Папа, кажется, я влюбился. Нет, мама, жениться мне ещё рано! - Ник Вотчер

— А мы? Сдохнуть должны?

— Мамочки! Я не хочу умирать! — Ира часто-часто заморгала, пытаясь смахнуть слёзы.

— Без боя мы не сдадимся! — попробовал приободрить нас Ворон. — Можем отступить к ТЭС и уже там…

Его прервал раздавшийся неподалёку взрыв. Снизу уже слышались голоса противника и стрельба. Отступать нам, судя по всему, было поздно, да и некуда.

Глава 7

— Анатолий Иванович, — начал координатор, скептически улыбаясь, — вы должны понимать, что пять человек не могут закрыть D-ранговый Разлом за двадцать три часа. Это противоречит всем известным нам данным, статистике и здравому смыслу. Даже хорошо подготовленная группа из двенадцати человек тратит на подобное в среднем от трёх до пяти суток.

— Я не знаю, что там у вас за статистика, — прорычал Сиволапов, сверля координатора взглядом, от которого тому захотелось провалиться сквозь землю. — Но я знаю, кто был в той группе. Я знаю, на что они способны. И я требую немедленно отправить к ним подкрепление!

— Невозможно, — холодно отрезал полковник. — У нас нет людей. Все ресурсы брошены на сдерживание прорыва в южном секторе. Ваши Игроки, — он скривился, произнося это слово, словно оно было ругательством, — должны были дождаться основных сил. Они сами пошли на этот риск.

— Риск? — Сиволапов шагнул вперёд, и воздух вокруг него, казалось, загустел. — Вы называете это риском? Они пошли туда, потому что не было времени ждать! Потому что если бы они не пошли, монстры вырвались бы наружу и устроили такое, что ваши «ресурсы» захлебнулись бы кровью! А теперь они там, неизвестно где, неизвестно в каком состоянии, а вы, — он ткнул пальцем в грудь координатора, — вынуждены «сверяться со статистикой», вместо того чтобы сделать свою работу!

— Я всё понимаю, Анатолий Иванович, — координатор отступил на шаг, выставив перед собой руки, словно защищаясь. — Но вы должны понять наше положение. Если мы отправим группу на их поиски, мы оголим другие сектора. Это может привести к катастрофическим последствиям…

— К катастрофическим последствиям, — процедил Сиволапов, и его голос стал тихим, почти шёпотом, отчего стало ещё страшнее, — уже привело то, что мы не смогли обеспечить им прикрытие. Я лично пойду туда. И если с ними что-то случилось, я не отвечаю за последствия.

— Исключено! — тоном, не терпящим возражения, произнёс координатор. — Вы глава Гильдии, а не обычный Игрок. Ваше место здесь, Вы нужны для координации действий.

— А мне плевать, — отрезал Сиволапов, уже направляясь к выходу. — Там мои люди. Я не позволю им умереть из-за какой-то бюрократической тупости. И если кто-то попытается меня остановить, я буду вынужден применить силу.

Он уже взялся за ручку двери, когда она распахнулась, едва не ударив его по носу.

В проёме стоял боец из отряда, который Сиволапов отправил на разведку чуть меньше часа назад, сразу после разговора с Ирой. Он был бледен, тяжело дышал, а его форма была покрыта слоем грязи и запёкшейся крови. Чужой, судя по отсутствию ран.

— Анатолий Иванович! — выдохнул он, хватая ртом воздух. — Мы нашли там… мы нашли одного из них!

Сиволапов замер. Вся его ярость, весь гнев, клокотавший в нём секунду назад, испарились, а на их место пришла надежда.

— Кого? — спросил он, и его голос прозвучал хрипло.

— Кира, — ответил боец. — Он жив, но серьёзно ранен. Перехватили его на пол пути. Влили зелья регенерации и лечения, но у него пулевые, поэтому отправили его к нашему Хирургу.

— Что он успел рассказать? Вы же расспросили его?

— Да, он говорит, что остальные… — он запнулся, прочистил горло, — что остальные скорее всего погибли. Он видел, как их окружили, когда он сам чудом спасся. При этом убил двоих Игроков и пятерых солдат противника, пока прорывался через оцепление и потом уходил к нам сюда.

Координатор задумчиво хмыкнул и покачал головой. Полковник нахмурился, его лицо стало ещё более суровым, хотя казалось, что больше некуда. Но Сиволапов не обратил на них внимания. Он смотрел на бойца, и в его глазах полыхало что-то тёмное и опасное.

— Где он сейчас? — спросил он мрачно.

— В лазарете должен быть. Вы же сами знаете, как быстро Хирург достаёт пули, — боец зябко передёрнул плечами, потянувшись рукой к животу, но тут же себя одёрнул. — Кир потерял много крови, но вроде держится.

Сиволапов молча кивнул и, не сказав больше ни слова, быстрым шагом направился к выходу из штаба.

Лазарет встретил его запахом дезинфекции и крови. Кир лежал на койке, весь перемотанный. Он был бледным, как мел, тяжело и прерывисто дышал, но глаза его были открыты. Парень не моргая смотрел в потолок, пока не услышал звук шагов.

— Анатолий Иванович, — прохрипел он, пытаясь приподняться на локтях. — Я…

— Лежи, — приказал Сиволапов, подходя ближе. — Рассказывай! Где остальные? Что случилось?

Кир закрыл глаза на мгновение, словно собираясь с силами. Когда он снова открыл их, в них плескались боль и… стыд.

— Мы попали в ловушку. Только вышли из Разлома с телом босса, а рядом никого. Ворон приказал спрятаться в здании. Пока решали что делать дальше, а Ира дозванивалась до Вас, Коля заметил вражеских солдат и Игроков. Они словно знали, что мы там будет. Это точно была засада! По нам тут же начали стрелять. Коля сказал, что у них Игрок-наводчик, мол видит нас сквозь стены или что-то типа того.

— Дальше! — поторопил его Сиволапов, когда Кир замолчал.

— Вместе нам было не уйти. Подходящие навыки были только у меня. Ворону, сами знаете, темнота нужна. Поэтому, Ворон, Коля, Валера и Ира… — он запнулся, и голос его дрогнул, — они остались прикрывать мой отход. Врагов было много… слишком много. Я с трудом пробился, прежде чем они меня отрезали.

— Что с остальными? Они мертвы? — хмуро спросил Сиволапов.

Кир пожал плечами и замотал головой. Его глаза наполнились слезами.

— Я не знаю! Я слышал взрывы и стрельбу. Много взрывов и стрельбы! Я не знаю, что там произошло! Меня ранили! За мной была погоня, я еле ушёл! Мне было не до разглядываний.