Гавани солнца - Марта Уэллс

их колонии, и она успела забыть, насколько Туман Индиго выглядит неорганизованно по сравнению с Опаловой Ночью. Она старалась не раздражаться по этому поводу.

– Приятное разнообразие, – усмехнулась Елея. – Так и привыкнуть недолго.

Нефрита толкнула ее, и Елея перекатилась по палубе. Лежа на спине, она взглянула на крышу каюты.

– Корень, ты голоден?

Нефрита подняла взгляд, но Корня уже и след простыл.

– Как он? – спросила она у Елеи.

Та снова села на корточки и продолжила есть.

– Не знаю, – вздохнула она.

После еды они спустились в свою каюту в трюме, чтобы отдохнуть. Нефрита уже почти пришла в себя после короткого сна, и тут стоящий в карауле воин выкрикнул:

– Малахита!

Елея все еще крепко спала, и Нефрита не стала ее будить, выбираясь из одеял. Она запрыгнула вверх по лестнице и, ухватившись за ограждение, стала наблюдать, как постепенно увеличивается маленькая точка вдали.

К тому моменту как Малахита приблизилась настолько, что можно было разглядеть детали, на палубе уже собрались Сумрак, Лоза, Высота и остальные воины Опаловой Ночи.

– Она выглядит сердитой? – шепотом спросил Огонек, воин Сумрака.

Это бессмысленное замечание, похоже, было привычной шуткой. Лоза улыбнулась, воины шевельнули шипами. Сумрак фыркнул и толкнул Огонька в плечо.

Малахита сложила крылья и приземлилась на ограждение, с раздражающей легкостью справляясь с порывами ветра и скоростью ветряного корабля.

– Ты нашла хианцев? – спросила Нефрита, пока Малахита убирала крылья.

Полное пренебрежение Малахиты раксурскими обычаями избавляло от необходимости тратить время на приветствия.

– Нет. – Она спрыгнула на палубу. Ее взгляд скользнул в сторону Сумрака и остальных – не столько приветствие, сколько проверка, все ли на месте и целы. – Но я кое-что обнаружила. Тебе надо лететь со мной.

Глава 6

Нефрита полетела за Малахитой над равниной к далеким предгорьям.

Местность была еще менее гостеприимной, и редкие каналы земных обитателей сворачивали в сторону от нужного маршрута. Нефрита была рада, что успела поесть и немного отдохнуть – когда Малахита велела следовать за ней, она имела в виду немедленно, по срочному делу.

– Я учуяла сквернов, – сказала Малахита. – Они следуют за нами на расстоянии, видимо, от самого побережья. Устроили логово в этих холмах. Как только ветряной корабль достигнет края равнины, они снова двинутся в путь.

Нефрита прищурилась, вглядываясь в даль.

– Как мы к ним приблизимся?

– Подлетим, – ответила Малахита и взмыла в воздух.

Нефрита зашипела, оглянулась на Звона, Нирана и остальных. Все ошеломленно и неуверенно смотрели на нее.

– Двигайтесь дальше. Мы вас догоним.

– Будьте осторожны! – крикнул ей вслед Ниран.

Они летели низко, приближаясь к холмам сбоку, скользили над сухим песчаным склоном.

– Они нас увидят, – предупредила Нефрита.

Малахита не ответила, и Нефрита мысленно одернула себя: видимо, в этом и цель.

Когда они достигли вершины первого холма, Нефрита мельком заметила устроенный ниже лагерь, где между наспех сооруженными укрытиями двигались темные фигуры. Зрелище было настолько странным, что она решила, будто ей померещилось.

Малахита явно не собиралась оставаться незамеченной. Она медленно сделала круг над лагерем, и Нефрита последовала за ней.

Разведчики-дакти, должно быть, заметили их, но никто не поднялся в воздух. Скверны вырыли в песке между скальными выступами неглубокие пещеры и соорудили навесы из веток. Дакти выглядывали из-за камней, а в тени пещеры виднелись три крупные бледные фигуры. Даже с этой высоты было ясно – это кетели в земном облике. Нефрита разглядела кострища и подобие отхожего места. Рядом валялись груды костей, но разбитые черепа принадлежали тем же травоедам, на которых охотились воины Опаловой Ночи.

Значит, ей не показалось. Такой лагерь устроили бы арборы. Хотя и не совсем: арборы сделали бы его незаметным с воздуха. Но ведь скверны так не поступают! Все в стае создавалось ради удобства владык и прародительницы. А укрытия и кострища явно предназначались для дакти и кетелей.

Малахита завершила неторопливый облет и, поймав поток ветра, приземлилась на плоском камне. Нефрита последовала ее примеру. Малахита сложила крылья и замерла. Нефрита сделала то же самое, гадая, не атакует ли их сейчас вся стая. Это, конечно, был бы весьма эффектный способ умереть. Вряд ли Лун, Елея и остальные оценили бы его.

– Кетели вырыли пещеры в песке. Я не знала, что скверны так делают, – наконец нарушила молчание Нефрита.

Как минимум одна большая стая использовала гигантский мешок из выделений кетелей в качестве укрытия, но, по словам Луна, даже он опирался на обломки кораблей земных существ. Обычно же скверны селились в разрушенных поселениях других видов, поедая при этом самих обитателей.

– Не делают, – отозвалась Малахита.

Нефрита стиснула зубы. Очень велико было искушение нарушить непроницаемое спокойствие Малахиты.

– Значит, это стая королевы-полукровки. Ты хочешь ее увидеть. Убедиться, что она не из потомков твоего консорта.

Королевы способны различать родство, невидимое другим раксура. Нефрита видела королеву сквернов лишь однажды, мельком и в темноте. Она не заметила сходства с Луном, его сестрой по выводку Селадонной или Сумраком, но могла что-то и упустить.

Малахита повернулась к Нефрите, и то хрупкое перемирие, что было между ними, лопнуло, как туго натянутая веревка. Теперь перед Нефритой стояла не королева раксура, а хищница, безжалостная и полная безмолвной ярости.

Нефрита не изменилась в лице, не позволила себе зашипеть или ощетинить шипы.

«Ты сама напросилась», – напомнила она себе.

Стая сквернов уничтожила восточную колонию Опаловой Ночи, перебила большую часть двора и забрала пленников для принудительного размножения. Малахита уничтожила ту стаю, чтобы спасти раксура, но не успела уберечь своего консорта. Ей удалось сохранить жизнь Сумраку, Лозе и другим полукровкам. Нефрита понимала: Малахиту преследовала мысль о том, что она могла кого-то пропустить, что птенец мог попасть в другую стаю.

Утес говорил, что для Малахиты катастрофа, случившаяся много циклов назад, будто произошла вчера – и все еще происходит, и будет происходить вечно. Нефрите следовало помнить об этом.

– Лун говорил, что королева-полукровка совсем молода, почти птенец, – осторожно сказала она. – Она не может быть потомком твоего консорта.

Малахита никак не выдала своей реакции – ни дрожью шипов, ни движением хвоста. Но вдруг жутковатая напряженность исчезла, будто в оболочку хищника снова вернулась прежняя личность.

– Лун мог ошибаться, – сказала Малахита. – У него не было возможности наблюдать взросление королев.

Нефрита удержала шипы в нейтральном положении, радуясь, что Елеи нет рядом. Та напоминала бы ей об этом разговоре до конца дней.

Из лагеря в воздух поднялись две фигуры – владыка и дакти. Нет, не владыка, мрачно подумала Нефрита, когда они начали снижаться. Королева.

Королева сквернов и дакти приземлились