Как по заказу 1-6 - Сергей Александрович Плотников

палка хоть какая совершенная и магическая. Просто… если сформированные убеждения и жизненные принципы позволят Маше выжить во время Испытания и дальше, то пусть заблуждается. Пока человек жив, он может осознать и как-то исправить свои ошибки, а если нет — то всё, game over. В общем, пользуясь своим положением в глазах «рыцаря», я со всей серьёзностью запретил ей умирать. Практически хрестоматийное: «если утонешь — домой можешь не возвращаться». И пусть только попробует нарушить! Ещё бы как-то объяснить, чтобы она меня «лордом» перестала звать…

— Маша, «мой лорд» — это официальное обращение, — ещё раз попытался донести до девушки свою мысль я. — Оно нужно для того, чтобы показать посторонним, какая клятва связывает тебя и меня. Посторонним, а не друг другу. Видишь здесь посторонних?

— Вижу, — сосредоточенно кивнула победительница свиней, — вот его.

Ирви уже успел где-то раздобыть здоровенный мясницкий крюк, и теперь, небрежно помахивая железкой весом в хороший такой лом, вразвалочку топал к нам по грязи.

— Поправка, — поморщился я, — посторонние должны принадлежать к социальной среде, которая позволяет расшифровать и понять передаваемый тобой культурный код…

Я осёкся и помотал головой. Опять, блин. Стоит предмету объяснения оказаться сложным для описания, и из меня начинают переть подобные словечки. Культурный код, ага.

— Короче, на территории республики или не поймут, или поймут превратно. Зови по имени, и всё — здесь так принято.

— Даже самый тёмный крестьянин из вольной деревни в глухом лесу поймёт обращения «мой лорд» от одного благородного к другому, — с отчётливым негодованием в голосе сообщила мне Маша.

Я немедленно представил себе эту сцену: глухой лес, двое невесть как оказавшихся там дворян и вольный крестьянин с луком, возвращающийся с охоты и наткнувшийся на этих типов на подходе к своему дому. Угадайте с трёх попыток, что сделает мужик, обнаруживший в непосредственной близости от семьи двух типов с оружием, по умолчанию уверенных, что им все должны, а они сами окружающим — ничего? Вот-вот. Может, даже трупы обирать не будет а прикопает прямо так. Были бла-а-а-родные, и нету. В лесу, говоря, обычное дело.

— Просто поверь мне на слово, пожалуйста, — с нажимом попросил я девушку.

— Хорошо… Арн.

Уфф. Это было не так уж тяжело.

— Неплохо, неплохо, — хозяин бойни одним бездумным, совершенно рефлекторным движением загнал крюк в тушу кабана и без усилий одной рукой воздел получившийся груз на верхнюю перекладину забора. Затем вытащил из-за пояса разделочный нож, хмыкнул, и протянул его рукоятью вперед Маше. Та без слов взяла клинок и явно привычно взялась за дело. — Вот теперь я вижу перед собой что-то, отдалённо напоминающее охотничью команду, а не, хех, бродячий цирк. Только учти, с болотным секачом фокус с ударом по сопатке не пройдет, чтобы так его достать, нужен двуручный боевой чекан и парниша вроде меня.

Тут Ирви демонстративно поиграл бицепсами.

— Спасибо за совет, — медленно ответил я, снизу вверх рассматривая внезапно расшедрившегося на действительно ценную информацию мужчину. — А…

— Я тоже когда-то начинал Охотником, — не дал мне договорить рыжий. — И пробыл им долго, двадцать лет. Под конец… хех, под конец карьеры мы ходили на таких тварей, от одного вида которых боевые химеры начинали сраться и дрожать от страха, что разумные, что нет. Так что уж поверь ушедшему на покой ловцу — хорошего зверолова-добытчика из тебя не выйдет никогда.

— Ничуть в этом не сомневался с самого начала, — подтвердил я, через Печать посылая магический импульс и одёргивая вскинувшихся от слов Ирви девчонок.

— Я вообще в первый раз тебя увидев и посмотрев на твои барахтания решил, что и Испытания тебе не пройти. Такого неприспособленного к жизни белоручку мне ещё встречать не доводилось, — доверительно признался мне бывший Охотник. — Однако… Ты сумел меня удивить. При помощи странных и откровенно идиотских действий, которыми ты меня неплохо так повеселил, у тебя буквально за несколько дней получилось вполне неплохо воссоздать и впитать ту науку, которую многие и за годы с наставниками не усваивают. По книжкам учился?

Последний вопрос был задан совсем другим тоном — резким, напористым, отчего я машинально кивнул, и только потом задумался о том, как надо было отвечать.

— Ага, так я и думал, — удовлетворённо сообщил мне рыжий. — Тебе прямая дорога в маги, парень. И я сейчас говорю не про тех, кто смог запомнить, какая часть Печати за что отвечает и набрал себе десяток подключаемых плетений.

— Это очень ценный совет, я его обязательно запомню, — внимательно глядя в глаза хозяину бойни, ответил я.

— И теперь ты гадаешь, с чего это я тебе этот совет дал, так? — иронично переспросил меня Ирви. — Тут всё просто. Как ты думаешь, кто здесь всему хозяин?

— Граждане, — вылезла всё-таки не утерпевшая столько молчать Рона. Но хотя бы она поняла, что мой собеседник под «здесь» имел в виду не только свою бойню.

— А если подумать? — не поворачивая головы, спросил у меня рыжий.

— Те, кто делают печати, — выделив голосом слово «делают», чтобы совсем уж было точно ясно, что я не имею в виду тех, кто печати ставит, негромко проговорил я.

— Бинго, — бывший охотник ухмыльнулся. — Чистые улочки, вежливые прохожие, непреложный закон — как думаешь, такое могло возникнуть само? Есть те, кто установил правила, которые им удобны. И они даже не против, чтобы новые люди со схожим складом ума и талантами пополняли их число. Но они будут очень против, если будущему магу кто-то посмеет оказать протекцию. Разумный должен везде пробиваться сам и занять в жизни то место, которое заслуживает — так они считают. А тех, кто нарушает установленные правила, они наказывают. Вот почему старик Сатара подогнал вам эти два копьеца, но этим и ограничился. А я вот подарил тебе хороший совет… Ну и, пожалуй, ножик тоже можешь не возвращать. Хороший он, не раз меня за стенами выручал. Ну и свининку приберите — негоже мясу пропадать. А я пойду, пожалуй — дел каждый день невпроворот, сам понимаешь. Некогда даже с лучшими друзьями чарку пропустить, не то что с просто знакомыми за жизнь трепаться.

— Хорошая память у мага — профессиональный инструмент, — уже в спину удаляющемуся Ирви проговорил я и увидел, как тот еле заметно наклонил голову. Отлично. Мы друг друга поняли.

— Девочки, — бодрым голосом сообщил я, рассматривая окровавленный нож в руках Маши. С виду клинок как клинок, заточен с одной стороны целиком, с другой — где-то на треть лезвия, рукоять вроде из дерева. Или это кость такая? Металл… вот в чём не разбираюсь, в том не разбираюсь. —