Современная зарубежная фантастика 6 - Адам Пшехшта

— Не смогли, — мрачно объяснил Колхаун. — После нападения у них остался только один бот, да и тот неисправный. Все выжившие задохнулись, когда у них вскорости полетели системы жизнеобеспечения. Один из тральщиков, К.И.Ф. «Настурция», позаботился, чтобы души их упокоились с миром.

Брим кивнул. Традиционные похороны звездолетчиков: вечное путешествие по Вселенной на похоронной ионной ракете. Каждый военный корабль на всякий случай возит с собой запас этих штук.

— Дело только в том, — продолжила рассказ Коллингсвуд, — что груз «Судьбоносного» настолько нужен Империи, что Адмиралтейство приказало приложить все силы, чтобы спасти и его, и корабль. И увы, флагман доверил сомнительную честь сделать первую попытку нам.

— Отвести «Судьбоносный» в Гадор-Гелик, капитан? — спросил Брим. — Если он на ходу — да, — ответила Коллингсвуд. — Но не это самое сложное. В первую очередь надо проверить, можно ли вывести его из поля притяжения большой звезды, в которое он попал примерно через одиннадцать циклов после того, мак сбавил скорость до субсветовой. Официальное название звезды — Мю Зебулона, и если ничего не предпринять в самое ближайшее время, «Судьбоносный» упадет на нее. Вот тут на сцену выходите вы, — договорила она, глядя на Брима и Урсиса. — Вы, наверное, и сами уже догадались.

Синие Куртки переглянулись и улыбнулись друг другу.

— Так точно, капитан.

— Я так и думала, — усмехнулась Коллингсвуд. — Что ж, мы как раз приближаемся к созвездию — собственно, мы будем там примерно, — она покосилась на свой хроноиндикатор, — через тридцать циклов. Вы двое, а также те, кого вы сочтете необходимым взять с собой, отойдете от «Непокорного» в нашей дурацкой боевой шлюпке, высадитесь на «Судьбоносный» или на что там от него осталось и попытаетесь увести его от газового гиганта, пока он не упал. Из того немногого, что я узнала от Адмиралтейства, можно заключить, что на все это у вас будет не больше пяти метациклов. — Скажите, капитан, у кого-нибудь в Адмиралтействе имеются технические данные корабля? — спросил Урсис. — Хотя бы систем управления? Или пульта рулевого?

— Именно этим я и занималась сейчас, — ответила Коллингсвуд, махнув рукой в сторону дисплея. — Я выбила из них слишком мало, но это все-таки лучше, чем ничего. Сейчас как раз выводятся голокарты… — Она вдруг поморщилась и тряхнула головой. — Послушайте, — решительно сказала она. — Один из вас — лучший рулевой, другой — лучший механик на этом судне, и, следовательно, мне стоило бы уберечь вас от этого задания. Я уверена, вы оба это понимаете. И в то же время вы единственные, у кого есть шанс вернуться живыми — не говоря уж о корабле и его чертовом ценном грузе. Эта миссия настолько сложна и опасна, что послать кого-то другого означает обречь его на верную смерть. — Она мрачно покачала головой. — Полагаю, вы возьмете с собой Барбюса?

— Чудеса происходят гораздо чаще, когда рассчитываешь на помощь кого-нибудь вроде Утрилло Барбюса, — заметил Брим. Урсис серьезно кивнул.

Коллингсвуд улыбнулась.

— В этом я вас опередила, — заявила она. — Я уже приказала старшине Барбюсу приготовить шлюпку.

Брим ухмыльнулся. Коллингсвуд всегда была исключительно инициативным командиром.

— Спасибо, капитан, — сказал он, посмотрев на хроноиндикатор. — Если у вас нет никаких дополнительных распоряжений, нам лучше идти.

— Имеете что-нибудь добавить, старпом? — спросила Коллингсвуд.

— Похоже, оговорили все, — ответил Колхаун. — Голокарты с чертежами вам принесут прямо в шлюпку. Однако боюсь, мистер Брим, — добавил он, подмигнув, — информация ихняя будет скупее нищего с Габроля.

Брим улыбнулся. Все верно: картотеки разведки содержали, как правило, сведения об устройстве систем, но не о том, как ими пользоваться. Он пожал плечами.

— Если Ник раскочегарит машины, с остальным я как-нибудь разберусь, — сказал он, подмигивая медведю.

— Тогда в путь, — подытожила Коллингсвуд. — До окна оптимального перехода к Мю Зебулона осталось пятнадцать циклов. — Есть, капитан, — хором откликнулись Брим с Урсисом и повернулись к выходу.

— Да, еще… Вилф, Николае…

— Да, капитан? — Вилф задержался в дверях. Коллингсвуд покраснела и неуверенно подняла руку.

— Всем известно, что такой штуки, как удача, не существует, — сказала она. — Но на всякий случай…

— Спасибо, капитан, — ответил Брим, не по уставу салютуя в закрытом помещении. Урсис повторил его движение. А потом они чуть ли не бегом припустились по коридору на шлюпочную палубу, на ходу застегивая шлемы боевых скафандров.

* * *

Несколько циклов спустя они уже карабкались по гибким трубам переходников: Урсис с голокартами — в пассажирский отсек, Брим — в ходовую рубку.

— День добрый, лейтенант, — приветствовал его Барбюс. Оба ходовых генератора уже гудели на холостом ходу.

— Добрый, добрый, — ответил Брим, вглядываясь в показания приборов и одновременно сражаясь с застежками ремней безопасности. Стрелки индикаторов обоих генераторов дрожали у отметки 2400 оборотов, и охладитель почти прогрелся до рабочей температуры. Лишенные гиперэкранов окна ходовой рубки светились неестественными красками — подобную картину они будут наблюдать до тех пор, пока не покинут корабль и скорость шлюпки не станет ниже световой. — Похоже, ты все уже приготовил к отлету, — сказал он, щелкая тумблерами на панели. — Чертовски неплохая работа.

— Спасибо, сэр, — ответил Барбюс, краснея. Брим улыбнулся и включил связь с пассажирской кабиной — когда-то он сам учился управлять космическими аппаратами.

— У тебя все в порядке. Ник?

— У меня-то да, — откликнулся медведь, приятельски помахав лапой Барбюсу. — Однако тот, кто утверждал, что в этой скорлупе можно разместиться вдесятером, явно не имел в виду медведей.

— Ты готов к отлету? — спросил Брим. — Я готов, Вилф Анзор, — произнес медведь, складывая лапы на груди и усаживаясь настолько удобно, насколько это позволяло ему тесное пространство кабины.

Включив связь с мостиком «Непокорного», Брим раскрутил генераторы до девяти с половиной тысячи оборотов, чтобы переход на досветовую скорость прошел плавнее.

— Прошу разрешения на вылет, — передал он, введя последние данные об их положении относительно Мю Зебулона в автопилот шлюпки.

— Выход разрешаю, — откликнулся Колхаун. — Можете отчаливать, когда будете готовы.

Брим кивнул и дотронулся до клавиши в правом углу пульта. Вибрация работающих на максимальных оборотах генераторов усилилась, приводы шлюпбалок загудели, а хаотичное нагромождение красок в иллюминаторах сделалось еще безумнее — это шлюпка вышла из-под защиты корабельного корпуса и попала в струю возмущенных фотонов. Бриму припомнились блокадные будни и то, как он впервые отходил на боте от «Свирепого», чтобы захватить свой первый корабль Облачников. Он улыбнулся этим воспоминаниям. Даже на скорости ниже световой подобная операция всегда считалась довольно сложной. Спуск шлюпки, как правило, контролировался с мостика эсминца, и координация действий спускающего и спускаемых далеко не всегда оставалась на высоте. Особая конструкция шлюпки Абнера Клисникова позволяла рулевому осуществлять этот процесс самостоятельно.

Когда шум приводов шлюпбалок утих, Колхаун на дисплее кивнул.

— Все в порядке, парни, — сказал он. — Отцепляйтесь.

— Отдаем