Фантастика 2026-12 - Виктория Юрьевна Побединская

— Никонова, посмотри на себя, — произнёс я. — Ты тут уже сколько? Двенадцать часов? Тринадцать? Лиза скоро вообще носом клевать начнёт, а у ваших помощников рабочий день ещё три часа назад закончился. Давайте домой. Выспитесь и завтра с семи утра продолжим. Чтобы через три минуты я вас всех тут больше не видел. Кого увижу — считайте, что остались без премии.

— А документы? — тут же спросил Вадим, но я лишь махнул рукой.

— Оставьте тут. Я всё равно чуть-чуть задержусь. Потом всё соберу и уберу. А теперь валите по домам, завтра продолжим.

Они устали. Я это хорошо видел. Нет у них такой привычки — пахать двойные и тройные рабочие смены на одних морально-волевых. Тем более, что сам я работать прекращать не собирался. Больше не стал ничего объяснять. Да оно и не требовалось. Вместо этого закрыл дверь и направился в сторону своего кабинета.

То, что она уже там, я понял, даже не дойдя до своей двери. Сидела в кресле, повернувшись к окну и спиной ко входу.

Подошёл. Открыл дверь и осторожно зашёл внутрь. Так, судя по запаху и стоящим на полу у стола пакетам, убивать меня пока не собирались. Пряные специи. Курица.

— Знаешь, а если так подумать, то кабинет у тебя ничего такой.

— Ничего такой? — повторил я.

— Ага, — Настя повернулась в кресле ко мне лицом. — Забыл, да?

— Забыл, — честно признался я. — Прости, Насть. У нас сейчас страшный завал на работе.

— Я так и подумала, — хмыкнула она и, чуть наклонившись, подняла с пола объёмный бумажный пакет. — Я не знала, что именно ты любишь, так что взяла всего по немногу.

Я подошёл и осторожно заглянул. Внутри лежали белые и хорошо знакомые мне пенопластовые контейнеры с едой, которые обычно давали в ресторанах на вынос.

— Что-то азиатское?

— Китайская кухня, — подтвердила Настя мою догадку. — Любишь острое?

— Обожаю, — вздохнул я, после чего пододвинул пакет и сел на край стола перед девушкой. — Насть, я не особо умею извиняться…

— Знаешь, как ни странно, я тоже, — пожала она плечами. — Ты свой телефон тоже не проверял, да?

— В смысле?

— Ну, я там тебе позвонила… несколько раз.

Забавный у неё тон, однако. Одновременно весёлый и виноватый. И эмоции под стать. Наклонившись, я потянулся к висящему на спинке кресла пиджаку и извлёк мобильник из внутреннего кармана.

— О как. Тринадцать звонков.

— Да. Признаюсь честно, я немного психанула, когда ты не пришёл.

— Тринадцать звонков, Насть.

— Ну, может быть, немного сильнее, чем стараюсь показать, — поморщилась она. — А потом подумала, что это, как бы это не сказать, не в твоём стиле.

— Что именно?

— Динамить кого-то, — пояснила она. — Так что я решила, что единственная причина, по которой ты мог забыть о том, что мы собирались встретиться в ресторане — это работа. А если уж ты забыл об этом, то, скорее всего, забыл и о еде.

— А ничего, что я мог сейчас ехать домой? — предложил я, наклонившись к ней.

— Об этом я тоже подумала. Но тогда бы ты точно увидел мои звонки, так что… вот.

С этими словами она указала на стоящий на столе пакет.

Я сейчас очень много чего хотел ей сказать, но вместо этого лишь наклонился ближе.

— Спасибо.

— Пожалуйста, — улыбнулась она, глядя мне в глаза.

Даже особо не раздумывая, я подался вперёд и поцеловал её. И Настя не стала как-то отстраняться. Наоборот. Потянулась ко мне в ответ.

— Слушай, — спустя полминуты прошептала она. — Может быть, поехали ко мне? Тебе нужно отдохнуть и…

— Не могу, — с искренним сожалением ответил я. — Завтра встречаюсь в суде с Ромой и…

— Погоди! — тут же вскинулась Настя с круглыми от удивления глазами. — Как это, с Ромой⁈

А я мысленно обругал себя последними словами. Ладно, раз уж сказал «А», то чего дальше скрывать.

— Берг нанял его своим адвокатом, — пояснил я. — И мне нужно найти способ как-то не дать ему через ходатайство утопить нас завтра.

— Так, — Настя подорвалась с кресла и тут же потянулась за своей сумочкой. — Я могу позвонить отцу и…

Перехватив её руки, я удержал Настины ладони в своих.

— Не нужно.

— Но, Саша, Рома же…

— Насть, я всё равно рано или поздно окажусь с ним по разные стороны в зале. Что толку бегать. Тем более, что мы оба знаем, что от твоего звонка никакого толку не будет.

— Да, — спустя пару секунд вздохнула она. — Не будет. Ладно. Ты тут остаёшься?

— Да. Я хочу поработать. Мне хватит часов пяти сна, и буду как огурчик…

— Значит, пошли, — безапелляционно заявила она, вставая с кресла.

— В смысле, пошли куда?

— Буду тебе помогать.

— Насть…

Она резко повернулась ко мне.

— У меня нет лицензии, да, я помню. Но я закончила универ с красным дипломом, если ты не забыл… А, да, точно. Ты же не пришёл на церемонию вручения…

— Вечно будешь мне напоминать?

— Конечно, — с ехидной улыбкой заявила она. — Пошли. Я с тобой работала. Я знаю, как ты мыслишь. В крайнем случае сыграю для тебя роль адвоката дьявола. Две головы в любом случае лучше одной, а моя более или менее свежая.

— Насть, это патентное право…

— О! Точно! Я буду твоей уткой!

— Моей чем? — не понял я.

— Ну уточкой, Саша. Метод утки.

— Какой ещё утки, Насть? Ты вообще о чём?

— Метод утёнка. Это когда не можешь решить какую-то сложную проблему, — начала объяснять она. — Но! Если будешь объяснять её кому-то, кто совсем не в теме и не понимает…

— Например, утке? — предложил я, на что она тут же кивнула.

— Именно! То есть тебе нужно всё упростить для того, чтобы утка поняла проблему и её причины. Говорят, это работает. Что в таком случае очень часто тот, кто объясняет причину проблемы, упростив её, сам находит к ней решение. Вот так вот.

Немного подумал… А, собственно, почему бы и нет? Заодно поем. Обернувшись, заметил уходящих ребят в дальнем конце коридора. Похоже, что моим словам они вняли и сейчас торопились домой на отдых.

— Ладно, пошли, утёночек ты мой, — вздохнул я, прихватив пакет с собой. — Мне сейчас проще согласиться, чем попытаться тебя выгнать.

— Вот именно. А теперь расскажи мне суть дела.

Ну я и начал рассказывать. Мы успели дойти до проблемы, в которую упёрлись из-за ходатайства Романа, как раз в тот момент, когда дошли до переговорки. Всё равно все бумаги по делу остались там на столах. Да и места больше.

— Так что, как видишь,