Николай Второй сын Александра Второго - Сергей Свой

Англичане притихли. Афганцы запросили мира.

Сцена 14. Маньчжурия, зима 1911

В Маньчжурии японцы действовали через хунхузов — китайских бандитов. Они нападали на русские поселки, жгли дома, убивали людей.

Генерал-губернатор Маньчжурии Алексей Куропаткин (я назначил его после войны, как опытного администратора) применил жесткие меры.

— Хунхузов не брать в плен, — приказал он. — Уничтожать на месте.

Казачьи разъезды прочесывали тайгу, авиация бомбила бандитские базы, пехота блокировала перевалы. К декабрю 1911 года Маньчжурия была очищена от банд.

Японские агенты, пойманные с поличным, были публично казнены в Мукдене. Япония промолчала — воевать она не могла.

Сцена 15. Польша, весна 1912

В Польше немцы пытались поднять восстание. Финансировали подпольные кружки, печатали листовки, обещали независимость.

— Поляки не дураки, — говорил мне Варшавский генерал-губернатор Скалой. — Они понимают, что немцы их используют. Но есть горячие головы.

— Работайте с умеренными, — посоветовал я. — Дайте полякам больше автономии, откройте польские школы, университеты, разрешите польский язык в администрации. Пусть видят, что в России им лучше, чем под немцами.

Политика сработала. Польское подполье раскололось, большинство поляков отказалось поддерживать немецких агентов. Провокация провалилась.

---

Часть 4. Дипломатические битвы

Сцена 16. Петербург, март 1912

Я принимал английского посла сэра Джорджа Бьюкенена. Разговор был жестким.

— Ваше величество, — говорил Бьюкенен, — действия России в Афганистане и Маньчжурии вызывают серьезную озабоченность британского правительства.

— А действия Англии на Кавказе и в Средней Азии вызывают озабоченность российского правительства, — парировал я. — Ваши агенты финансируют бандитов, убивающих наших людей.

— Это ложь! — возмутился посол.

— Это факты, — я кивнул Пантелею, и тот положил на стол папку. — Вот документы. Ваши инструкции вашим агентам. Ваши платежные ведомости. Имена, даты, суммы. Хотите, опубликуем?

Бьюкенен побледнел.

— Это... это провокация, — пробормотал он.

— Это доказательства, — сказал я. — Передайте вашему правительству: Россия не потерпит вмешательства в свои внутренние дела. Если провокации продолжатся, мы будем отвечать. И не только в Азии.

— Это угроза?

— Это предупреждение, сэр Джордж.

Посол ушел мрачнее тучи. Англия притихла.

Сцена 17. Берлин, апрель 1912

Немцы действовали тоньше. Кайзер прислал письмо с предложением "возобновить дружеские отношения". Я ответил вежливо, но холодно.

— Ваше величество, — докладывал Извольский, — немцы предлагают разделить сферы влияния. Мы берем Азию, они — Европу.

— А сами они что получат?

— Свободу рук на западе. Против Франции.

— Идиоты, — усмехнулся я. — Они думают, я предам союзников ради пустых обещаний? Передайте: Россия верна договорам.

— А если они предложат что-то реальное?

— Ничего реального они предложить не могут. У них нет ничего, чего бы у нас не было.