Фантастика 2026-160 - Вахтанг Глурджидзе

– Что вам надо делать?

Михаил Потапович нервно потёр пальцы, косо посмотрел по сторонам.

– Велено на эту тему не распространяться. Они тут год назад затеяли строительство новой ветки водопровода, причём не по верху, а в траншее, и уже готовы запустить насосную. Их инженер заболел, вот и пригласили меня.

– А местные работяги говорят, что нет никакого строительства.

Михаил Потапович криво улыбнулся.

– Боятся. Но я вас очень прошу, как говорится, язык мой – враг мой! Не выдавайте меня! В «Аквасорсе» работают очень суровые люди. Мне не поздоровится, если они узнают, что я жаловался вам. Говорят, в Иркутске убили журналиста, который приезжал в Култук до вас.

Пахом кивнул.

– Это не слухи, к сожалению. Не беспокойтесь, наш разговор останется между нами. Так где располагается тот самый водопровод?

– Тринадцатая станция, – искривил губы инженер. – Я человек несуеверный, но от этого совпадения мороз по коже!

– Китайцы не боятся суеверий.

– Чёрт знает, чего они боятся. – Собеседник окончательно расстроился, осознав, что раскрыл тайну незнакомому человеку, да ещё и журналисту, и Пахом поспешил его успокоить. – Не осуждаете, что я говорю одно, а работаю на китаёзов?

– Не осуждаю, Михаил Потапович, дело житейское, и вправду надо же где-то зарабатывать на хлеб. Единственное, что мне нужно, это знать координаты насосной. Честное слово, я никому ни слова!

Инженер чуть повеселел. Когда нужно, Пахом мог говорить убедительно.

– Местечко Пожары на берегу Култукского плёса, в трёх километрах к востоку от посёлка.

– Спасибо, найду. Вы там уже были?

– Каждый божий день езжу вторую неделю. Вернее, нас в семь утра забирает автобус, шесть человек, целую смену, а в семь вечера привозит обратно. Мне удобно.

– Откуда вас забирают?

– От пожарки, это каланча ближе к лесу.

– Спасибо ещё раз.

Они посидели немного, допивая чай и кофе, сменили тему: как и всех простых людей, Михаила Потаповича волновали и проблемы СВО, и политика, в частности поведение нового президента США, и мигрантский беспредел, поэтому он вскоре совсем расслабился, забыв о своём признании. К себе в номер на втором этаже гостиницы он ушёл успокоенный.

Немножко расслабился и Пахом, набегавшись за день так, что заныли икры ног. Подлечив себя с помощью смены душа – горячий – холодный, а также с помощью усиленной прокачки крови через бёдра в икры, он хотел было позвонить Анфисе, но передумал. В принципе ничего особо важного он не узнал, а о местонахождении новой водонасосной станции в неведомых Пожарах можно было сообщить и завтра, и лучше после знакомства с ней.

То же самое он подумал и о Михайлове: потерпите, товарищ полковник, – но тот сам напомнил о себе, позвонив в десять часов.

Разговаривали недолго, буквально минуту. Пахом ответил на вопросы начальника расследования, и Михайлов пожелал ему спокойной ночи.

Капитан улёгся на «королевскую» кровать с белыми хрустящими простынями (чего он в общем-то не ожидал, невольно перенося уличный грязеоборот на весь посёлок), однако сначала уснуть мешали воспоминания об Анфисе, потом начали приходить видения с испытанием хронодайва, и он решил, раз такое дело, потренироваться с прыжками в собственное тело, чтобы уточнить размеры интервала времени, на какой его сознание возвращалось в голову.

После часа переходов туда-сюда-обратно удалось в конце концов замерить этот интервал: пятьдесят семь секунд. Захотелось попытаться увеличить его волевым усилием, однако организм сообщил хозяину, что пора отключаться, и капитан рухнул на кровать с мыслью «я сделал всё что мог». Уснул мгновенно.

Такси в Култуке присутствовало, но Пахом не хотел, чтобы его видели смышлёные водилы местного разлива, и после консультаций с администратором гостиницы Пахому помогли взять частника. К семи часам утра он подъехал к пожарной каланче на видавшем потоп «уазике» грязно-сиреневого цвета.

Михаил Потапович не обманул. Возле двух боксов пожарной части стоял замызганный грязью автобус «ГАЗель Некст», в который садились мужчины разного возраста, одетые в одинаковые сине-оранжевые робы. Среди них был и инженер, только не в робе, а в цивильной одежде по местному климату: серая утеплённая куртка, шапка и сапоги.

Подходить к нему Пахом не стал, просто разглядывал рабочих, составляющих дежурную смену, и ждал, когда автобус поедет к месту расположения станции. Машину он поставил так, чтобы на неё не обратили внимания, и водитель, малоразговорчивый абориген лет шестидесяти в видавшем виды стареньком камуфляжном костюме по моде милитари выполнил указание без какого-либо интереса на задубелом складчатом лице. Звали его Нисимом, хотя с виду это был чистой воды славянин.

Рассвело.

Автобус двинулся с места, однако к нему наперерез бросилась женская фигурка в блестящем как металл костюме, «Газель» остановилась, и Пахом с удивлением узнал в женщине Анфису. Присвистнул.

– Вот это подарок сердцу!

– Заметили? – осклабился Нисим. – Вчера приехала, в шишкин дом заходила, я видел.

– Куда? В какой дом?

Водитель смял лицо в ухмылке.

– Так у нас называют деловой барак на Кирова – шишкин, в смысле – там сидят владельцы компаний, большие шишки.

– Правильно назвали. Интересно, где она устроилась? Вроде бы не появлялась в гостинице. Или у вас есть другие отели?

– Хороших гостиниц мало, – махнул рукой Нисим. – Рекомендую «У ручья» или гостевой дом на Байкальской. У нас почти у любого жителя можно остановиться.

Автобус покатил по улице, направляясь почему-то не к берегу, а в другую сторону.

– За ним, – сказал Пахом.

Выехали из посёлка вдоль железнодорожной нитки на Иркутск, но скоро свернули в лес на матово-серую асфальтовую ленту, ведущую на сей раз к озеру, и Пахом с удивлением оценил её качество. Было видно, что асфальт уложен недавно, хотя уже были видны колеи, оставленные тяжело гружёным транспортом. На всякий случай спросил:

– Давно построили эту кишку?

– Год назад, – равнодушно ответил Нисим. – Возили в Пожары трубы, бетонные блоки, плиты, технику. Сейчас ездят редко.

– То есть достроили водокачку и забросили дорогу?

– Не забросили, иногда возят какие-то грузы.

– Какие?

– Да разные, – отвёл глаза водитель. – Мужики грят, машины какие-то, лодки, моторы, насосы. Но лично я не видел.

– Хорошие деньги у тех, кто заказал асфальтовую трассу.

– Тут всё у китайцев схвачено. Лично у меня к ним нет претензий, но больно за край обидно. Чуть что не по ним – сразу увольняют, а без работы у нас не выживешь.

Автобус прибавил ход, и через четверть часа впереди сначала показалась сине-стальная гладь залива, окаймлённая горами, потом кучка строений, и машины выехали к берегу озера, обрывом нависающему над водой.

Пожары нельзя было назвать посёлком. В нём насчитывалось всего три деревянно-каркасных одноэтажных домика под пластиковыми крышами синего цвета, от одного из которых к берегу шла синяя труба. Домики явно были современными,