Фантастика 2026-108 - Борис Владимирович Романовский

— Простая… Она же модель. Наверняка, красавица.

— А ты самая красивая девушка Советского Союза, — сказал я, обнимая её. — у нас не только поезда самые поездатые, у нас еще и девушки самые красивые. Куда какой-то там англичанке до тебя.

Она улыбнулась, но волнение не ушло.

Перед выходом она три раза меняла серьги. Сначала надела крупные золотые, потом сняла — «слишком вызывающе». Надела маленькие жемчужные — «слишком скромно». В итоге остановилась на средних золотых каплях.

— Как думаешь, не слишком? — спросила она.

— Идеально, — ответил я честно.

Катя выбрала своё любимое платье которое появилось благодаря чемпионату мира в Мексике

Летом восемьдесят шестого, когда я вернулся с чемпионата мира, то помимо всего остального привёз Кате журнал. Vogue Patterns, купленный в Мехико в специализированном магазине. Я специально потратил время на поиски чего-то что отличалось бы от «стандартной» для интуристов Бурды, в этом западногерманском журнале всё-таки модели были для дам постарше, а Катя у меня молода и прекрасна, ни к чему её старить.

Там были выкройки от настоящих американских дизайнеров. Катя просматривала его неделю, выбирала фасон. Остановилась на платье-футляре — простой силуэт, но с изюминкой. Асимметричный вырез на одно плечо, лёгкая драпировка на талии, длина чуть ниже колена.

Нашли лучшее ателье в Москве — на Кузнецком мосту, где шили для жён номенклатуры. Ткань купили тоже там — натуральный шёлк бежевого цвета, почти цвета шампанского. Светлый, благородный, с матовым блеском. Мастерица делала три примерки, подгоняла каждый шов. Результат был безупречен — платье сидело как влитое, подчёркивало фигуру, но элегантно, без вульгарности. То что нужно для принцессы мирового футбола.

Катя надела его всего пару раз до беременности. Потом девять месяцев оно висело в шкафу. После родов она месяц приходила в форму. И вот сегодня платье снова село идеально. Может быть, талия стала на сантиметр шире, но это незаметно благодаря драпировке.

К платью — золотые серьги-капли, тонкая цепочка на шее, аккуратный макияж. Волосы уложены мягкой волной. Туфли-лодочки на невысоком каблуке — всё-таки идти нужно с коляской.

Она выглядела потрясающе.

— Ты уверен, что это платье подходит? — спросила она в пятый раз.

— Катюш, ты прекрасна. Перестань волноваться.

— Легко сказать. Ты же не знакомишься с жёнами игроков. Вам мужикам проще. Вас не облагодвают до косточек из-за деренского фасона, цыганского золота или колхозной причёски.

— Это всё не про тебя. Ты на сто, не на тысячу процентов великолепна.

— Я знаю, — улыбнулась она, — и всё равно волнуюсь.

Она была права. Для неё это был первый выход в свет в Барселоне. Первое знакомство с людьми, которые станут её кругом общения.

Сашка спал в коляске. Мы вышли из дома за двадцать минут до назначенного времени. Катя хотела прийти чуть раньше, освоиться.

— А вдруг они все будут говорить по-испански? — спросила она по дороге.

— Мишель англичанка. Она будет говорить по-английски.

— Ладно, убедил.

Катя вздохнула. Медленно толкала коляску. Вечер был тёплым, солнце садилось, окрашивая небо в оранжевый. Улица Виа Аугуста в это время суток тихая — туристы разъехались, местные сидят по домам.

У кафе нас уже ждали. Гарри и Мишель сидели за столиком на открытой террасе. Саня с Ольгой подошли одновременно с нами — мы договорились встретиться у входа.

Ольга, как всегда, выглядела ярко. Красное платье с открытыми плечами, крупные браслеты на запястьях, смех звонкий. Она была как вспышка света — заметная, громкая, притягивающая взгляды.

Но Катя затмевала всех.

Мишель Линекер оказалась высокой — сантиметров сто семьдесят пять. Светло-русые волосы до плеч, зелёные глаза, стройная спортивная фигура. Бледная кожа с лёгкими веснушками на носу. Жакет с подплечниками пастельного цвета, белая блузка, длинные серьги. Английская сдержанность во всём — в осанке, в улыбке, в жестах.

Красивая. Модель, которой она когда-то была, чувствовалась в каждом движении.

Но это не было знакомство английской леди с колхозницами. Они встретились на равных.

Катя в своём платье выглядела потрясающе. Золотые серьги отливали на солнце, тонкая цепочка подчёркивала изящную шею. Волосы идеально уложены, макияж безупречен. Она была красива той классической, аристократической красотой, которая не кричит, а завораживает. Высокие скулы, тёмные глаза, точёные черты лица. Фигура после родов ещё не полностью восстановилась, но это не портило общего впечатления — наоборот, придавало какую-то мягкость, женственность.

Я видел, как Мишель оценивающе посмотрела на Катю. Быстрый взгляд с головы до ног. Профессиональный взгляд человека, который привык оценивать внешность. И я видел, как в её глазах промелькнуло уважение.

Ольга Заварова рядом тоже выглядела отлично — красное платье, браслеты на запястьях, громкий смех. Но Катя затмевала всех.

Обе выглядели как жёны звёзд мирового футбола. Потому что так оно и было.

Мишель сразу это оценила. Я видел, как она окинула взглядом сначала Катю, потом Ольгу. И улыбнулась искренне, без снисходительности. В её улыбке не было той английской высокомерности, которой я побаивался. Просто радушие.

— Ты, наверное, Кейт, — сказала она по-английски, протягивая руку Кате.

Катя на секунду замешкалась — привыкала к тому, что её называют на английский манер. Потом улыбнулась, пожала руку:

— Да. Приятно познакомиться.

Английский у неё был базовый, но основные фразы она знала. Мы занимались дома, я помогал ей учить.

— А ты Ольга? — Мишель повернулась к Заваровой.

— Да! Очень приятно! — Ольга улыбалась во весь рот, пожала руку энергично, по-русски крепко.

Интересно, что Ольга по-английски и по-испански говорила лучше, чем сам Саня. У неё был талант к языкам. Она схватывала слова на лету, не стеснялась ошибок, говорила много и громко. Заваров это признавал с усмешкой: «Моя жена за месяц выучила больше, чем я за полгода».

Мы сели за столик. Гарри и Саня обменялись рукопожатиями, похлопали друг друга по плечу. Мужская солидарность.

Сашка продолжал спать в коляске рядом. Катя поставила коляску так, чтобы видеть сына. Периодически поглядывала — не проснулся ли.

Официант принёс меню. Мишель заказала белое вино, Катя и Ольга — сок, мы с Гарри и Саней — пиво. Ещё принесли тарелку с тапас — хамон, сыр манчего, оливки, анчоусы.

— Итак, — Мишель начала по-английски, медленно, чтобы Катя понимала. — Я очень рада познакомиться. Гарри рассказал мне о вас. Жёны советских футболистов в Барселоне — это очень интересно.

Катя кивнула, улыбнулась неуверенно. Я видел, как она