Фантастика 2026-169 - Алексей Аржанов

решил идти до индейцев, снова повязав себе занавеску с другого окна на поясе, хорошо хоть патроны оставил в приметном месте возле крупного камня у шоссе, иначе не забрал бы их до победы над драконидой. Теперь Димка не был так уверен в своей победе. Вернее, в скорой победе.

Но по мере приближения к офису племенной полиции, его уверенность пропала и он все же, не решился туда зайти в таком виде. Предпочел прошерстить еще пару домов в поисках одежды и обуви, набрал целую сумку шмоток и запасную пару обуви, еще нашел довольно приличное мачете и снова отправился к водохранилищу на бой с чудищем поганым. Благо от трейлера до берега было не более километра и примерно столько же от водонапорной станции до ближайшей улицы.

Теперь он оставил сумку с запасной одеждой на полпути к берегу и снова попытал счастья в бою. На этот раз, он казалось, превзошел самого себя, прыгая, кувыркаясь на каменистом берегу, он всячески уворачивался от острых и твердых когтей демона, пару раз рубанул ее острым мачете. Но даже, перерубить толстую шею монстра этим оружием не представлялось возможности, по крайней мере перерубить с одного удара. А второго шанса она Димке не давала, мощный удар хвостом и парень с кровавой пеной у рта, задыхаясь полетел на каменистую землю, и тут же снова бронзовые когти пронзили его тело и с хрустом разорвали грудь, легкие, выворачивая и ломая ребра словно спички.

Темнота.

-Да когда же это кончится!

Снова трейлер и снова голый он идет к схрону с вещами. Казалось, умирать испытывая боль в конце схватки для него входит в привычку. Теперь не радовали даже повышающиеся статы вторичных навыков регенерации и иже с ней. Димка реально злился, психовал, но победить эту глыбу смертельной мощи в открытом бою, не имел возможности. Он умер еще три раза, пока понял это наверняка. В последней схватке, ему удалось вогнать один из ножей ей в ребра, а подобранным, там же лежащим мачете, почти отрубить кисть одной руки, когда она своими зубами ухватила его за шею и последнее, что он помнил – боль и неприятный хруст перекусываемых позвонков.

Так кончился его второй день на этом участке альтернативной недореальности, как назвал его парень. К вечеру, он все же решил отнести патроны Дане и повиниться, что пока не может и главное, не представляет, как ему победить чертову дракониду. Дана встретила его возле порога, а когда Клэй снова что-то пытался съязвить по поводу его неудачи, прикрикнула на него и провела парня в свою комнату.

-Джимми, я все видела! –воскликнула она, -Ты умирал раз за разом, но все равно шел снова на смерть! И это все из-за нас? Ты готов терпеть боль и страдание, вновь и вновь проходить через смерть, чтобы помочь нам.

Оказалось, дочь вождя залезла на крышу и с помощью бинокля следила за Димкиными потугами, хорошо хоть не стала никому рассказывать о том, что ее возлюбленный не совсем человек, так как раз за разом умирает, а после снова приходит к водохранилищу и бьется с монстром.

-Да я старался, но вот пока… -стал оправдываться Димка, но женщина остановила его слова поцелуем, а потом внезапно разрыдалась и Димка вспомнил, что она сегодня похоронила отца.

-Майк говорит, что я должна принять ответственность за людей, стать главной, чтобы не дать власти Клэю, а я боюсь этого, Джимми! Я не такая сильная, чтобы умирать раз за разом и вновь идти на бой. Просто не смогу, даже если эта система даст мне новую жизнь. Отец был сильным, Майк тоже сильный, да и Клэй, он сильнее меня, я не подаю вида как мне страшно, но внутри я трясусь, словно лист осины. Что мне делать, Джимми? Ты поможешь мне, научишь как быть сильной и мудрой?

-Научу, Дана, научу, -стал он гладить красавицу индианку по черным волосам, а потом они снова слились в поцелуе и Димка пришел в себя только под утро, лежа голым возле обнаженной женщины.

«А ведь она, по настоящему красива!» -снова восхитился Димка разглядывая голое тело своей любовницы.

Красивая, натуральная грудь, с темными сосками, спортивная фигура, плоский животик и идеальной формы подкаченная попка. Ни грамма фальши, никакой пластики. Он вновь возбудился и стал ласкать ее немаленькую грудь, а она еще в полусне улыбалась и отвечала на его поцелуи.

Утром, выпив кофе и съев большой гамбургер, он почти наверняка знал, как ему действовать. Он попрощался с Данной, отдал ей патроны к Кольту, а сам пошел в среднюю школу городка, где как подсказал ему Майк, были мастерские. Там, он сгрузил в большую сумку плотницкий инструмент, набрал десятка четыре больших гвоздей и полдюжины скоб, еще все перерыл, но отыскал несколько мотков проволоки и метров тридцать, не толстого металлического троса. А потом, еще часа три отпиливал почти метровые брусочки и заострял их с помощью топора.

Шел к побережью окружным путем, через старую деревню. Не знал конечно, наверняка, сработает его план или нет, но это был шанс. Так сказать, лучик света, в беспросветном царстве его смертей. Облюбовав крайний дом, перетащил туда заготовленные заостренные колышки и стал тягать внутрь бревнышки, которые тоже заранее распилил и разрубил на двух метровые обрубки. Периодически выглядывал из дверей дома и поглядывал на воду, но драконида не реагировала на него, видно дом стоял на достаточном удалении от воды.

Провозился до самого вечера, еще пару раз возвращаясь то к школе, то к домам. Искал еще скобы, ролики подъемника и сам подъемник. Несколько раз мелькала мысль привлечь к его затее Майка, но сдержался, рассудив, что с его силой, он все сможет перетащить и поднять сам. Наконец, задуманная им конструкция была готова, осталось ее поднять под потолок и закрепить с помощью тросов. Но это он оставил на утро, а сам вновь вернулся к молодой женщине индианке. Запоздало поинтересовался, дошла ли до офиса парочка любовников. Оказалось, все в порядке, и Билл, и Келли – как звали его секретаршу, были уже тут сутки.

Димка, снова провел ночь любви и уснул только под утро, но вообще не жалел ни о чем, а наоборот был полон энергии и надежд, все же поквитаться с чертовой драконидой. Полубог она или полудемон, но он должен ее победить. Ради Даны, ради этих людей, ради своих друзей, скорее всего считающих его мертвым, да ради себя в первую очередь.

Из двухметровых толстых черенков-древков