"Фантастика 2025-2". Компиляция. Книги 1-26 - Владимир Брайт

– Ты так спокойно об этом говоришь, словно тебя… ах, ну да! – Виктория картинно всплеснула руками и легко хлопнула себя ладонью по лбу, – ты и меня можешь вот так… чувствовать?

– Да.

– Знаешь, по крайней мере, это удобно. Ведь мне не придется ничего доказывать, оправдываться и объяснять. Мне бы сейчас меньше всего этого хотелось.

Я ничего не ответил, ведь слово «удобно» было одним из последних, которые я бы додумался применить к своему дару.

Мы немного помолчали, думая каждый о своем, пока Вика не заговорила снова.

– Сереж, давай сбежим?

Она замерла, внутренне сжавшись в предчувствии отказа и долгих рассуждений о том, как нам будет лучше пополам с уговорами, но я жесточайшим образом не оправдал ее ожиданий.

– Давай.

– Но поче… – она осеклась на полуслове, не поверив тому, что только что от меня услышала. – Что ты сказал?

– Я сказал: «Давай», – пришлось мне повторить максимально невозмутимо.

– Вот так просто? – Все еще недоверчиво переспросила Вика, словно ждала какого-то подвоха. – Просто «давай» и никаких: «Рядом со мной тебе будет опасно» или чего-то в этом роде?

– А зачем усложнять? Я устал уже от того, что мне всегда приходится поступать вопреки своим желаниям. Могу я хоть раз в жизни поступить так, как мне на самом деле хочется?

Виктория ничего не сказала, а лишь порывисто обняла меня, и я понял, что в ее обществе наконец-то обрел шанс на покой.

***

Мы катались на Викином авто весь остаток вечера и всю ночь, разговаривая обо всем на свете. Бо́льшую часть наших бесед занимали именно разговоры о нас, о жизни, о прошлом и будущем. И, к сожалению, диалог не мог обойти все грустные темы, не затронув их. Наше прошлое расставание, их отношения с Дамиром, мои проблемы с законом и мою смерть, лечение и восстановление Вики после похищения, ее родителей, да и много чего другого. Но наше общение не состояло целиком из этого. Было в нем место и веселью, и искренности, и теплоте. От этих простых вещей начинала петь сама душа, и хотелось на короткий миг позабыть о том, что я жестокий некромант, имеющий за своими плечами не просто кладбище, а целый некрополь, и просто наслаждался редким моментом умиротворения и внутренней гармонии. Вот так… право на личное маленькое счастье имеет даже такое чудовище, как я.

Но это не могло длиться вечно, поэтому когда автомобиль свернул на одну из улиц, и я почувствовал, что мы движемся по направлению Зова древнего Жреца, мое настроение стремительно пошло на спад.

– Вика, есть еще кое-что, о чем я тебе не рассказал.

Девушка резко сбросила скорость и бросила на меня взволнованный взгляд.

– Меня пугает, когда ты начинаешь разговор с этих слов…

– Мне и самому не по себе от всего этого, – честно ответил я. – Понимаешь, едва меня… кхм… как только мое тело поместили в землю, со мной связалась чья-то сущность. Злая, древняя и гораздо более жестокая, чем можно себе вообразить. Я не знаю как именно ей это удалось, но в своих речах он был более чем убедителен…

Я сбивчиво, как смог, пересказал содержание нашего разговора с Древним, а Вика молча слушала, полыхая гаммой различных чувств, с трудом поддающихся описанию.

– Ты хочешь сказать, – глухо переспросила она, – что где-то есть еще один такой же Аид?

– Нет, не такой же. – Отмел я ее предположение. – Он в неисчислимое количество раз сильнее. Он беспринципный и полностью отрицающий человеческую мораль монстр. Одна только обратившаяся ко мне искра его сознания, заставляла меня трепетать и ощущать себя ничтожной пылью на фоне этого… существа. Каков же он будет, если войдет в полную силу? А самое страшное то, что он гораздо опытнее меня. Он знает о Даре Морты и способах его применения такое, что не приснится мне даже в самом страшном кошмаре. Я по сравнению с ним как третьеклассник рядом со студентом-аспирантом. Наши знания и навыки лежат в совершенно иных плоскостях.

Пока я пытался объяснить Виктории ту непостижимую разницу между мной и им, то даже не заметил, как напряжение сковало мое тело. Руки самовольно вцепились в приборную панель и сжали пальцы, заставляя пластик тихо хрустнуть.

– Сереж, извини, что спрашиваю, – осторожно начала Стрельцова, – но ты не допускаешь, что это были… ну, галлюцинации, или просто твое воображение. Все-таки нахождение в могиле ни для одной психики не может пройти бесследно. Может, ты просто выдумал себе собеседника, чтобы не сойти с ума?

– Нет, Вик, – я так активно замотал головой, что перед глазами все на секунду смазалось, – ничего подобного. Поверь, там я бы нашел с кем поговорить, возникни такая потребность. – После этих слов я почуял, как по эмоциональному фону Виктории прошлась легкая рябь потустороннего ужаса. Она так реагировала всякий раз, когда я делал упоминания о другой стороне смерти, постичь которую недоступно простым людям. Складывалось впечатление, будто девушка не до конца принимала и понимала то, о чем я говорил, хоть и честно пыталась. Всякий раз по ней проходила волна дрожи, но мне что-то подсказывало, что рано или поздно ее накроет осознание того, с кем свела ее судьба. – А еще, я чувствую его Зов. Каждый час, каждую секунду он призывает меня, потому что эта тварь жаждет вырваться на волю.

Следующие минут десять в салоне автомобиля висела оглушительная тишина, прерываемая лишь звуком работающего двигателя и шорохом покрышек по асфальту. Каждый думал о своем – я пытался понять, что мне следует делать, как поступить, а Вика хотела просто переварить все то, что я на нее вывалил.

– Я не могу уже соображать, – призналась она наконец, – у меня просто мозг буксует. Ты еще не хочешь спать, может, где-нибудь остановимся?

– Я больше не нуждаюсь в сне.

– М-м-м… везет. – То ли Вика не совсем поняла смысла сказанного, то ли действительно очень устала и попросту не восприняла мои слова. – Так куда поедем?

– Ты можешь поехать домой, – пожал я плечами, – а мне без разницы, где ждать.

– Нет! – Категорично мотнула она