Фантастика 2026-93 - Иван Басловяк

при нем рудознатца, крещеного Иваном индейца, так же сориентировал на поиски «карманов». Вода размывает породу уже не одну сотню лет, очищая и перемещая своими струями то, что мы ищем. И осаждает это в таких местах, из которых сама уже не может вымыть. Так образуются настоящие кладовые, могущие подарить нашедшему их сказочные богатства.

– Илья Георгиевич, – обратился ко мне Шатун, когда мы, поужинав, смаковали матэ. – Ты о сокровищах, в земле этой скрытых, сам знал, или тебе Бог подсказал?

– Раньше, в прежней жизни, я, Богдан, знал, что Бразилия богата на полезные ископаемые. Где какие находятся, тоже знал. А вот чтобы я их сейчас к рукам прибрал – Он надоумил. Не для обогащения моего, а для дела, что Он же мне и поручил. Важного и чрезвычайно трудного. И вас Он мне в помощники послал. И еще много чего сделал, чтоб моя миссия была успешной.

– Если Он меня с братанами к тебе в помощники послал, так может, поделишься, Воевода, в чем помочь-то надо?

– Поделюсь, обязательно поделюсь! Вот вернемся из этого похода, сядем за стол – и расскажу, что Бог на мои и ваши плечи взвалил. Не сейчас. Сам еще не знаю, как это дело делать надо. Ведь придется сразу на чистовую ваять. Дублей и тренировочных подходов не предусмотрено.

– Ну, хотя бы в паре фраз скажи, о чем забота?

– О Руси-матушке. О том, как сделать, чтобы всякая нечисть на нее не лезла, не грабила, людей не убивала, земли русские не захватывала и не разоряла. Чтобы Русь-Россию во всем мире уважали и не старались ей нагадить, а слушали внимательно и слышали, что они говорит. Вот так как-то. В общих чертах.

Шатун глубоко вздохнул и замолчал. А я, допив матэ, пошел спать.

Утром я уже стоял на площади в деревне освобожденных от бандейрантов индейцев. Пользуясь своей десятисекундной невидимостью, вошел в общинный дом и сел на скамейку вождя. В помещении находились трое старейшин и несколько воинов в возрасте. Видимо, самые лучшие и уважаемые. Сидели на застланном циновками полу, и пили традиционный матэ. Занять скамейку вождя, единственную из мебели, никто не решился. Сидели, потягивали напиток и молчали. Похоже, о чем-то усиленно думали. Десять секунд кончились, и я произнес:

– Ну, а мне хоть кто-то поднесет чашечку?

Разорвись здесь бомба – эффект был бы меньше. Дружно охнув, индейцы, как тараканы на кухне, когда свет включат, порскнули, кто куда. Двое отважных воинов так вообще вышли через стену. Благо, была она сплетена из прутьев и глиной обмазана.

– Стоять! – рявкнул я, видя, что общаться со мной через пару секунд будет некому. – Всем вернуться и занять свои места! Быстро!

Команду они выполнили мгновенно, распластавшись у моих ног. Один из старейшин попытался что-то проблеять, но я сказал:

– Всем молчать и слушать меня! – я обвел грозным взглядом лежащих людей. – Ваши воины вместе с вождем погибли. Они не выполнили мой приказ – не надели железные шлемы. Я вооружил ваших воинов, ушедших со мной, копьями с железными наконечниками и мачете, а так же выдал всем железные шлемы, тем самым уравняв их со своими уругвайцами. Они ослушались, и чудовище убило их. Я убил чудовище и получил его силу. Но теперь я не доверяю вашей клятве. Мне нужны воины, которые выполняют мои приказы, а не игнорируют их. Я лишаю ваших мужчин статуса воинов. Вы можете вернуть его себе, если пройдете испытание и докажете, что способны выполнять мои приказы. Понятно?!

– Да Великий Посланец! – хором простонали наказанные.

– Что мы должны сделать, Великий? – один из старейшин приподнял голову, но на меня посмотреть не решился.

– Для начала пойдете в лес и принесете мне много стволов деревьев с цветной древесиной: красной, желтой, зеленой…

Озадачил я индейцев крепко. Но и облегчил их труд, подбросив десяток железных топоров. Своими каменными они много не нарубят. Напоследок запретил им входить в общественный дом, приказав восстановить разрушенную пугливыми стену. Я сюда еще не раз загляну и не хочу, чтоб индейцы в панике разбегались. Частое ощущение страха может повлиять на производительность труда и вызвать желание свалить подальше в джунгли. Отобедал, оказав провинившимся милость, и решил прогуляться по деревне. Вышел на площадь, а никого нет! Попрятались, что ли? Да нет! Вон кто-то ковыляет. Оказалось, что это один из старейшин. Упав в пыль, он доложил, что все ушли в лес за древесиной, остались только старые и малые. Похвалив за рвение, пошел к реке. Сел на бережок, уставился на воду. Можно бесконечно долго смотреть, как горит огонь, течет вода и работает человек. На огонь смотреть опасно. После его отблесков зрение восстанавливается долго. А тут враги напали. И любитель огня уже остывает. Смотреть на работающего человека – мешать ему работать. Он ощущает твой долгий взгляд, и у него начинает все из рук валиться. Смотреть же на воду – самое то! И приятно, и думается под журчанье струй продуктивно. А подумать надо над несколькими вопросами.

Первый – что делать с этими индейцами. Они видели нашу экспедицию. Они знают о моих неординарных способностях. Бандитов, что все их племя похватали, я извел. Но скоро появятся другие. Узнают, что мы куда-то в горы таскались, и полезут любопытствовать, чем это мы занимались? А следы раскопов, костров и мест разбивки лагерей не скрыть! Что в речной гальке ищут? Золото! А там и алмазики надыбают. Кто-то подставится под лазер дрона. И понесутся вести, обросшие слухами. Нищебродов набежит – мама не горюй! А на кой черт мне раньше времени надо, чтоб столько денег в Европу хлынуло? Испания первой возбудится и пришлет сюда и армию, и флот. И будет нашему Русскому Уругваю писец. Большой и Толстый Лис Заполярный. Вывод сам напрашивается: племя это отсюда надо убирать. Каким образом – надо еще подумать.

Второй вопрос – владелец плантации-фазенды, что послал за нами соглядатаев. Уж он-то по-любому будет нас на обратном пути караулить. И сделает многое, чтобы узнать цель нашего вояжа в горы. Время возвращения экспедиции он не знает. Потому, скорее всего, уже сейчас где-то в удобном месте сидит пара-тройка наблюдающих за рекой, в любой момент готовых подать сигнал хозяину о нашем появлении. Вот только непонятно мне, как он с нами справиться планирует. Количество баркасов наших ему известно, число людей на них прикинуть не составляет труда. По-любому, моих воинов больше, чем у плантатора надзирателей. Где ему бойцов взять? А если и наймет достаточно, то их ведь кормить надо,