Спокойный Ваня 6 - Павел Кожевников

* * *

— Держи текст. — Я протянул Александру листок, по которому совсем недавно Степан зачитывал свою клятву. — Повезло тебе. Клятву дашь немного раньше, чем я рассчитывал.

— Ваше Величество, я говорил уже Эммануилу Витольдовичу, что не успею перенести в заготовку его конструкт.

— Успеет. Он всего ещё не знает, поэтому так говорит. — Мэнни кивнул на Степана. — Он под клятвой?

— Вчера дал. Ко мне в мастерскую без клятвы только зайти можно. — Оптимистично улыбнувшись, я кивнул Александру на листок. — Читай. Я тебя, конечно, не принуждаю, только ведь это было и твоим желанием.

— В тексте ничего не говорится про запрет на азартные игры. — Указал менталист на явное несоответствие его первоначальным замыслам.

— Я помню. Будет тебе запрет, но потом. Не тяни. Сам говоришь времени мало.

После принесения клятвы Александр лишь поёжился. Бурного выражения эмоций, как у других, не последовало. Я прочитал свою часть клятвы. Мысленно её завершив, и, стараясь, чтобы пауза получилась не сильно заметной, добавил:

— Если узнаю, что ты поспорил или сделал ставку. Без разницы на что. Хоть на деньги, хоть на щелбаны. Я тебя найду и убью самым жестоким образом. Ясно?

— Надеюсь, ты понимаешь, что делаешь, давая такую клятву. — Хмыкнул Мэнни. Будучи не вовлечённым в процесс и обладая огромным опытом, он прекрасно уловил, что последняя фраза к клятве не относится.

— Надеюсь, Саша тоже понимает, что я её сдержу в любом случае. — Ответил я. — Давайте приступим. Степан, давай слиток. Остыл уже поди.

Охлаждающий конструкт после повторной плавки мы положили на печку, пока Мэнни ходил за Александром.

— Можно я проверю? — Менталист указал на продолговатый брусок, положенный Степаном на стол. Я кивнул. — Хороший отклик. — После секундной паузы сказал он. — Здесь металла на три конструкта хватит.

— Накопители в него заранее нужно вставить или можно потом? — Поинтересовался я.

— Лучше заранее. Не всегда понятно, как изменится действие конструкта после грубого вмешательства в его структуру.

— Степан, подавай алмазы покрупнее из тех, что остались. — Скомандовал я.

Александр во все глаза смотрел на мои действия. Разжижение металла у него удивления не вызвало. Наверняка видел, как рабочие с камнем обращаются. Больше его поразило моё небрежное обращение с алмазами. Наверняка у себя в голове Александр прикидывал, как делает на них ставку на очередном тотализаторе.

— Проверяй. Я передал ему первую заготовку и занялся второй.

— Великолепно. Даже накопитель заряжен полностью! — Вынес он вердикт. — Я предлагаю заняться сначала первым конструктом. Если останется время, займёмся остальными.

— Разумно. — Поддержал его Мэнни. — Иван, подключайся. Нужно помочь парню.

Лекарь замер и закрыл глаза сосредотачиваясь. Александр положил одну руку ему на лоб, а во второй зажал заготовку.

— Степан, видел, как я делал? Закончи оставшиеся заготовки. — Я обошёл Александра и встал позади него. — Готов?

— Не знаю к чему, но готов. — Ответил он.

— Возможно, будет немного неприятно. — Предупредил я.

Свечение у Александра сосредоточилось в голове, что не удивительно, поэтому и руку засунул в неё же. Начал подавать потихоньку энергию. Не хватало, чтобы единственный наш разумник свалился сейчас в экстазе.

Дыхание Александра участилось и стало глубже.

— Ещё! — Произнёс на выдохе он. Я добавил энергии. — Всё! — Буквально через минуту сказал он и убрал руку с головы Мэнни. Другой рукой положил, надеюсь готовый, конструкт на стол.

Мэнни открыл глаза.

— Точно всё? Я почти ничего не почувствовал. Только в самом начале.

— Можете проверить, Эммануил Витольдович. Конструкт готов. Я бы назвал его гигантской лечилкой с автодиагностикой. Я про такие даже в книгах не читал.

— В книгах про такое не пишут. — Проворчал Мэнни недоверчиво. — Давай сюда руку. На тебе и проверим. Иван, где у тебя ножи? — Он осматривал столы в поисках чего-то острого.

— Нет у меня ножей. Ткни его ручкой в живот. — Посоветовал я.

— Не надо меня в живот тыкать! — Закрутился на месте Александр, так как мы практически обступили его с двух сторон, а сбоку у него находился стол.

— Иван, у нас проблема. Времени осталось совсем немного. Активация Машиного артефакта произойдёт раньше. — Раздался голос майора снаружи.

— Чёрт! — Ругнулся я, потом схватил Александра за палец и сломал его. — Мэнни, проверяй!

Не обращая внимания на рассерженные вопли менталиста, я выглянул из палатки.

— Сколько до открытия портала? — Сразу спросил я.

— Совсем мало. — Отодвинув майора в сторону, из-за его спины вышла Таня и обняла меня за шею. — Прости меня. Я буду бороться со своей тёмной стороной и обязательно одержу верх над ней. Ты только возвращайся. — Горячо зашептала она мне на ухо.

— Обязательно вернусь. Только помогу им и сразу вернусь. — Я полностью вышел и приобнял жену. — Я же тебя люблю. Куда я денусь.

— Иван. Времени действительно мало. — Прервал нас майор. — Считаные минуты.

— Делай что должен. — Поцеловала меня Таня и отошла в сторону.

— Идём внутрь. — Я ухватил майора за плечо. Маша сама протянула мне руку. — Что с конструктом? — Спросил у Мэнни, оказавшись внутри.

— Прекрасно работает. — Подтвердил лекарь. — Уже уходишь?

— Да. А вы все на выход из палатки.

Объяснять, что с ними будет, после того как я уйду через туман, никому не потребовалось. Маша между тем колдовала возле артефакта. Похоже, одной мысленной команды ему было недостаточно.

— Майор, держи. — Я протянул один из переговорников. — Связь со мной будет действовать и после моего перехода в другой мир. Сильно не свети этой возможностью. Я не знаю, как на неё отреагирует Аберрация, поэтому звони только в крайнем случае.

— Понял. — Кивнул майор, принимая переговорник. Он задал девочке вопрос на турецком. — Маша говорит, портал будет активен минут пять. Ты как назад? Через Приполярную?

— Скорее всего. Я позвоню перед возвращением. На крайний случай предупреди Петра Николаевича, что могу там появиться. Не хочу, чтобы за мной местные солдатики бегали. — Усмехнулся я.

За спиной раздался лёгкий хлопок. Я обернулся. Портал возник сбоку от конструкта. Разноцветные сполохи обрамляли молочно-белый туман, который не переходил невидимую грань. Казалось, что он клубится за стеклом. Зрелище было интересное,