Фантастика 2026-12 - Виктория Юрьевна Побединская

Ненавижу патентное право. Вот прямо лютой ненавистью. Мне нравится хитрить в зале суда. Заводить противника в тупик. Играть на косвенности его заявлений и оборачивать их против него самого. Нравится закрывать дела сделкой ещё до того, как они попадут в зал суда.

Чёртов патентное право…

— Знаешь, Лев, — проговорил я, глядя в потолок своего кабинета. — Мне с одной стороны хочется сказать спасибо ребятам из твоей бывшей фирмы, а с другой удавить собственными руками в зародыше каждого из них.

— В смысле? — не понял Калинский.

— Спасибо за то, что их тупоголовость и невнимательность позволили нам влезть в это дело, а, затем, за эту же самые тупоголовость и невнимательность прибить к стене, в качестве назидательного примера.

— Тогда это дело не оказалось бы у тебя, — пожал он плечами.

Мы сидели в моём в кабинете. Прошло уже больше часа с момента, как я вернулся обратно в наш офис. Совещание с Алисой, Вадимом и остальными прошло, как нельзя лучше. Ну, хотя бы потому, что тем для обсуждения особо не имелось. Да, мы добились того, что ходатайство Романа не закопало нас, и смогли вывести его в сторону, которую нужно нам. Не победа, скорее временная боевая ничья.

— Да, не оказалось бы, — вздохнул я и вспомнил один наш разговор со Львом неделю назад.

— Кстати, ты всё ещё не рассказал мне.

— О чём?

— Откуда ты узнал, что у моей фирмы проблемы.

Калинский, сидящий в кресле напротив стола, посмотрел на меня и равнодушно пожал плечами.

— Несложно было догадаться.

— И всё-таки, Лев…

— Если у фирмы всё хорошо, то и проблем с персоналом у неё не будет. Мне напомнить тебе, что у тебя даже секретаря на проходной не было, когда я пришёл?

Ну, тут-то он частично прав, конечно. Но всё равно имелось одно «но».

— Да и вообще, мне кажется, что ты прав, — сменил тему Лев. — Тебе действительно нужно благодарить моих бывших коллег за их ошибку. Они ведь практически подарили тебе это дело…

— Нет, Лев. Не подарили. Это ты мне его принёс, — поправил я его. — Припёрся сюда с бумагами и протянутой рукой…

— Ничего я не протягивал, — тут же вскинулся он.

— Лев, ну хоть мне-то не заливай, да. Я же тебя видел. Тебе нужна была эта работа. Давай по-честному, хорошо? Ты бы сдох без этого второго шанса.

И я знаю, что прав. Калинский, несмотря на то, что был говнюком, всё ещё являлся хорошим юристом. Сейчас бы сказать, что в прошлой жизни я был точно таким же, но… Нет, не был. Но я был очень близок к этому. Очень. Может быть, мне просто повезло, что я не попал на практику в известную и крутую фирму во время учёбы. Не так быстро поднялся. Не так скоро смог получить в свои руки деньги, которые вскружили бы мне голову. Был ли я богат? Ну, я определённо не бедствовал, раз смог купить себе свой любимый «Астон» и квартиру в центре Москвы с видом на центр города. Но всё это пришло ко мне уже сильно после тридцати. Даже ближе к сорока. И в то время я очень хорошо знал цену, знал её деньгам и самому себе.

Лев же… Он всё это получил ещё учась в универе. И нет. Это нисколько его не оправдывало. Поступил ли он как форменный идиот, предложив ту сделку Роману? Да. Поступил ли он как кусок форменного дерьма в своих «отношениях» с Настей? Да.

У всех у нас в прошлом полным-полно дерьмовых моментов в жизни. Эри. Ольга. Руслан со своим прошлым. Настя и наша первая встреча. Яна Новикова. Громов. Целая куча людей, с которыми меня свела жизнь за последние два года, искали свой второй шанс. Если так подумать, то жизнь постоянно сводила меня с теми, кто в этом самом втором шансе нуждался так же сильно, как в воздухе для дыхания.

Да и меня самого эта жизнь не оставила без второго шанса.

— И она всё ещё тебе нужна, — после недолгих раздумий сказал я.

Взгляд Калинского тут же стал очень подозрительным.

— Это ты сейчас к чему?

— К тому, что я не собираюсь тебя увольнять.

При этих словах его лицо скривилось, а в голосе появилась хорошо заметная издёвка.

— О, спасибо большое вам за ваше благородство, ваше сиятельство…

— И после того, как мы закроем дело Белова и более или менее крепко встанем на ноги, будешь вести дела наравне с Алисой и Вадимом.

— О, какая щедрость… погоди, что?

В эту секунду у него было такое лицо, словно я только что ему сообщил, что он самый лучший юрист на планете. А поскольку мы оба с ним знали, что это не так, то выглядел он чрезвычайно подозрительно.

— Ты глухой? — поинтересовался я. — Или мне повторить?

— Не, я тебя прекрасно услышал, — торопливо сказал Лев. — А потому не могу не спросить, с чего вдруг такая доброта? Куда делись все те разговоры о том, что у меня чёрная метка на руке и бла-бла-бла…

— Лев, ты не забывайся. У бескрайнего океана моего терпения есть свои пределы.

— Я просто удивлён, почему вдруг такое изменение, — уменьшив количество иронии в голосе, сказал он, глядя на меня.

— С того, что жизнь мне постоянно подбрасывает людей, которым нужен второй шанс, — просто ответил я. — Ты, Лев, говнюк, и вряд ли мы с тобой когда-нибудь подружимся. Но я привык разделять круг общения с людьми на дружеский и профессиональный.

Он молча прищурился.

— То есть, ты хочешь сказать…

— Я хочу сказать, что это твой шанс, — ответил я, вставая с кресла. — Не уверен в том, заслужил ли ты его, но он у тебя есть. Будешь работать и продолжишь, если мы выкарабкаемся и встанем на ноги. И относиться я к тебе буду точно так же, как и ко всем остальным. Но!

Я поднял руку и пригрозил ему указательным пальцем.

— Если ты когда-нибудь предашь меня, Лев. Предашь то доверие, которое я сейчас тебе оказал, знай, что больше никаких попыток у тебя не будет. Мы друг друга поняли?

Калинский молча кивнул. Но слова тут и не требовались. Я по его эмоциям ощущал, что он и без того всё прекрасно понял. Но… странно. Было что-то в самой глубине его эмоций, что он сейчас старался засунуть как можно глубже. Что-то такое, что он