"Фантастика 2025-2". Компиляция. Книги 1-26 - Владимир Брайт

Прямо сейчас спрятавшиеся солдаты о чем-то ожесточено спорили по внутренней связи, но до меня доносилось лишь неразборчивое бурчание. В конце концов, увидев, что я вышел на открытую местность, они начали выходить из своих укрытий. Один из вояк подбежал ко мне, сунув запаянный пакет одноразовой аптечки, а потом все их внимание сосредоточилось на троих подранках.

– Сэр, – тревожно обратился к сержанту боец, замещающий, судя по всему, должность отрядного медика, – дело плохо. У Пакоса задета бедренная артерия, кровь не останавливается!

– Дерьмо… что-нибудь можно сделать?!

Медик отрицательно покачал головой.

– Я тут бессилен. Давление, согласно показателям его персонального медблока, уже ниже критической отметки. В полевых условиях что-либо сделать не представляется возможным. Нет даже малейшего шанса на его спасение.

– Сэр, – неожиданно обратился ко мне старший группы, – вы можете помочь ему?

– Могу только избавить от страданий, – жестко ответил я, глядя сквозь его матовое забрало. Военный от моего взгляда отшатнулся и потянулся к оружию, и я уже готов был нырнуть в разлитую в воздухе агонию. У СР-1 вместительный магазин, пуль мне хватит на всех…

Но благоразумие все-таки возобладало, до стрельбы в этот раз не дошло.

– Понимаю… – глухо ответил сержант и отвернулся к своим.

Спустя несколько минут медик отрапортовал об остановке сердца у подранка, и суета на поляне немного утихла.

Мне оставалось лишь смотреть, как медленно жизнь утекает из раненного иностранца. Огонек чужой жизни затрепетал, как угасающая лучина, и вскоре погас окончательно. Вид того, как Тьма изливается из маленького пулевого отверстия в районе промежности, был почти что комичным. Вот только видеть мог его я один, и смеяться мне не хотелось.

Я попытался втянуть пролитую в воздухе Силу, но с замиранием сердца ощутил, как чья-то чужая и куда более сильная воля утягивала ее прочь. Медленно, но неотвратимо, как наступление ночи. Я пробовал потягаться с ней, но это оказалось равносильно тому, чтобы пытаться перетянуть канат, другой конец которого привязан к катящемуся дорожному катку.

Мне не досталось ни единой капли мрака, потому что весь он уплывал куда-то прочь, немного ввысь. Я следил за его полетом, позабыв о том, что я тут нахожусь не один. Я не заметил, как солдаты попросили инквизиторов прочесть короткую заупокойную над погибшим, как они стояли и крестились, как укрывали труп камнями, чтоб его не погрызли какие-нибудь местные стервятники, пока отряд не вернется за телом…

Темный туман уплывал от меня все дальше, куда-то вверх и в сторону, начиная стелиться вдоль склона крутой скалы, а потом словно бы втянулся в нее, исчезнув из виду. Быстро потерев глаза, я снова принялся до рези всматриваться в тот участок породы, где исчез прекрасно различимый ясным днем темный сгусток Силы. Мне пришлось отойти на несколько шагов и забраться на крупный камень, чтобы суметь рассмотреть ту область получше. Вскоре я понял, что не ошибся. Там, на высоте метров тридцати, может сорока, а может и еще больше, располагался выступ, который снизу оказался почти неразличимым. Одноцветный камень отвесных склонов сливался в сплошное полотно, расчерченное миллионами трещин и теней, и если б не спонтанная перестрелка, то я бы еще долго ходил вокруг этого горного пика, даже не понимая, что мне надо именно туда…

– Наденьте костюмы и оттащите раненных, – громко объявил я, поймав несколько недоуменных взглядов. А видя, что никто не спешит выполнять мое требование, прикрикнул на расслабившихся людей: – Быстро, я сказал!

Инквизиторов пришлось слегка хлестануть Силой, чтобы побудить к действиям, а солдаты отработали сами и без дальнейших понуканий. Пока священники натягивали на себя свои гибриды гидрокостюмов и средств химической защиты, а бойцы помогали подранкам отойти подальше, я потянулся тонкими щупальцами силы к груде камней, под которой покоился теперь убитый морпех. Слишком уж подозрительно выглядело это нападение, и слишком уж спокойно солдаты восприняли гибель своего товарища от рук поганого некроманта.

Можно было бы, конечно, предположить, что железная дисциплина в отряде и повиновение сержанту сдерживает их гнев, но почему они тогда не сдерживали самого Пакоса, который на глазах у всех открыл мне огонь в спину? Эти два момента слишком противоречивы, и вскоре я спрошу об этом у самого покойника…

– В чем дело? – Рядом со мной материализовались одновременно и Георг, и сержант, затянутые в спец экипировку.

– Похоже, я выполнил свое обещание. Могила Древнего там, – мой палец указал на едва заметный уступ.

Коротко обсудив перспективы и маршрут подъема, вояки принялись сноровисто карабкаться наверх, вбивая клинья и скобы, через которые потом пропускали прочный нейлоновый трос. Это у них заняло порядка полутора часов, так что у меня было время вдумчиво поболтать с незадачливым стрелком, а потом быстро отпустить его, пока никто ничего не успел заподозрить.

***

– Капрал Пакос, вы понимаете, в каком положении находитесь?!

– …

– На вашем месте я бы не молчал. Этим вы еще больше усугубите ситуацию. Вам грозит военный трибунал и тюрьма.

– Я знаю…

– И вы ничего не хотите попробовать сделать?

– А что я могу сделать?! Уже поздно…

– Согласен. Уже и правда поздно. Эх, Пакос… вы же преданный солдат! Патриот своей страны! Почему вы впутались в это драное дело с наркотиками?