкие губы, сцепив руки за спиной и вперившись невыразительным стеклянным взглядом в пол. — Он не так прост, как кажется. В нем есть что-то…

Март снова замолчал, и Дио понял, что больше уже ничего не услышит. Часовой докурил, и в коридоре снова раздались размеренные шаги. Дио бросил еще один взгляд на дверной проем и подбежал к окну, которое выходило на крышу одноэтажной пристройки, и, не раздумывая уже, Дио перемахнул через подоконник на ту сторону. Подошвы мягко, практически бесшумно стукнули о рубероид, но в тишине ночи звук показался невероятно громким. Дио присел, касаясь пальцами шершавого покрытия, и лишь тогда огляделся. Он ошибался, считая здание, в котором его держали, одним из домов заводского комплекса. Это скорее походило на корпус больницы. Сразу стала понятна и кровать с характерной металлической сеткой, и маленькая комнатка без кухни, но с уборной. Дио понял, что совершенно не представляет теперь, в какой части города он находится. План побега, казавшийся таким простым и ясным, стремительно терял очертания. Блуждать по Городу, не имея ориентира, всего с одной проволочной заточкой в шве брюк… Нужно было найти настоящее оружие и выяснить, куда его привезли. Нужно было выловить кого-нибудь из схарматов…

Дио бросил взгляд назад. Там, рядом с тем окном, через которое он только что выбрался наружу, мягко светилось электрическим светом второе. «Надо уходить с крыши», — подумал Дио, понимая, что он здесь весь как на ладони. По стенам комнаты металась тень расхаживающего из угла в угол лекана. «Сейчас побегает-побегает, а потом все-таки кинется проверять». Дио физически чувствовал, как утекает, словно вода в сухой песок, время. Пригнувшись, он подбежал к краю крыши, кинул быстрый взгляд вниз и спрыгнул в высокие заросли сорной травы.

Позади раздался глухой, утробный рык. Дио почувствовал, как зашевелились, вставая дыбом, волосы на затылке. Рука сама дернула свернутый в кармане шнурок, и заточка мгновенно перекочевала в ладонь. Дио резко развернулся, одновременно падая на колено и подкатываясь под прыгнувшего на него волка. Стало сразу понятно, почему он никогда не видел ни одного человека во дворе после заката. И почему схармат был так спокоен и уверен в том, что ему не удастся уйти.

Волк прыгал от стены, не имея пространства для маневра, и прыжок его вышел неловок. С громким треском ломая толстые сухие стебли чертополоха, зверь тяжело завалился на бок. Загребли, разрывая жирную землю, задние лапы. Дио инстинктивно подтянул колени к груди и успел убрать ноги раньше, чем мощные челюсти, вооруженные целым рядом стальных зубов, сомкнулись на лодыжке. Метнулась тяжелая лобастая голова, наполовину закрытая металлическими пластинами, и Дио снова перекатился, пытаясь уйти в сторону от голодно клацающей пасти. Но теперь он и сам оказался зажат меж стеной и волчьей тушей. Пальцы крепче сжали тонкую сталь проволоки, цепляясь за нее, как за последнюю соломинку. Понимая, что никакая заточка не пробьет ни густой шерсти, ни толстой шкуры, ни тем более стальных пластин, защищавших голову и грудную клетку зверя, и бить надо лишь по глазам или в ухо, вскочил