"Фантастика 2026-192". Компиляция. Книги 1-21 - Никита Киров

странно. Странно, что его составляют гоблины и редактируют каждые три года. Входят в него и преступники, вроде Реддла, и светлые — Дамблдор. На первом месте в мире сейчас находится Ярослав Деньгов, четырёхсотлетний волшебник из западной России, точнее — из Калининграда. Далее стоит Волшебница из Японии Такара Сато (прим. Автора — имя волшебницы — отсылка, только вот к кому?) полукицунэ из Японии. Довольно молодая, при этом — сильная волшебница с кровью лиса. Мифические лисы в Японии на востоке имеют свои отличия от наших оборотней. Первое и самое главное — они способны натренироваться и применять способности кицунэ, когда захотят. Второе — это дар, передающийся по наследству. Далее идёт «британский триплет», как нас называют — Дамблдор, Волдеморт, Рэйдж. Таким образом, гоблины считают меня пятым по силе волшебником в мире. Лестно… Только вот, скоро я стану третьим, если всё пройдёт по плану.

Планирование ликвидации передо мной стоящих я начал задолго до этого момента. Дамблдора я изначально убивать не собирался, точнее — завершить это дело «чужими руками», Слизеринец я, или покурить вышел? А вот Волди лучше убить собственноручно. Да… Сейчас представится прекрасный шанс. Убедить Волдеморта через Селвина и Малсибера об ослабшем Дамблдоре будет проще простого. А сподвигнуть того на рейд… Осталось только сделать так, чтобы крыса Дамблдора — не спутала нам все карты. Эту проблему я оставил на Регулуса, который вытянул своего друга, а Северус был его лучшим другом, как-никак, и обстоятельно с ним побеседовал.

Снейп, несмотря на всю свою гордость, быстро докумекал, что я собираюсь проворачивать интригу и даже принёс соответствующий обет. Что было очень трудно, Дамблдор, не будь дураком, опутал своего «подчинённого» таким количеством клятв, что, подобрать правильно клятву, которая его не убьёт — было очень трудно.

— С прибытием, Гарри, — кивнул я Поттеру, вошедшему в мой кабинет, — вижу ты устал, садись, — кивнул я на кресло, — нас ждёт трудный и обстоятельный разговор.

Палочка выскочила в мою руку и сняла хитро поставленную следилку Дамблдора. Вот ведь старый жук, его следилки с каждым разом всё хитрее.

— Мистер Рэйдж? — недоумённо спросил Гарри, если бы не моя воля наблюдения, то я бы растрепал все секреты, что собираюсь доверить мальчику — Дамблдору. А так, секреты останутся при нём и мне. От легилименции я перестрахуюсь.

— Всё в порядке, — улыбнулся я, — ты знаком с этими предметами, Гарри? — кивнул я на стол, где лежали три артефакта Основателей.

— Это же, — он внимательно осмотрел каждый артефакт, — артефакты Основателей Хогвартса! Вы нашли их? — спросил он восхищённым тоном.

Все три артефакта считались утерянными. Я неплохо понатаскал Поттера в истории. Так что — он теперь знал больше, чем канонный.

— Верно, но когда я их нашёл, то были не совсем артефакты, Гарри, это были крестражи…

— Крест… ражи? — округлил глаза Гарри. — Что-то такое я слышал… — проговорил он задумчивым тоном.

— Гарри?

— А… Да! Профессор Дамблдор… В этом году делился со мной своими… Воспоминаниями в Омуте Памяти и там что-то было про крестражи… Волдеморт — спрашивал о них у профессора Слагхорна, только тот не ответил ему, профессор Дамблдор считает, что воспоминания подложены, они… Как бы испорчены…

— Исправлены, — подсказал я, облокотившись на спинку стула, — видимо, профессор Слагхорн — рассказал Реддлу о крестражах, а затем — устыдился этого и «поправил воспоминания», только для подобного требуется быть мастером в легиллеменции, ибо работа может быть топорной; воспоминания можно так же полностью заменить, — припомнил я способ, которым вытянул Джойя и Джейриса из Азкабана… — Касательно крестражей — это частицы души. Маг, разорвав душу может поместить часть этой души в предмет, любой предмет и пока этот предмет не уничтожить — маг будет жить в подлунном мире, то есть — не умрёт в привычном нам значении этого слова, вот почему Волдеморт всё ещё жив, — завершил я.

— Он создал крестраж? — ошеломлённо спросил Гарри, вид которого выдавал высшую степень замешательства. Для непосвящённого человека выражение «разрыв души» — звучит аморально.

— Нет, гораздо больше, три крестража я уничтожил, изъяв и уничтожив частички души из них, один — уничтожил ты…

— Дневник Тома Реддла! — воскликнул Гарри, но тут же осёкся, над манерами придётся поработать. — И… извините…

— Ничего, пока ничего, прошу только — не перебивай Талли, иначе и ты… Пару месяцев сидеть не сможешь, — усмехнулся я, Гарри поморщился, но промолчал. — Ещё один уничтожил Дамблдор, видел его почерневшую руку? Проклятие, из-за которого он умирает медленно и мучительно — есть следствие использование крестража не по назначению, скорее всего крестражем было нечто похожее на кольцо, являвшимся магическим артефактом, он его надел и… Получил последствия.

— И… У него… Пять крестражей? — поражённо спросил Гарри.

— Не пять, — заявил я, — с помощью крестража можно локализовать все остальные, правда это довольно трудно сделать. Нужна кровь самого создателя, но кровь я добыл в этом году, — она даже на ритуалы Вуду не годится, сильные маги всегда проводят комплекс зачарований, исключающий применение наговоров и сглазов по крови, но вот против локализирования крестражей он зачарование не провёл, точнее — он не знал о нём. Школьник семидесятилетний, не иначе. Узнал часть и побежал испытывать. — Один крестраж всегда находится около него, изредка — отдаляясь. Это его змея — Нагайна. И… Ещё один крестраж… Ты, Гарри.

Гарри поражённо уставился на меня. Его глаза были, как бы, навыкате. Новая стадия офигивания, не иначе.

— То есть… я…

— Твоя связь с Волдемортом — это связь хозяина крестража и носителя. Помнишь, ты рассказывал мне про пророчество? «Ни один из них не сможет спокойно жить, пока жив другой»… Ты заурядный волшебник… Нет, выше среднего, но Волдеморт, человек, куда более гениальней чем ты — отметил в тебе равного себе. Из-за крестража… Из-за защиты Лили и ещё ряда факторов… Теперь ты знаешь правду.