"Фантастика 2025-2". Компиляция. Книги 1-26 - Владимир Брайт

сгинули бесследно, не оставив о себе никаких напоминаний, помимо скупых бездушных заметок в документах. И вот теперь, в наше благословенное и спокойное время, в наш просвещенный век, Темный Жрец огромной силы приходит в мир. Как вы думаете, сколько умертвий было под его контролем?

– Не знаю, – пожал плечами Нилс, – десять тысяч? Двадцать?

– Я рад, что вы наконец определились со своей позицией и признали мистическую природу московских событий, – широко улыбнулся Брат Валентин.

Хозяин кабинета лишь досадливо поморщился, скрипнув зубами. Так глупо попасться… молодой священник оказался куда более искушенным в плетении словес, нежели можно было о нем подумать. Он легко запудрил Нилсу мозги своими россказнями о далеком и таинственном прошлом, да так ловко, что взрослый мужчина слушал его, разинув рот, словно деревенский мальчишка, ни разу не видевший телевизора.

– Так вот, эта тварь обладает поистине выдающимися способностями. Ватикан провел тщательное расследование и пришел к выводу, что этот Жрец подчинил себе разумы нескольких сотен тысяч мертвых. Вдумайтесь, мистер Нилс, сотни тысяч!

– Это… целая армия! Как Москва смогла их остановить? – После своей оговорки возвращаться на старые рельсы и изображать из себя скептика было бы совсем глупо. Так что, раз уж повелся на уловку священника, теперь придется быть с ним откровенным и дальше. – Насколько мы смогли понять из видеоматериалов, этим умертвиям пули не особо вредят, почему же Жрец не захватил власть с такой ордой?

– Все проще, чем кажется. У него элементарно не было такой цели. Это проклятие оно… разлагает человеческий разум. Носители скверны со временем перестают мыслить разумно, и тогда постичь ход их мыслей становиться почти невозможно. Им становится чужда логика, они перестают ориентироваться на целесообразность или пользу, для них перестают существовать любые условности и мораль.

– Поразительно…

– И не говорите, мистер Нилс. Только представьте, какой переполох могут поднять такие преданные и почти бессмертные солдаты, против которых привычные методы борьбы оказываются бессильны.

– Именно это мы и представили, Брат Валентин. Потому и была избрана такая точка зрения, чтобы не поднимать панику среди населения. Нам в стране не нужна зомби-истерия.

– Понимаю вас, понимаю, – священник участливо покивал головой, выражая всем своим видом крайнюю степень озабоченности. – Но, однако же, вспомните, о чем предупреждает христианство? Оживут мертвецы твои, восстанут мертвые тела! Воспряните и торжествуйте, поверженные в прахе: ибо роса твоя - роса растений, и земля извергнет мертвецов.

– Я не совсем понимаю, как это может помочь унять всеобщую панику, если она случится.

– Все просто, мистер Нилс. Попробуйте вспомнить, сколько в вашей стране католиков?

– М-м-м… если честно, я далек от этой статистики. Меня по долгу службы больше расовое соотношение населения интересует.

– Хорошо, я скажу вам. Шестьдесят миллионов католиков.

– Это всего чуть более двадцати процентов населения…

– И двести пятьдесят миллионов христиан остальных конфессий, а это уже, грубо говоря, восемьдесят процентов. – Нилс примолк, чертя в уме диаграммы и ожидая, к какому выводу подведет его посланник Святого Престола. – Христианство, как вы знаете, учит смирению. И неважно, что это все люди разных ветвей нашей веры. Христианский бог все равно един. Значение имеет только то, кто сможет собрать всех прихожан под одними знаменами, и выступить единым фронтом против общего врага.

– Вы хотите объединить все христианские конфессии в одну? – Удивился Нилс такому неприкрытому признанию.

– Не буду скрывать, Ватикан подобное развитие событий допускает. Но вам не о чем беспокоиться! Церковь уже достаточно древняя организация, чтобы знать свое место. Мы не смеем посягать на светский уклад, и нас не привлекает мирская власть.

– И все же, это весьма рискованная затея. Мало кому захочется иметь вместо населения неуправляемую армию фанатиков.

– Вы слишком сильно преувеличиваете, мистер Нилс! Однако же, вы упускаете из виду тот факт, что вам не удастся спокойно отсидеться, если весь мир превратиться в поле боя между живыми и мертвыми. Вам придется вступить в эту войну, только вы не будете к ней готовы, потому что вам неизвестно оружие против умертвий.

– Русские, насколько мне сообщили, широко применяли распятия, окуривания и святую воду.

– И что, сильно им это помогло? – Иронично осведомился священник. – Ядерный удар по столице, вот как они пытались спастись. Тварь просто играла с ними, дурачила и водила за нос. А результатом этих заблуждений оказалось попадание русских в настолько отчаянное положение, что им пришлось уронить себе на головы атомную бомбу, лишь бы одолеть противника. Уверен, вы не желаете повторить их ошибок.

– То есть вы хотите сказать, что вам известно, как совладать с восставшими мертвецами? Почему же вы тогда не поделились этим знанием с Россией?

– А зачем? – Брат Валентин округлил глаза, демонстрируя недоумение. – Отношения между разными христианскими конфессиями вещь очень сложная и многогранная, мистер Нилс. Нам не было смысла помогать русским кафолистам, потому что мы не желали вступать в эту борьбу вторыми. У нас, как вы понимаете, тоже есть большая политика, и отдавать столь огромное преимущество сопернику – увольте. Мы предоставили им возможность попытаться самим решить возникшую проблему с умертвиями, но они с треском провалились. Теперь же, пока тварь взяла небольшую передышку, уже мы начали подготовку. К тому моменту, когда она обретет былую силу, мы тоже будем готовы ударить в ответ.

– Что ж… такие мотивы мне более понятны и близки. – Мужчина встал из-за стола и подошел к окну. – И я так понимаю, что об оружии против мертвых вы расскажете только тогда, когда мы удовлетворим вашу просьбу?

– Огонь.

– Что, простите? – Нилс не совсем понял, к чему это было сказано.

– Огонь, – повторил священник, – это и есть то, чем можно бороться против умертвий.

Глядя на вытянувшееся лицо хозяина кабинета, Брат Валентин не сдержал откровенной, но доброй улыбки.

– Неужели вы думали, мистер Нилс, что Ватикан станет шантажировать вас, добропорядочных католиков, этим знанием? Вовсе нет, мы стремимся показать, что готовы к всестороннему сотрудничеству.

– Кхм… – мужчина проглотил готовые сорваться с языка слова, что у священнослужителя это вполне получилось… – огонь, кто бы мог подумать…

– Знаете, я бы хотел рассказать еще кое-что, о чем не принято распространяться на широкую публику. Скажите, вы знакомы с историей Второй мировой войны?

– Вполне. Пусть и многих деталей я не знаю, но