Фантастика 2025-198 - Игорь Семенов

Впрочем, графиня быстро взяла себя в руки. Гордо вскинула подбородок и сложила руки на шикарной груди, которую почти не скрывала практически прозрачная ночная рубашка.

Но её покачнувшаяся грудь с небольшими ареолами сосков сейчас мало волновала меня. Мне искренне хотелось разобраться в ситуации. И если я и злился на графиню, то лишь потому, что она посчитала себя хитрее меня.

— Что молчишь? Поздно играть в несознанку. Чего ты добивалась? В первую очередь хотела тишком создать мне проблемы, а потом в открытую благородно решить их? Желала сделать меня своим должником, чтобы я испытывал чувство благодарности, а попутно использовала артефакт и прикинулась Огневой, чтобы в случае чего подозрения пали на неё? Тупой же план. На что ты рассчитывала?

— Не смей со мной так разговаривать! — жарко выдала она, столкнув брови над переносицей. — Я графиня, а не какая-то простолюдинка с базара!

— Ха, как мило, что ты вспомнила о своём происхождении. А что же ты забыла о нём, когда подло нанимала бандитов? А? Или у настоящих аристократов это в порядке вещей?

— Средства не важны, главное — добиться цели, — огрызнулась она.

— И какая у тебя цель? Сделать меня своей послушной собачонкой? И ты готова ради этого творить подобные подлости? Опуститься до вранья и подкупа? — желчно выдал я, старательно играя роль человека, разочаровавшегося в графине.

Выходило тяжеловато. Ведь сам-то я с радостью пользуюсь перечисленными мной методами, несмотря на то что некоторые недалёкие люди считают их грязными. Но я-то Локки. Мне плевать на людскую мораль!

— Не строй из себя идеалиста, — процедила графиня, воткнув в меня колючий взор голубых глаз. — Ты не лучше меня. У тебя тоже рыльце в пушку. Ты вертишь людьми, как кукловод марионетками. Тебе не обмануть меня. Может, другие и не видят твоей сути, а я её вижу.

— Купи себе очки, — усмехнулся я и со вздохом добавил: — И зачем тебе нужен такой человек в твоём гареме? Сама себе ответь на этот вопрос. Ты похожа на избалованную девчонку, никогда не слышавшую слов отказа. А как только они прозвучали от меня, ты сразу же загорелась желанием заполучить мою скромную персону.

— Всё не так просто, — серьёзно сказала она, посмотрела за окно и почти неслышно проронила, будто преодолевала внутренний барьер: — Впервые в своей жизни я что-то почувствовала к мужчине… Симпатию. А ты, идиот, будто помешался на этой дуре Огневой. Чем эта гадина лучше меня? Да у неё нет и толики моей красоты. А происхождение? Она всего лишь баронесса. Её род во много раз слабее моего. Что она тебе может дать? М-м-м⁈

Графиня хрипло задышала, требовательно посмотрев на меня. И вдруг, не дожидаясь моего ответа, она задрала ночную рубашку, попутно выпалив:

— Секс, да? Этим она очаровала тебя⁈ Говорят, она ещё та распутница… Уже давно не девственница.

Девушка сорвала рубашку, оставшись в восхитительном неглиже. Признаться, некоторые богини Асгарда могли бы позавидовать её красоте. Но я даже бровью не повёл, хотя давно не проводил операцию «буря в постели».

Нет, я с кривой усмешкой слушал, как объятая гневом графиня оскорбляла баронессу. Да ещё такие интересные словечки вворачивала! Я даже заслушался, понимая, что её не остановить. Эмоции вырывались из неё, как обжигающая лава из вулкана. Однако она всё же не орала как сирена, а шипела вполголоса.

И, возможно, через пару минут Белова бы успокоилась, ежели бы кое-что не произошло…

Внезапно с хрустом распахнулась дверь и на пол полетел вывороченный ударом ноги хлипкий замок. А в комнату рассерженным метеором влетела баронесса Огнева, яростно сверкающая глазами.

— Ого, неужели ты подслушивала? Я приятно удивлён, — покачал я головой.

Баронесса если и смутилась, то не показала этого. А может, просто не обратила внимания на мои слова. Её пропитанный ненавистью взор буквально прилип к графине, раскрывшей рот в изумлении. А по смуглым пальцам забегала магия. Казалось, что баронесса сейчас атакует Белову, наплевав на последствия.

И тут меня будто все боги и богини мудрости поцеловали в самое темечко. Я вдруг сообразил, что нужно делать!

— Дуэль! — азартно выпалил я, глядя на баронессу, гневно раздувающую крылья носа. — Огнева, ты должна вызвать Белову на дуэль. Победительница остаётся в академии, а проигравшая неудачница с позором её покидает…

— … Громов, ты не охерел⁈ — выпалила Огнева, перебив меня.

— Я согласна на дуэль! — гордо вскинула голову Белова, нисколько не смущаясь того, что на ней красуются только кружевные чёрные трусики.

Баронесса же успела в своей комнате накинуть халат.

Она пару мгновений прожигала меня злым взглядом, а потом облизала пухлые губы и бросила графине:

— Будет вам дуэль.

Она скрипнула зубами и вышла в коридор. А там уже зашелестели сонные голоса. Обитательницы этажа высыпались из своих комнат, встревоженные грохотом выломанной двери.

— Потом ещё поговорим, — бросил я Беловой и телепортировался за окно.

Ночная прохлада приятно облизала разгорячённую кожу лица, а внутренний голос недовольно сказал, что графиня как-то легко отделалась. Даже если она проиграет дуэль, то всего лишь свалит из академии. Но, с другой стороны, не убивать же мне Белову? Вот в бою я бы грохнул её и даже не поморщился, а вот как-то по-другому не хочется. Локи бы не одобрил такой поступок.

Вздохнув, я никем не замеченный вернулся в свою комнату, помылся и завалился спать.

Но сон сморил меня не сразу. Я успел вспомнить слова потомка Аида, брошенные в ответ на вопрос, кто стоит за покушениями на меня: «Я шепну её имя, когда вспорю твою глотку».

К сожалению, знание пола моего врага не сильно сузило круг подозреваемых. Однако можно сделать вывод, что эта гадина слабее меня, раз предпочитает напрямую не связываться со мной. И наверняка она держится подальше от меня, из какого-то другого мира рулит нападениями на мою персону.

— М-да, так и есть, — пробормотал я и резко вырубился, словно мне поленом по голове дали. Даже голод не стал этому помехой.

Благо за остаток ночи ничего не случилось. Я продрых, как бревно.

А уже утром в мою комнату снова заявился барон Лисов. И сразу же выпалил, радостно сверкая глазами:

— Ночью Огнева высадила дверь Беловой и чуть не сцепилась с ней! Ты что-нибудь знаешь об этом?

— А я