"Фантастика 2026-86". Компиляция. Книги 1-24 - Женя Юркина

— Работа такая, — сказал он. — Опасная. Идёмте, ваше благородие. Чудища могут в любой момент вернуться, так-то.

К месту, где меня дожидались телохранители, мы добирались почти сорок минут. Даже немного дольше.

Увидев егерей, Протасов бросил на меня вопросительный взгляд. Мол, всё в порядке?

— Господа охотники трудятся по контракту с моим соседом, — сказал я дружиннику. — Они встретили меня в лесу и любезно решили проводить.

— Вы видели Исчадие? — спросил Протасов.

— И не одно, — ответил я.

— Теперь это наша забота, — сказал командир Лобановских егерей. — Мы их найдём. Всего доброго, ваше благородие.

Охотники направились обратно в лес. Видимо, их машины находились где-то с другой стороны чащи.

— Возвращаемся в поместье Лобановых, — сказал я Протасову.

Мы поспешили в сторону дороги, где остались наши броневики.

Глава 9

Спустя полчаса я подкатил к дому моего соседа. Слуга проводил меня к Татьяне. Она сидела в гостиной возле окна и рисовала. Когда я вошёл, подняла глаза и отложила кисточку.

— Родион, как хорошо, что вы вернулись! Я чувствую себя… потерянной. Как прошла ваша поездка? Нашли Исчадие?

Я решил не вдаваться в подробности.

— Татьяна, вам не о чем беспокоиться. Чудовище обнаружено, и ваши егеря обещали его изловить и уничтожить.

Девушка вздохнула с облегчением.

— Ну, слава Богу! Вы его видели? Не пострадали?

— Нет, благодарю. Как ваш брат?

— Над ним поработал гарнизонный целитель, так что, наверное, обойдётся. Но я всё равно места себе не нахожу. Вот пыталась отвлечься, — она показала на мольберт. — Но, кажется, безуспешно.

— Как по мне, получилось весьма недурно, — сказал я, взглянув на едва начатый набросок волка, выполненный акварелью.

— Ерунда! — Татьяна вдруг сорвала лист бумаги, разорвала пополам, скомкала останки и швырнула в угол. — Петя всё, что у меня есть! Если он умрёт, я останусь совсем одна! А я не хочу! Понимаете?

— Очень хорошо. Но вы сами сказали, что ему ничего не грозит. Заражения Гнилью ведь не произошло?

Девушка отрицательно покачала головой.

— Слава Богу, нет! Тварь только пустила ему кровь. Во всяком случае, целитель так сказал. Но, может, вы сами взглянете? Говорят, у вас есть… особый дар.

— Да откуда? Всё это слухи. Но, конечно, посмотрю, если вы просите.

— Очень прошу!

— Тогда идёмте.

Мне и самому хотелось убедиться, что мой сосед не станет Исчадием. А в том, что местные целители не всегда видят опасность, я уже имел возможность убедиться.

Татьяна привела меня в спальню, где лежал на кровати Пётр Лобанов. В комнате царил сумрак: свет струился только из-под оранжевого абажура.

Я сразу понял, что пациент не просто спит, а без сознания. На его теле белели перевязки.

— Ну, что? — нетерпеливо спросила Татьяна, остановившись в ногах брата.

Никакого излучения Гнили я не ощущал. Но стоило покопаться — для верности.

Подойдя к Лобанову, я положил руку ему на грудь. Она двигалась едва заметно — в такт дыханию.

— Дайте мне минутку, — сказал я тихо.

Проверка заняла чуть больше — мне хотелось быть тщательным — но по итогу никаких следов Гнили я не обнаружил. Мой сосед потерял много крови, однако целитель славно над ним поработал. Энергетическая система была в порядке, силовые потоки концентрировались там, где нужно, и регенерация тканей шла полным ходом.

— Думаю, ничего страшного не случится, — сказал я, убирая руку. — На мой взгляд, ваш брат скоро будет совершенно здоров.

Девушка вздохнула с облегчением. Подошла, взяла меня за руку и пожала.

— Спасибо! Не знаю, почему, но вам я верю, Родион. Теперь буду спокойна.

В её глазах мелькнуло нечто, вызвавшее во мне беспокойство. Как будто Лобанова прикидывала, не поцеловать ли меня.

Нет, она мне нравилась. Может, даже однажды я сделаю ей предложение. Нужно ведь продолжать род и всё такое. И кандидатка она вполне подходящая. Но хотелось иметь возможность для маневра, так сказать. Поцеловаться же с ней сейчас означало бы перейти на новый уровень отношений. Не совсем соседских. А мне пока это не нужно. Не время ещё. Для начала надо укрепиться здесь, на Фронтире. Надёжно.

— Мне нужно ехать, — ответил я, выпустив пальцы собеседницы. — Буду осведомляться о здоровье вашего брата. Держите меня в курсе.

— Да… конечно, — кажется, девушка была слегка разочарована. — Давайте я вас провожу.

Спустя несколько минут я уже ехал в Львовку, увозя иконы.

Можно было обдумать последние новости. Нет, не то, что Татьяна прониклась ко мне нежными чувствами — её симпатия была очевидна и раньше. Сейчас меня интересовало, как забрать Скрижаль, откуда на участке Лобанова столько чудовищ, и кто прорыл катакомбы. Ну, и, конечно, что за Исчадия атаковали меня в образе девочек. Почему они одинаковые, и сколько их ещё осталось. Короче, вопросов больше, чем ответов. А это всегда напрягает.

Когда я отправлялся на Фронтир, то не даже не предполагал, что мне придётся вести какие-то расследования, воевать с чиновниками и соседями. Думал — приеду, начну мочить монстров. Оказалось вообще не так.

Нет, конечно, грех жаловаться: как минимум, я нашёл способ увеличить свои способности и постепенно освобождаться от наложенных на меня ограничений. Если бы не сущности, нашедшие способ использовать тёмную энергию, было бы вообще отлично. Но эти твари… Напрягали. И это ещё мягко сказано.

Когда прибыл в Львовку, то сразу подкатил к церкви. Незачем откладывать то, что можно сделать сразу.

Пока вылезал из броневика, в дверях храма показался отец Филарет.

— Доброго вам вечерка, — сказал я, улыбнувшись. — Вот, привёз иконы. Будет, кому свечки ставить.

Лицо священника тут же прояснилось.

— Неужто⁈ — воскликнул он, сбегая по ступенькам. — Наконец-то! Дождались! Покажите же скорее!

Каждую икону отец Филарет брал с трепетом, долго разглядывал, кивал и одобрительно улыбался.

— Хорошо, — приговаривал он. — Очень хорошо! Настоящий талант.

— Ну, тогда забирайте и вешайте, — сказал я. — А у меня ещё дела. Уж извините.

— Конечно-конечно! — засуетился отец Филарет. — Спасибо вам, ваше благородие. Это ж красота какая благочестивая! Теперь церковь будет наша, как полагается, — с ликами святыми.

Иконы быстро выгрузили из машины и унесли в храм.

— Вы же зайдёте поглядеть, когда мы всё разместим? — спросил на прощание священник. — Вам бы почаще к нам заглядывать, ваше благородие. Хорошо, когда прихожане видят, что старший веру их разделяет.

— Зайду, — ответил я. — Непременно. На днях.

Оставив священника, я отправился в лабораторию. Теперь, когда у меня была трансмутация, а энергосистема неплохо так прокачалась, можно было вплотную заняться переделкой машины Третьего отделения. Я всё ещё надеялся изменить её конструкцию так, чтобы не требовалось участия псиомантов. Хотелось бы управляться с ней самостоятельно. Учитывая, что я