Фантастика 2026-83 - Алекса Франс

ними засверкало золотом. Песок, арена, люди на трибунах перемешались, будто на только что нарисованной картине, которая не удовлетворила ее автора, за что художник выплеснул в нее растворитель, тут же принявшийся разъедать краску. Яркие смешивающиеся цвета полились с полотна времени, окутали друзей и закружили в водовороте красок. А художник, взяв кисточку вновь, неистово принялся писать грядущее, словно конвейер, штампуя один шедевр за другим.

Картина маслом: Рим в панике, воинственные племена гуннов взяли его в осаду, некогда величайшая и могущественная империя древности покорена кочевниками. Но свято место пусто не бывает, и на заре Средневековья рождается новая империя, пусть хрупкая и неустойчивая, держащаяся на плечах одного человека – Карла Великого. Словно клинок, она рождается из горна, лихо рубит и метко разит, но, потеряв хозяина, меч уже не может принадлежать никому иному, он быстро ржавеет в руках преемника и ломается на несколько осколков. И вновь походы, сражения, завоевания, лязг мечей и скрежет доспехов. Викинги атакуют с севера, пускают «красных петухов» по городам Европы, грабят и тысячами уводят рабов в плен. За теми же прелестями Вещий Олег пускается в поход, итог – щит на вратах Царьграда. А по земле уже скачут рыцари, отмеченные Святым Крестом, дабы у грабежей и убийств имелось высшее оправдание. Крестоносцы штурмуют Иерусалим, тевтонцы пытаются взять Новгород – и вновь итог известен: Иерусалим взят, отбит и взят вновь – и что-то подобное продолжается и по сей день, а тевтонцы ныне покоятся на дне Чудского озера, как и все другие, пришедшие им на смену, кто вообразил, что сможет покорить Русь, – и что-то подобное продолжается и по сей день. А кровь все продолжает литься на полотно истории с кисти художника. Красная краска льется – нет, даже не рекой, а океаном, из этого океана образуются моря, рождаются реки, текут ручьи – и все это кровь, людская кровь, пролитая на землю. Вот истинные артерии живой планеты Земля, а не те голубые линии, видимые из космоса, что в детстве в контурных картах мы раскрашивали синим карандашом…

Коридор времени начинает играть злую шутку с сознанием Дениса, и вместо фрагментов былого-грядущего перед ним предстает черная картина маслом: на фоне безжизненного космоса намалевана одинокая красная планета, но это не Марс, а Земля, просто воды ее океана кроваво-красные. Тук-тук-тук – удар молотком по гвоздику. Кто-то прибивает эту картину к стенке Вселенной. Денис опускает руки, молоток остается в его ладони.

Глава 13

Чиновник особых поручений Федоров

Резкий, выворачивающий мозг наизнанку запах нашатыря. Денис поморщился, замахал руками и с трудом разжал веки. Он лежал на мягкой кушетке в медицинском кабинете доктора Штерна, а прямо перед ним, с дурно пахнущим бутыльком в руке, стоял…

– Шеф?! – пробормотал он и улыбнулся. – Как же я рад вас видеть.

Громов скривился.

– Будьте любезны, соблюдайте субординацию и извольте звать меня, как принято, Константин Александрович.

Денис насупился.

«С каких это пор шефу не нравится, когда его зовут шефом? – удивился Фадеев. – Эй, постойте?!»

– Ше… Константин Александрович, а почему вы так странно выглядите? Вы с задания или, наоборот, на него?

И действительно, сейчас Громов находился в образе белого офицера Российской империи: двубортный синий мундир, серебряные пуговицы с чеканкой императорского орла, какой-то орден, белые без звездочек погоны, соответствующие чину действительного тайного советника, фуражка, галифе, начищенные до зеркального блеска сапоги. Образ дополняла холеная бородка а-ля Николай Второй.

Громов прищурился, заложил руки за спину, и, будто с подозрением, взглянул на подчиненного:

– Денис Сергеевич, будьте так любезны, напомнитека мне ваше последнее задание, с которого вы вернулись с таким запозданием?

«Он что, в образе? – опешил Фадеев. – Какой на фиг Сергеевич, я Алексеевич. И какой на фиг будьте любезны?»

Но все же ответил шефу:

– Дом Ипатьева, 17 июля 1918 года, попаданец Разин Александр Владимирович, он пытался предотвратить расстрел царской семьи, спасти Романовых и возродить монархию…

– А вы?

– А мы… в том числе и вы, шеф…

При слове «шеф» Громов слегка поморщился, но поправлять на этот раз не стал, и Денис продолжил:

– В общем, мы, как обычно, вовремя пресекли попытку изменить историю.

– То есть никто из Романовых в ту ночь не должен был покинуть дом Ипатьева живым? – Громов будто слегка удивился.

– Конечно. Все согласно уже написанной истории.

– Выходит, бывший есаул, а ныне социалист-революционер, Игорь Михайлович Богатырев и назвавшаяся Гончаровой Юлией Карловной тоже являлись участниками нашей группы? – задал совершенно удивительный вопрос Громов.

– Игорек – социалист-революционер? – пробормотал Денис.

– Именно, – кивнул Громов. – Поэтому отвечайте, чиновник особых поручений Федоров! Первое, при каких обстоятельствах вы оказались завербованы фашистской разведкой? И второе, что вы делали с их агентами в прошлом?

«Чиновник особых поручений Фе-до-ров?! – выпучился Денис и открыл рот. – Так, постойте…»

Кусочки пазла, мелькающие в голове и кружащиеся вокруг, вдруг начали собираться в единую картину. Первый кусочек – странный облик шефа: мундир скроен явно не в угоду исторической достоверности, а скорее сшит на новый лад с использованием современных технологий; второй кусочек пазла – орден, который Денис не стал разглядывать, надпись на нем гласила «За подавление восстания на Украине» и год «2013». Фадеев насупился еще сильнее, замотал головой, стараясь отогнать наваждение, и вдруг увидел портрет на стене: женщина лет сорока гордо смотрела с полотна ясными, словно безоблачное небо, голубыми глазами, а на ее макушке была надета корона Российской империи. Что-то в образе этой мадамы, косящей под королеву, показалось Денису смутно знакомо.

«Да, именно ее васильковые глаза!» И вдруг кусочки пазла сложились воедино, и Фадеев наконец-то смог взглянуть на картину в целом.

– Кошка, твою же мышь! – выругался он перенятым у Игорька выражением. – Ну, Настька из деревни Камышевка, да будь ты трижды неладна!

Громов обернулся на портрет.

– Не смейте нести чушь в адрес покойной государыни императрицы Анастасии Николаевны!

– Шеф, да вы не понимаете! – вскричал Денис. – Я вам сейчас все объясню! Да, признаю, это я совершил ошибку!.. Я не знал, кто она, и там, в прошлом, я случайно спас ее девчонкой… а она ведь должна была погибнуть вместе с остальными Романовыми, но не погибла… Не понимаю, какими силами и какими средствами она смогла заполучить престол, но это изменило ход всей мировой истории!

Громов прищурился, взглянул на Фадеева очень внимательно своим всепроницающим взглядом, и Денис уже было подумал, что шеф ему поверит, но, помолчав, тот сказал:

– Хорошая попытка, бывший чиновник особых поручений Федоров. Да, видно, Третий рейх постарался на славу! Каков лжец, ни одной