Фантастика 2026-146 - Николай Скиба

не особенно претендую на твое приданное, как и на доходы от галеры. Ты можешь распоряжаться этими ресурсами как считаешь правильным. Я вообще разделил свою казну на 3 части, мои личные деньги которые я использую на себя, будь то книга или вырезать игру. Доходы дома, то есть то чем будет пользоваться моя семья, и я там буду накапливать ресурсы для вторых-третий сыновей и дочерей, что бы у них были ресурсы. И деньги феода, которыми распоряжаются Палаты от моего имени. Ты можешь свободно решать, как распорядиться своими деньгами. Они твои.

Эйвор сказал это довольно просто, и не заметил, что скинул метафорический камень на голову девушки.

Хелена несколько секунд просто смотрела на него. Она была уверена, что ослышалась. Септа Мари тоже думала, что ослышалась, они даже переглянулись.

- Мои... деньги?

- Да.

- Но это же приданое.

- Верно.

- Оно же переходит в дом мужа.

- Оно переходит вместе с тобой. Я же не покупаю корабль или мешок зерна. - Эйвор сказал это таким тоном, будто объяснял очевидную вещь. — Если твой дед хочет дать тебе средства, то они должны принадлежать тебе. Иначе какой смысл называть это твоим приданым?

Хелена перевела взгляд на септу Мари. Та выглядела не менее растерянной.

- Но... муж распоряжается имуществом семьи.

- Домом — да. Семейным бюджетом — да. Казной феода — тем более. Но я не вижу причин забирать у тебя то, чем ты способна управлять самостоятельно. - Он немного подумал и добавил: — Более того, если ты захочешь вложить деньги в какое-нибудь предприятие, я могу дать тебе отчёты и расчёты доходности.

Хелена моргнула.

- Доходности?

- Конечно. - Он начал загибать пальцы. — Торговая галера. Рыболовные причалы. Склады. Возможно, строительство гостиниц возле нового порта. Можно вложиться в дороги, но окупаются они долго.

Он говорил о её приданом так, словно обсуждал очередной хозяйственный проект.

- Или можешь вообще ничего не делать. Это тоже твоё право.

Хелена молчала. За всю жизнь её учили быть хорошей дочерью. Потом — хорошей женой. Потом — хорошей матерью.

Её учили вести хозяйство, следить за слугами, принимать гостей, знать родословные домов, вышивать, читать молитвы и поддерживать честь семьи. Конечно она была дочерью торгового дома, и знала браавоский вариант валирийского языка, и имела прекрасное образование, но в целом это не стандартная программа. Она знала это потому что была Мандерли.

Но никто и никогда не говорил:

«Это твоё. Решай сама».

Она вдруг поняла, что не знает, как должен вести себя человек, которому дали право выбора. Молчание затянулось.

Эйвор слегка нахмурился.

- Я что-то сказал неправильно? – На самом деле у Эйвора был огромный пробел в Вестероского воспитания. Его мать умерла, отец не женился вновь и у него не было примера женщины в доме, не служанки, не содержанки отца, а именно что леди дома. Поэтому он мыслил современными для него вариантами. Он человек рутины, для него все определяла рутина. Если он привык к какому-то поведению, то и будет его практиковать, если не появится причины изменить его.

- Нет... - Она сама удивилась тому, насколько тихо прозвучал её голос. — Просто... у нас так не делают.

Она имела ввиду не Север, она имела ввиду Вестерос, впрочем, может в Дорне что-то такое происходит.

- Тогда можно начать делать.

Для него это действительно выглядело просто. Он сделал небольшую пометку в своём дневнике, лежавшем на столе.

- Кстати. Это прозвучало настолько буднично, что Хелена даже немного успокоилась. Ненадолго. — Я хотел спросить. Не хочешь стать главой Палаты Внешних Дел?

Она решила, что всё-таки ослышалась.

- Чего? – Все воспитание улетучилось.

- Палаты Внешних Дел.

- Я... не понимаю.

- Она пока существует только на бумаге. Нужно будет вести переписку с Белой Гаванью, Браавосом, возможно, с некоторыми купеческими домами. Следить за исполнением договоров. Принимать иностранных гостей. Со временем — искать новые рынки. Ах да, помнить всех родственников, тех кого нужно помнить. Я открою тебе тайну, у меня плохо с именами, родственными связями и прочим. Я на самом деле не помню как зовут твоего отца и мать.

Он говорил так спокойно, словно предлагал выбрать цвет занавесок.

- Но... я женщина.

- Да. Я заметил, поэтому и женюсь на тебе.

- И... я ничего такого не умею. – Это была скорее защитная реакция, чем признание собственной некомпетентности. Хелена была талантлива, просто не привыкла что это еще признают практически открыто.

- Никто не умеет. Палаты вообще появились меньше года назад. - Он снова пожал плечами. — Зато ты грамотная. Знаешь Север. Знаешь обычаи своего дома. Понимаешь, зачем нужен этот союз. Этого уже больше, чем у большинства людей. Так же я пока держал эту должность и Палату в резерве ища того кому могу доверят.

- Но... мужчины...

- Мужчины будут работать вместе с тобой. Кстати, ты их и найдешь, я выделяю деньги ты их тратишь реализовывая общую стратегию развития.

- Они меня не послушают.

- Послушают.

- Почему?

Эйвор посмотрел на неё с искренним удивлением.

- Потому что я им прикажу. Я могу быть очень убедительным, хоть у меня и нет валирийского меча, обычный вполне сойдет.

Хелена открыла рот и закрыла его.

Септа Мари тихо сделал знак Семи. А сам лорд Фрей уже листал какую-то ведомость.

- Впрочем, подумай. Если не захочешь — ничего страшного. Я найду другого человека.

Для него вопрос действительно был решён. Для Хелены же мир, в котором она прожила шестнадцать лет, только что слегка треснул. И самым странным было то, что человек, который этот мир сломал, похоже, вообще не понимал, что сделал что-то необычное.

Он действительно хотел найти жене какое-то дело которым она может жить, потому что мог это сделать в данной конкретной ситуации он имел власть, в ситуации с возведением Хелены в ранг министра он полностью понимал, что делает. Насколько это нестандартно, но все же хотел дать Хелене Мандерли способ которым она может самореализовываться.

Направить колоссальный потенциал девушки, на созидание. На совместное созидание с ним.

Эйвор молчал несколько секунд. Он видел растерянность Хелены, но понимал её совсем не так, как понял бы другой человек. Большинство мужчин решили бы, что девушка просто испугалась ответственности.

Он же видел другое.

Человека, которому всю жизнь говорили, что за него уже приняли все важные решения. Это было... не очень рационально. Он давно заметил, что