Фантастика 2026-99 - Алексей Викторович Широков

Майор двигался с грацией, неожиданной для человека его комплекции. Каждое движение было выверено, продумано и отточено, давая практически сразу понять, что в соперники мне на этот раз попался человек, на редкость умеющий отвечать за свои слова.

Противник сделал резкий шаг в сторону и, неожиданно прокрутившись на опорной ноге, изменил угол атаки, нанося с разворота мощнейший удар, от которого я не успел увернуться и вынужден был принять на меч. Звон стали ударил по ушам, клинки выбили искры, а мы с майором сошлись в ближней дистанции, уперевшись друг в друга гневными взглядами.

Шаг в сторону, разрыв дистанции, лёгкое уклонение вбок от шагнувшего навстречу противника и мгновенная контратака прямым в голову, которая в самом конце ушла мимо, и вот уже справа летит меч агента, успевшего не только чудом уклониться, но и тут же ударить в ответ.

Я едва успел пригнуться, почувствовав, как лезвие пронеслось рядом с плечом. На мгновение меня охватило удивление — несмотря на возраст, он двигался и думал быстрее, чем можно было ожидать изначально. Это заставило меня мобилизоваться и сосредоточиться ещё сильнее.

Мы кружили друг вокруг друга, словно два хищника, каждый из которых искал слабое место в защите оппонента. Майор пробовал обманные движения, и хотя большинство из них я читал с лёгкостью, несколько раз мне пришлось отступить. Его стиль боя был словно танцем, где грация сочеталась с силой, а ловкость с боевым интеллектом.

Внезапно противник сделал серию быстрых выпадов, заставив меня перейти в защиту. Металлический звон заполнил помещение, приковывая к нашей схватке взгляды всех присутствующих без исключения.

— Кажется, кто-то задышал? — бросил я, парировав очередной выпад, отмечая, что первоначальный запал, с которым агент на меня накинулся, постепенно иссякает, и бой постепенно становится более спокойным.

— За собой следи, — удерживая маску невозмутимости, промолвил противник в ответ.

Я решил изменить тактику и перешёл в наступление. Мои удары стали сильнее, акцентированнее и быстрее, я давил, не оставляя ему времени на передышку. Однако, казалось, что несмотря на появившуюся одышку, оппонент был в силах выдерживать подобный темп ещё долго. Его клинок двигался с минимальными усилиями, блокируя мои атаки и уводя их в сторону, а сам майор, на время переставший серьёзно контратаковать, будто перешёл на второе дыхание и, умело перемещаясь по залу, а также красиво срезая углы, чтобы уйти от моей очередной атаки, казалось, более не уставал.

Как выяснилось, почти на минуту уйдя в защиту, майор копил силы для коварного манёвра. И дело оказалось не в банальном желании дать мне устать и переиграть на очевидно старательно вынашиваемой серии. Противник в самый неожиданный момент внезапно попытался использовать телекинез, чтобы удержать мою руку и нанести поражающий удар.

Но в данном случае, майор однозначно себя переоценил. Да, мечником он показал себя великолепным и я бы даже сказал — весьма талантливым, но тягаться со мной даром, несмотря на то, что смог изначально успешно противостоять моей попытке его грубо прижать силой, у него не вышло.

Легко отбросив щупальца дара противника, ринувшиеся меня хоть как-то придержать, я пережил серию ударов майора и расплылся в улыбке, уставившись ему в глаза. Только что оппонент собственноручно развязал мне руки на любые ответные действия, и кажется, судя по его напрягшемуся лицу, сам это отлично понимал.

Нет, я и раньше бы не стал играть в честного рыцаря в смертельном бою и принципиально не использовать свой дар в случае намёка на поражение, но встретив достойного противника, мне захотелось проверить свои навыки, почувствовать слабые стороны и в целом объективно оценить собственный уровень владения мечом. И я всё это получил — материала для анализа поединка и своих действий набрал более чем достаточно. Но это потом, а сейчас бы надо не расслабляться и всё-таки победить.

Выдержав напор противника, я, не сбавляя темпа, тут же разразился собственной серией, теперь уже смело применяя свои способности.

Естественно, это практически сразу дало мне вполне ощутимое преимущество. Его клинок стал двигаться медленнее и с рывками, будто пытаясь вырвать оружие из чьих-то невидимых лап. Майор быстро получил ранения плеча и державшей клинок руки в области предплечья. На окрашенный в синий цвет деревянный пол спортзала упали первые капли крови.

Парировав последующую контратаку, я пригнулся и, придержав телекинезом меч врага, от всей души влепил ему навершием клинка прямо по носу, моментально его разбив и оставив кровавую сечку.

К своей чести, майор потерялся лишь на миг, но всё же выдержал удар и, быстро оправившись, вернулся в бой. Его клинок взметнулся, обрушиваясь на меня поочерёдно со всех направлений, в попытках достать шею, живот и лицо, но к этой минуте времени, я уже принял решение не играться и без зазрения совести придерживал конечности агента при каждом движении и ударе, отчего блокировать атаки не составляло и малейшего труда. Мы снова сошлись в центре зала, наши мечи звенели, искры разлетались в стороны, но уже не было той скорости и запала, что в первые минуты схватки. Лицо майора медленно искажалось в отчаянии, но сдаваться противник, несмотря на отчётливое понимание своих далеко не радужных перспектив, был отнюдь не намерен.

Его стойкость вызывала уважение. Однако я замечал, что энергия у майора истощается, и на этот раз это было уже по-настоящему. Удары агента становились менее точными, а движения — чуть более тяжёлыми.

В какой-то момент я ощутил, что бой постепенно становится изматывающим уже и для меня. Сделал резкий выпад, целясь противнику в ногу, чтобы проверить его реакцию. Майор, конечно, успел парировать, но на этот раз, ему далось это с явным трудом. Я видел, как на его лице появилась тень усталости. Однако, несмотря на это, он продолжал упорно биться.

Следующая атака оппонента стала особенно яростной. Он вложил в неё всю свою оставшуюся силу. Но я был готов. Парировав удар противника, я перехватил его запястье телекинезом и отклонил клинок в сторону. Воспользовавшись этим моментом, я вновь ударил навершием меча, на этот раз в лоб, отчего ноги майора тут же подкосились и он упал на пятую точку.

— Кажется, настало время для извинений, — бросил я, чувствуя, что противник в этом направлении даже и не думает.

— Хер тебе на воротник, понял? — выпалил он, кувырком уходя в сторону и