Фантастика 2026-92 - Роман Валерьевич Злотников

Аракчеев добрался до Петербурга в ноябре одна тысяча восемьсот тридцать шестого года, затратив на путешествие чуть больше девяти месяцев. И это было почти в три раза быстрее, нежели его путешествие тем караваном, который доставил в Калифорнию ссыльных декабристов. Тогда до места пришлось плыть более двух лет… Ну да в тот раз кораблям пришлось спускаться на юг, дабы обогнуть Южноамериканский континент. Этот беспримерный переход стоил им нескольких сотен погибших – смытых с палуб в шторма, заболевших и умерших от болезней, убитых в поножовщинах в чужих портах, – и одного потерянного фрегата. Но дошли… Конечно, ни о какой активной колонизации при столь долгом маршруте и речи идти не могло, поэтому Аракчеевым был разработан и проложен другой, более короткий, – людей на кораблях довозили до колумбийского порта Колон, расположенного на Атлантическом побережье, где они около недели отходили от долгого плаванья в казармах, построенных на территории купленного русским посланником поместья. После чего по дороге… или, скорее, тропе, проложенной через джунгли, в сопровождении охраны и проводников они за неделю доходили пешком до порта Панама, расположенного уже на Тихоокеанском побережье, где в ещё одном поместье ожидали прибытия корабля, который затем доставлял их уже до Калифорнии.

Этот маршрут был не то чтобы таким уж удобным и лёгким, но вот даже шестидесятишестилетний Аракчеев сумел его преодолеть. Правда, он, скорее всего, от Панамы до Колона ехал на лошади – они по проложенной тропе проходили вполне спокойно, а не шёл пешком… но всё же. А вообще, судя по только что озвученному докладу Алексея Андреевича, за последние пять лет этим маршрутом прошло более двадцати тысяч человек. Как обычных русских переселенцев, причём как добровольных, так и купленных по специальному разрешению, выданному императором Русско-американской компании крепостных[68]… так и всяких там ссыльных типа поляков и иных каторжников. Всего же в настоящий момент в Калифорнии под рукой русского императора проживало более ста пятидесяти тысяч человек, бóльшую часть из которых, естественно, составляли местные аборигены. Но существенная часть из них – не менее сорока тысяч – были воцерковлены и вполне прилично владели русским языком… Хотя, естественно, процесс ассимиляции был ещё в самом начале. Да и трудностей также пока было предостаточно. Однако, судя по докладу Аракчеева, колония жила и развивалась. И не только…

– А эти триста тысяч входят в те две тысячи пудов, о которых вы мне доложили?

– Никак нет, Ваше Величество. Две тысячи пудов – это золото в слитках, которые мы доставили в Санкт-Петербург. То есть та часть, что мы потратили, никак в это число не входит. – Он сделал короткую пазу и пояснил: – Мы вообще старались тратить весьма осторожно. И как можно дальше от Европы. Гинеями мы в основном расплачивались в государствах Тихоокеанского побережья Южной Америки. Там о европейских делах имеют весьма смутное представление, но о военных гинеях слышали. Так что пока нас никто не раскрыл. И, надеюсь, так и будет. Потому что их чеканку мы прекратили уже четыре года как. Необходимости более нет – справляемся. А тридцать тысяч – это остатки того, что начеканили. Но особенной опасности в их содержании нет. Наши гинеи там у многих в кубышках. Как у частных лиц, так и у местных казначейств. Так что всё в местных традициях. Ну а в Мексике и в Североамериканских штатах мы предпочитали тратить заработанные и наменянные серебряные песо. Во избежание, так сказать…

– Хм, это разумно, – кивнул Николай и покосился на сидевшего с краю Даниила. Тот молчал, слегка ошеломлённый тем объёмом работы, который сумел проделать этот сидевший перед ними старик.

Когда бывший майор высказал идею попытаться ухватить какую-то часть калифорнийского и, возможно, аляскинского золота, он прекрасно представлял все трудности, с которыми им придётся столкнуться. Так что по большому счёту, его идея была этаким аналогом «набега кочевников» – то есть создать некую более-менее значимую точку опоры, так сказать «полевой лагерь», развернуть добычу, успеть добыть (а при удаче ещё и выкупить у набежавших на слухи о золоте частных добытчиков) некоторое количество золота, после чего тихо слиться. Ну не хватало ему фантазии представить, как Россия может удержать Калифорнию в своём составе. Особенно учитывая, что как только об открытии месторождения золота станет известно, туда мгновенно хлынут сотни тысяч авантюристов, которым золото напрочь застит глаза… Но даже это должно было принести прибыль! Судя по тому, что Данька когда-то читал, за первые десять лет добычи что в Калифорнии, что на Аляске было добыто приблизительно по тысяче тонн золота, которое было влито в основном в экономику США. И если им удалось бы «отщипнуть» от этого объёма хотя бы один процент – все их усилия можно считать полностью окупившимися. Вливание такого объёма золота в экономику империи должно было дать ей мощный благотворный пинок и хотя бы лет на пять если не снять, то сильно уменьшить вечный недостаток денег в государственной казне… Потому что на территории Российской империи в настоящий момент общий объём добычи золота вряд ли составлял более нескольких тонн в год. Сколько точно, Данька не знал. И это ещё в лучшем случае. В худшем он вполне мог недотягивать даже до тонны…

Но, судя по докладу генерал-губернатора Калифорнии и Аляски, созданный им «полевой лагерь» в настоящий момент имел все признаки крепкой российской окраинной губернии – форты, вооружённые орудиями, снятыми со старых линкоров, использовавшихся как транспорты для перевозки декабристов, порты, прикрытые береговыми батареями, гарнизон из почти семи тысяч штыков и сабель… бóльшую часть которых, впрочем, составляли «калифорнийские казаки», но и несколько батальонов линейной пехоты из числа бывших каторжников, заслуживших частичное прощение, тоже имелось – два крепких городка, деревни, кузни, верфь, железоделательный, медеплавильный и даже пороховой заводики, небольшая, но крепкая эскадра из трёх фрегатов и парочки шлюпов, построенных уже на месте, церкви, школы, бани… Да, блин, во многих коренных русских губерниях всё было обустроено куда хуже, нежели в краю, расположенном на другом конце света! Впрочем, и такого кадрового резерва как несколько сотен высокообразованных декабристов и несколько тысяч бывших солдат гвардейских полков, у них тоже не было. Плюс золото, позволявшее не слишком оглядываться на бюджеты. И великолепный администратор во главе.

Нет, понятно, что всё это лишь по докладам… но Аракчеев всегда был известен своей крайней щепетильностью. Он никогда не врал и не выгораживал себя. И пока не было никаких признаков того, что он отчего-то в последнее время радикально изменился… Плюс веским, хоть и косвенным